Новая жизнь Милы - Елена Чалова

– Дома все ничего, спасибо… – Завуч медлила, видимо колеблясь и не чувствуя доверия к незнакомому человеку.

Придется ее подтолкнуть, поняла Мила. Проще всего будет попытаться примерить ту роль, от которой она отказалась, променяв карьеру врача на бухгалтерию.

– Я думаю, вам стоит рассказать мне, в чем именно состоит ваша проблема, – спокойно сказала она. – Я, может быть, смогу вам помочь разобраться в своих чувствах, но угадывать события, которыми они вызваны, я не умею. Увы. Думаю, ничего дурного не случится, если вы поделитесь со мной информацией. Я не знаю вашу фамилию и место работы, а потому никоим образом не смогу использовать то, что узнаю. Представьте, что я врач. Вот когда вы приходите к доктору и жалуетесь на головные боли – вы же рассказываете, что ели, какие лекарства принимаете. Врач становится своего рода доверенным лицом, и это неизбежно, иначе его диагноз будет неточен и вместо помощи лекарства могут нанести вред.

– У меня действительно часто болит голова. Но к врачу я пока не обращалась… Давление померю – в норме, – протянула женщина. Черты ее лица немного смягчились, а взгляд стал менее настороженным.

Милочка кивнула:

– Головные боли могут быть вызваны массой других причин, начиная от волнения и заканчивая реакцией на какой-нибудь пищевой продукт.

– Голова может разболеться от еды?

– Как ни странно, да. Вы можете провести своего рода детективное расследование: как только чувствуете приближение или начало болей – вспомните, что вы ели и что делали часа за два и так далее – вплоть до самого начала дискомфорта. Но хочу сразу оговориться: лучше всего было бы обратиться к врачу.

Видимо, что-то в Миле успокоило недоверчивую тетку, и она, несколько расслабившись, принялась излагать свои проблемы. Честно говоря, несмотря на завуалированные намеки, Мила быстро поняла, в чем дело. Завуч брала взятки за поступление в школу. Многие родители мечтают, чтобы их дети учились в английской спецшколе, да еще свежеотремонтированной, да еще такой, куда трудно попасть. И Зоя Семеновна не стеснялась. Само собой, она не все клала себе в карман. Но школа уже была укомплектована видеотехникой и ксероксами по самую крышу, да и мебель купили новую. А цены росли, и деньги к ее рукам липли весьма немалые. В этом году москвичей подстерег очередной виток инфляции и, соответственно, цены на поступление в такую востребованную школу выросли. Некоторые родители, которым было не под силу заплатить искомые несколько тысяч в иностранной валюте, шли жаловаться. Доказательств у них не было, но все же каждую весну – именно в это время проходит зачисление в школу, если кто не знает, – так вот, каждую весну Зоя Семеновна переживала довольно неприятные моменты. Но в этом году все складывалось как-то совсем паршиво. Преподаватели, недовольные процентом дележки, перешептывались, родители грозились, директор задумчиво отводил глаза.

Честно сказать, Миле стало противно. «Ах ты, старая перечница, – думала она, глядя на сидящую напротив женщину. – Тебе бы о душе подумать, а ты все грошики собираешь. Впрочем, наверняка не все себе – детям, внукам. Почему-то многие полагают, что ради подрастающего поколения можно и грех на душу взять».

Поддавшись первому порыву, Мила без обиняков заявила, что единственный способ избавиться от неприятностей и нервного напряжения – перестать брать взятки. Если на такой вариант милая дама не согласна, то вряд ли ее в ближайшем будущем ждет безмятежное существование.

Зоя Семеновна явно растерялась, и Мила понадеялась, что она обидится и уйдет. Но не тут-то было. Завуч вдруг усмехнулась и вполне бодро заявила:

– Знаете, вы правы, милочка. Что это вдруг я разнюнилась – сама не пойму. Давным-давно все решила, так что теперь и задумываться не стоит. И пусть попробуют пикнуть! У меня тоже связи в районе имеются. Деток все хотят пристроить.

Обретя душевное равновесие, Зоя Семеновна удалилась. Мила осталась сидеть за портьерой. Чувствовала она себя усталой и причастной к чему-то нехорошему. Словно тоже поучаствовала в получении взяток. Фу, гадость какая! Она вспомнила своих племянников, которых не видела уже бог знает сколько времени, и чуть не разревелась. Как же она соскучилась по мальчишкам! Ну ничего, вот сейчас она заработает денег и поедет к ним в гости, как всегда с подарками.

– Да ты молодец! – Мила вздрогнула. На пороге маячила Верочка. Подруга явно была довольна новой сотрудницей. – Я-то думала, ты у нас рохля беспомощная, а ты… смотри-ка, можешь, если хочешь. Давай я тебе чаю принесу из кафе да поеду. Думаю, ты и одна справишься.

В тот день у Милы было четыре клиента. Все они пришли после звонка Веры, и ей больше не пришлось угадывать имена. Более того, она успела пролистать тетрадь еще раз и вспомнить подробности про каждую из женщин. Вопрос с внешностью отпал сам собой: как выяснилось, не в макияже и черных глазах счастье. Вера оказалась права – ничего сложного в работе гадалки не было. Женщины приходили, желая рассказать о сомнениях и неприятностях, они уже привыкли советоваться с кем-то. Вывалив ворох проблем, обсудив их и разложив по полочкам и наклеив ярлычки, они уходили успокоенные, уверенные, что владеют ситуацией. Мила поняла, что работает психоаналитиком. Выслушивает проблемы, поощряет клиента самостоятельно доискиваться до причин и искать выход из непростого положения. Вот только как человек, получивший медицинское образование, она прекрасно понимала, что не имеет права этого делать. Она училась на терапевта, и это было очень давно. Психоаналитиком может быть только человек с определенным складом личности и специальным дипломом. Рано или поздно попадется случай посложнее, и у нее не хватит умения, не хватит выдержки и знаний, чтобы посоветовать что-то дельное – и что тогда? Она попыталась объяснить это Вере, но та не желала ничего слушать. Старт Милы произвел на хозяйку салона огромное впечатление, она даже зарплату ей пообещала больше, чем собиралась платить первоначально.

Мила жила как в бреду. Она почти ничего не ела, каждый день скрупулезно заполняла тетрадку с котенком на обложке и с ужасом ждала провала. Не прошло и недели, как она возненавидела пурпурный цвет и запах благовоний, к которому прежде была вполне равнодушна.

В конце первой рабочей недели Вера торжественно вручила новоиспеченной гадалке конверт, в котором оказалась довольно приличная сумма денег.

– У нас так с Розой было заведено, – пояснила она. – Оплата каждую неделю. Суммы несколько разнятся, потому что, кроме зарплаты как таковой, ты получаешь процент от клиентов.