Новая жизнь Милы - Елена Чалова

– Спасибо, – механически сказала Мила.

– Что такая нерадостная? – затеребила ее Вера.

– Я не знаю… А ты не боишься…

– Ну, опять за свое! Прекрати глупости говорить! Никаких советов прямо не давай – и все. Тогда и обвинить нас будет не в чем.

Милочка покачала головой. Ой, все ведь не так просто. Ее не оставляло чувство, что она делает что-то нехорошее. Наталье, которая позвонила и спросила, как с работой, Мила сказала лишь, что Вера взяла ее продавщицей в свой магазин. Наталья фыркнула – она Веру никогда особенно не жаловала.

– И сколько подруга тебе платит?

Мила назвала сумму, предварительно вычтя проценты с клиентов.

– Немного.

– Ну так и работа не пыльная.

– Мм? А что ты тогда такая никакая?

– Устала… С непривычки, должно быть. Думаю, надо просто втянуться в ритм.

Наталья вроде успокоилась, но Мила никак не находила себе места.

Получив от Верочки очередной конверт, Мила решила, что пришла пора навестить племянников. Брату она не звонила, последний разговор оставил ужасно неприятный осадок. Жена Николаши тоже не подавала признаков жизни, а сами мальчишки еще малы. Небось Галина запретила беспокоить тетю Милу, вот они и не звонят.

Она заглянула в магазин, купила мальчикам по машинке, хотела еще взять коробку с конструктором, но, прикинув сумму, решила не шиковать. Пожалуй, стоит еще торт к чаю купить, а остаток денег лучше, как обычно, отдать Галине – она купит мальчишкам необходимое: ботинки, или куртки, или ранцы. Завтра суббота, но с утра Миле на работу – так было оговорено с Верой. Суббота, объясняла подруга, день едва ли не самый хлебный. Замужние женщины хватают мужей в охапку и тащат по магазинам, чтобы благоверный одобрил, оплатил или хоть взглянул на нужную вещь. В будни-то все заняты, а в субботу появляется иллюзия свободного времени. Вроде вот они, выходные, – только начались. Однако уже к обеду в воскресенье человек осознает, что ему завтра на работу, и судорожно пытается переделать домашние дела и подготовиться к новым будням. Поэтому выходной у Милы – полдня воскресенья и понедельник. Честно сказать, она сначала сочла график слишком жестким, а потом подумала: а что мне дома-то делать? Нет уж, лучше постараюсь денег заработать, так больше толку будет.

Вечером Мила набрала номер брата. Подошла Галина:

– Мила? Как ваши дела?

– Ничего, спасибо. Галя, я ужасно соскучилась по мальчикам и хочу напроситься к вам в гости. Как там Николай, отошел после нашего последнего разговора?

– Ой, а то вы своего брата не знаете! Он, конечно, заводной, но ведь отходчивый. Да тут и понятно, что он расстроился, такой случай: все же сестра, ему обидно за вас. Он, если хотите знать, так переживает!

– Правда? – Мила усмехнулась. Она не строила иллюзий по поводу брата и прекрасно знала, что Николаша человек небогатого темперамента и не слишком привязчив. В детстве она не раз слышала от младшего братика, что если бы он был единственным ребенком, то имел бы всего больше – и конфет, и вещей.

Глядя на новые туфли, купленные сестре, он выговаривал матери:

– А я, значит, в старых ботинках буду ходить?

– Тебе со следующей зарплаты, – устало отвечала женщина, разглядывая свои туфли и прикидывая, доживут ли они до получки.

Мила очнулась от воспоминаний, услышав, как на том конце провода звонкие голоса перекрывают друг друга:

– Тетя Мила звонит! Мам, а она приедет? Мам, спроси, а она конструктор привезет? Ну мам!

Галина шикнула на детей и спросила:

– Так когда вас ждать?

– В воскресенье к ужину приеду, хорошо?

– Ладненько, я как раз холодец варить собиралась, вот и праздничное блюдо будет.

Повесив трубку, Милочка вздохнула. Что ж, в каждой бочке меда есть деготь. Галинин холодец – это неизбежное зло, которое надо просто пережить. Где-то оставались Севины таблетки от изжоги и прочих желудочных неприятностей, надо положить в сумочку.

Зато она повидается с мальчишками. Восьмилетний Слава и семилетний Димка ужасно забавные и милые. Конечно, после того, как дети отходили в детский сад и стали школьниками, они обрели некий налет псевдовзрослости: считали своим долгом иногда хамить старшим, иметь свои секреты, разговаривать небрежно. Но все же это были симпатичные и смешные вихрастые мальчишки. Младший украдкой от брата еще забирался Миле на колени и, обвив руками ее шею, шептал в ухо:

– От тебя так хорошо пахнет… Как от принцессы из сказки. Ты мне почитаешь книжку? Помнишь ту, про гномов, детскую? Только Славке не говори, а то он засмеется. Скажи, что ты сама захотела.

Выходя в воскресенье из дому, Мила прихватила с собой купленные заранее машинки. Потом, вздохнув и решив: черт с ней, с экономией, достала из шкафа очередную зеленую купюру и поехала на работу. Неподалеку от дома брата имеется большой детский магазин, и она решила, что вечером купит мальчишкам еще и конструктор.

Глава 6

День выдался не особенно напряженным, хотя, если уж начистоту, Милочка теряла спокойствие, едва войдя в пропитанное благовониями помещение магазина. Она жила в постоянном ожидании неприятностей и проблем. Но в этот день клиентов, жаждущих обрести душевное равновесие, случилось всего двое. Две крашеные блондинки лет под тридцать приковыляли на двадцатисантиметровых шпильках. Расшитые стразами джинсы туго обтягивали бедра и попы, макияж для утра был ярковат, а количеству цепочек на шее позавидовал бы вождь любого африканского племени. Девушки дружно жевали жвачку и распространяли запах каких-то приторно-сладких духов. Первый раз они прошли мимо магазинчика, лишь замедлили шаги и заглянули внутрь. Оглядев Милу и помещение, девицы прошествовали дальше, перешептываясь и оглядываясь. Мила вздохнула. Все ясно, кому-то из них нужна консультация. Сейчас с духом соберутся и вернутся обратно.

Тем временем в магазинчик заглянула семейная пара. Мужчина принялся разглядывать подарочные безделушки, выполненные в морском стиле: часы-штурвалы, отделанные блестящим оловом и деревом, колокольчики-рынды, подзорные трубы. Жена с первого взгляда влюбилась в набор парчовых подушек, украшенных необыкновенной тесьмой и кистями. Подушки были и правда хороши, и Мила, выкладывая их на видное место, думала, что, обладай она прежними финансовыми возможностями, с удовольствием купила бы такую роскошь сама. Две большие, две поменьше и одна маленькая подушечка, сплошь расшитая золотым бисером и украшенная одной-единственной длинной шелковой кисточкой. Милочка решила, что она очаровательно смотрелась бы даже на стене. Или к торшеру можно подвесить – он как раз с таким изгибом типа веточки. Поэтому Мила даже вздохнула, понимая, что подушечку сейчас купят, и красоту эту она больше не увидит.