Танец строптивых - Ксенольетта Мечтательная

— То есть от принцессы наглым образом избавляются? — хмурю брови в негодовании.

— Король не любит королеву и никогда не любил. Его сердце принадлежит фаворитке.

— Это неприятно, с этими женами, фаворитками. На Западе нет понятия фавориток. Да, королям не чужды любовницы, но они не официальны и всегда все очень сокрыто, а у вас тут так…

Вспоминаю, как Тиретис проводил время с Асель. Их поцелуи, объятия. А если вспомнить краткий диалог между Риасом и ледяным принцем в комнате, где блондин упоминал о Лиетте, то выходит, что принц неравнодушен к невесте.

— Как можно быть одновременно с двумя? — не смогла не скривиться в гримасе отвращения.

— Не стоит так, Ориса, — замечает Кобеан, — Не всем везет, как, например, моим родителям или Тиретису с Лиеттой. Есть выгодные браки, где нет любви ни от одной из сторон, тогда возможность выбрать фаворитку или фаворита спасает. В таких случаях король и королева становятся кем-то вроде напарников, которые выгодно заключили сделку, разовая близость, усиленная магами и общий наследник обязательно будет, а дальше они просто друзья, что идут бок о бок в политической сфере и у них еще есть шанс найти настоящую любовь. Разве это плохо?

Я не нашлась, что ответить. Доводы, приведенные принцем, были с крепким основанием, особенно для меня, той что любит свободу и считает, что право выбора должно быть у всех. Но, что-то глубоко внутри меня все равно не могло принять подобную культуру.

Вторую половину дня провели в прогулке по лавкам с сувенирами, потом набрели на озеро с утками, не забыв закидать тех булками. Возвращались на закате, довольные прогулкой и подходя к корпусу, принц завел не очень приятную тему. Хоть я и не любила Кобеана по-настоящему, но он мне нравился, и он числился моим парнем.

— Асель стала чаще маячить перед глазами и постоянно ищет повод заговорить со мной. Говорю тебе, чтобы ты не волновалась. Между мной и этой девушкой все забыто и ничего не может быть. Она слишком подло повела себя по отношению ко мне, чем непростительно обидела.

Киваю. Поднимаемся на наш этаж и уже возле моей двери, Кобеан обнимает меня и впивается в губы жарким поцелуем. Дверь соседей напротив со скрипом открывается. Но я могу поклясться она не скрипит! Мы с Кобеаном переводим удрученный взгляд на Риаса, чьи руки в карманах, а голова склонена на бок.

— Риас, если ты завтра…

— Не волнуйся, Кобеан, — перебивает принца блондин, — Я даже целоваться к ней не полезу, — заверяет Риас.

Расходились мы с Кобеаном молча, под внимательным надзором голубых глаз.

Глава 8. Маленькое утро

Утро встретило меня рано, с лилово-серым рассветом. Линди, которая уже закончила подработку, аккуратно трясла меня за плечо.

— Мм…? — вопрошала я у подруги.

— Райан просил разбудить тебя. Говорит, что поговорить нужно, — тихонько сообщает мне Линди.

— Скажи ему, что свидание так рано не увидит, — сонно отмахиваюсь.

— Это нормально вообще? — слышу голос обиженного Риаса.

Отрываю голову от подушки, чтобы убедиться — мне не приснилось. Парень сидел за столом, изумленно взирая на меня, с моей кружкой в руках и печенькой во второй руке. Наверняка, уже сам ее стащил. Кружку. Даже не буду злиться на Линди. Спрашивать, что неугомонный делает на рассвете в нашей комнате тоже не хочу.

— Ты вообще-то со мной на свидание идешь, а не с герцогом, — возмущенно проговаривает и отпивает чай.

Хмурюсь, пытаюсь понять смысл.

— Так меня Райан спрашивает? — уточняю у Линди, что укоризненно смотрит на Риаса.

— Да, он в коридоре. Сказал, что подождет.

Не раздумывая подрываюсь, накидываю халат, уже не смущаясь Риаса. Этот уже воспринимался, как свой. Направляюсь к двери, но разворачиваюсь, чтобы все же умыться ледяной водой. С Райаном разговоры водить надо на трезвую голову.

— Боги, Ори! Ты заставляешь меня ревновать тебя к твоему Райану, — слышу обиженное из комнаты, пока в уборной плескаю лицо ледяной водой.

— Хватит, Риас! — пыталась угомонить своего друга Линди.

Я, не обращая внимания на обиженные комментарии блондина, выскочила в коридор.

— Доброе утро, Райан.

— Доброе, Ори. Сейчас рано, спустимся в холл? — говорит с виду спокойный герцог.

Устроившись на диванчиках, я ежусь от утренней прохлады. Выходить в халате было глупо, но визит Райана в такую рань, меня заставлял нервничать.

— Что привело тебя, Райан? — волнение не скрылось в моем вопросе.

— Успокойся, Ориса, ничего серьезного, — с улыбкой успокаивает друг.

Он окидывает меня внимательным взглядом и снимает пиджак с себя, чтобы подойти и заботливо накинуть на меня.

— Спасибо, — улыбаюсь, уже успокаиваясь.

— Право слово, Ори, неужели мой визит так способен тебя напугать? — с насмешкой спрашивает Райан.

— Твой да, — уверено заявляю, — Знаешь, как-то Риас назвал тебя коварным, и хоть я и была пьяна, но прекрасно запомнила, что это, как нельзя кстати, подходит под твое описание.

Райан лишь загадочно улыбнулся.

— Киви мне передала, что ты не сможешь с нами тренироваться эти дни. Мне пришлось побегать, чтобы узнать куда ты подевалась. Риас в итоге сообщил об этих глупых договоренностях. До сих пор, не могу взять в толк, как в этом замешан Октавий? Он что, помогает Риасу ради выгоды или что-то их связывает? — как всегда проницательно выявил Райан.

— Они родственники, дальние, — развеиваю все сомнения.

— Я пришел так рано, потому что боялся, что Риас утащит тебя раньше. У тебя все нормально?

— Ты пришел узнать о моих делах в такую рань? — нахмурилась я.

— Ори, зная тебя, смею предположить, что тебе не легко дается эта неудачная шутка от Октавия.

Громко выпускаю воздух через нос, вспоминая вчерашнюю депрессию. Приятное тепло разливается внутри. Райан сильно беспокоится, проявляет заботу, хоть внешне и остается невозмутимым.

— Все нормально, Райан. Я справилась. Пережить сегодняшний день и запомнить все, как науку. Никогда нельзя молчать, когда за тебя выносят решения. Октавий преподал мне хороший урок.

Райан еще несколько секунд смотрел своими темными глазами прямо на меня, пытаясь уличить во лжи, но не найдя ее, улыбнулся и вызвался проводить в комнату. Я была благодарна ему, каждому из ребят, но ему особенно.

Я тихо открыла дверь и вошла. В комнате Линди выпроваживала Риаса, который упирался и говорил, что ему тоже надо со мной поговорить.

— И о чем тебе надо поговорить со мной? У нас же целый день будет впереди.

— Во-первых: доброе утро, милый! Как тебе спалось? — запел свою привычную песню Риас, — Линди, научи ее проявлять заботу. Я сам не справляюсь.