Сфера. Мир Обреченных - Антон Аэрс

От неожиданности маг выронил свой магический посох, который мог бы с успехом использовать для самозащиты. Теперь старик был безоружен. Урхтаф едва успел вместо собственного горла подставить мерзкой болотной гадине костлявое плечо, в которое та вцепилась острыми и крепкими, как иглы скорняка, зубами. От острой боли старик едва не лишился чувств. Но тут глаза мерзкой твари встретились с холодным мертвенным взглядом своей второй жертвы. Жуткое порождение гнилой трясины тут же отпрянуло от некроманта, словно по ошибке атаковало существо, чье мясо чрезвычайно ядовито. Но исход схватки за тело одурманенного философа был еще не ясен.

— Отдай его мне! — взмолилась бывшая русалка. — Люди давно перестали посещать эти места, а я так соскучилась по их сладкому мясу.

— Так не стоит и привыкать! — Изловчившись, маг резко и сильно пнул мерзкое создание каблуком сапога, подбитым железной подковой. На многие лье вокруг ночной лес огласил душераздирающий визг покалеченного монстра. Схватка между некромантом и его противницей вспыхнула с новой силой. Болотная тварь пыталась отомстить изувечившему ее старику и заодно утянуть под воду законную добычу. Урхтаф же мертвой хваткой вцепился в безвольное тело Мангрейда, едва успевая уворачиваться от клыков, когтей и хвоста обезумевшей от боли твари. Особенно большой урон человеку наносил широкий и острый, как лезвие бритвы, плавник на конце рыбьего хвоста.

Силы старика быстро таяли. Здесь на болоте вдали от земли он не мог использовать большинство приемов черной магии. Единственное, что ему оставалось в подобной критической ситуации, — это бросить Зов смерти и ждать прибытия помощи. Гиблый тоскливый крик сорвался с посиневших губ пожилого Мастера в тот момент, когда его противница начала брать над ним верх.

Болотной твари удалось сбросить некроманта с клочка суши в ледяную воду. Крепко обхватив ненавистного врага руками, она быстро заработала сильным хвостом, утягивая мага на дно. И тут из мрака ночного неба что-то отвесно упало на голову чудовища, уже готового вместе с ослабевшей добычей уйти под воду. Крепко сжимавшие шею некроманта руки разжались, бешено работающий хвост застыл в болезненном оцепенении.

Урхтаф, отплевываясь от воды и тины, стал карабкаться обратно на кочку, попутно помогая выбраться постепенно оживающему Мангрейду. Где-то совсем рядом с ними под хлопанье крыльев и удовлетворенное ворчание вызванного магом крылатого духа смерти с жалобными стонами и мольбами о пощаде расставалась с жизнью недавняя полновластная хозяйка этих мест.

— Что со мной случилось? — растерянно Лепетал Мангрейд, удивленно наблюдая за тем, как в трех шагах от него под воду медленно уходит растерзанное тело кем-то убитого болотного чудища.

— Ничего особенного, — с неким подобием улыбки на бесстрастном лице отвечал некромант, — просто тот, кому вы недавно отвесили пощечину, вытащил вас из перепончатых лап одной местной красотки. Чего мне это стоило, видите сами.

Некромант действительно выглядел весьма плачевно. Одежда его промокла до нитки и к тому же была сильно изорвана. Кожу покрывали многочисленные раны. Правда, Урхтафу не грозило изойти кровью, ибо тело некроманта было лишено многих недостатков обычной человеческой плоти. Нескольких заклинаний было достаточно, чтобы все эти порезы и укусы сразу исчезли. Но пожилой маг не спешил избавляться от красноречивых следов жестокой борьбы. Вначале молодой грубиян, который был обязан ему, Урхтафу, жизнью, должен был испытать угрызения совести.

Но Мангрейд недолго пребывал в смущенной растерянности. Вскоре он одобрительно похлопал старика по плечу:

— Я ценю преданность, Мастер Урхтаф. Когда придет пора праздновать победу над Богом, я не забуду те услуги, которые были оказаны мне тобою и твоей гильдией. А сейчас ты должен показать мне обещанную болотную армию.

7

Главный друид был очень доволен работой Дениса. Иномирцу удалось спасти обреченный на выгорание лес. Хитрый прием с пуском навстречу рыжему зверю его огненного собрата удался на славу. Злобные хищники столкнулись в сухом ельнике и, несмотря на родство, сожрали друг друга.

— Ты великий маг! — торжественно объявил грибоподобный вождь лесного народа. — С этого момента мы принимаем тебя в почетные члены нашей гильдии. Если ты, конечно, не возражаешь против того, чтобы отныне считаться одним из нас.

После того как Денис выразил согласие и преклонил колено, на него торжественно повесили магический амулет гильдии друидов. Это был круг белого металла, на одной стороне которого в виде черного рисунка был изображен раскидистый дуб с толстым стволом и мощным корневищем, а на другой — дерево-плющ. Несмотря на холодный цвет, металл амулета выделял приятное тепло и был мягким на ощупь, словно его вырезали из ореха или березы. Форвудс пояснил значение символов, изображенных на медальоне:

— Дуб — это «король леса», самое почитаемое дерево друидов. Перед лицом опасности этот знак вдохнет в тебя силу лесных исполинов. Изображение плюща послужит тебе вечным пропуском в наши земли. А еще плющ — это знак вечной дружбы. Отныне эти леса станут тебе родным домом, где каждый друид почтет за честь встретить тебя как брата. Помни также о том, что, где бы ты ни был, стоит тебе согреть амулет теплом своего дыхания, и мы немедленно выступим тебе на помощь.

Кроме амулетов Денису и Такиме преподнесли традиционные белые плащи и зеленые бархатные камзолы друидов. На головы им торжественно водрузили почетные венки из дубовых листьев. После церемонии к герою дня подошла Крэйя. В знак примирения черноволосая девушка протянула Кузнецову изящный кинжал в кожаных ножнах.

— Даже если тебя схватят враги, никакой обыск им не поможет — «Шорох ветра» заговорен от чужого глаза.

— «Шорох ветра»?

— Так зовут этот нож за то, что его полет почти бесшумен, а попадание неотвратимо. Есть у него и еще одно имя — «Шелестящая смерть».

Денис не спешил брать подарок. Его немного пугал холодный хищный блеск особой стали боевого клинка, который друидка для демонстрации извлекла из ножен. Это оружие явно не было обычным. От ножа исходило чувство опасности. Взять такую вещь означало бы подвергнуть себя и окружающих большому риску. Было не ясно, как поведет себя совершенное орудие убийства в неумелых руках.

— Благодарю за великолепный дар, — мягко, с сожалеющей улыбкой на лице отвел протянутый ему сувенир Кузнецов, — но думаю, что не смогу оценить его по достоинству, так как не обучен метать ножики.

Но Крэйя решительно вложила кинжал в руки молодого человека.