Свастика и орел. Гитлер, Рузвельт и причины Второй мировой войны. 1933-1941 - Джеймс Комптон

Два месяца спустя Томсен представил доклад на тему «Внешняя политика Соединенных Штатов в случае англо-немецкой войны». В нем он утверждал, что вступление Америки в войну отныне надо считать неизбежным. Общественное мнение в случае войны потребует, чтобы странам демократии была оказана вся возможная помощь, невзирая на последствия. А это будет означать, что в распоряжение союзников будет предоставлена вся экономическая и финансовая мощь Америки при, вероятно, весьма незначительной военной.

Анализируя американские намерения, Томсен предсказывал, что Рузвельт придет на помощь союзникам с «полным моральным правом, создав условия для вступления в войну на их стороне и точно рассчитав время этого вступления». Раннее вмешательство Америки в войну, предупреждал Томсен, будет иметь определенные последствия: во-первых, оно нанесет ощутимый удар по боевому духу солдат оси, а во-вторых, подаст пример другим нейтральным странам, которые, возможно, тоже решат вступить в коалицию, направленную против оси. Нет никаких причин надеяться, что в случае англо-немецкого конфликта Америка воздержится от вступления в войну. Она сделает это с целью уничтожения Германии. И снова тревога Томсена была преувеличена, но, возможно, он сделал это преднамеренно[46].

Но если нападение на Великобританию, по мнению немецких дипломатов, могло стать поводом к американскому вмешательству в войну, то Японию они считали препятствием на пути этого вмешательства. Как мы уже отмечали, Лютер в 1935 году считал политику США на Дальнем Востоке более агрессивной, чем в других регионах. Это объяснялось тем, что Соединенные Штаты имели в Тихоокеанском регионе свои интересы – оттуда к ним поступало сырье, в Китай были вложены американские капиталы, а Филиппины находились под защитой США. В 1939 году Томсен сообщил, что, согласно информации, полученной от одного японского дипломата, в случае начала англояпонской войны Англии будет отказано в американской помощи. Позже Томсен утверждал, что если разразится война в Европе, то Япония будет представлять угрозу американскому западному флангу. Япония, таким образом, была непредсказуемым фактором, а поскольку США не могут на нее напасть, то американская политика, считал Томсен, должна заключаться в том, чтобы всеми силами предотвратить нападение этой страны на США.

В своем майском докладе, предсказав вмешательство Америки в войну, Томсен называл Японию единственной надеждой Германии, поскольку только эта страна может помешать этому. Если Япония воспользуется войной в Европе, чтобы расширить свои владения, то участие Америки в европейском конфликте станет весьма проблематичным. В июне Томсен представил в министерство иностранных дел подробный отчет об американской политике на Дальнем Востоке и о том, какие последствия она может иметь для Германии. Американская политика в этом регионе была направлена на установление нормальных отношений с Японией. Причиной этого, по мнению Томсена, было стремление обезопасить крупные капиталовложения США в этом регионе. Он высказал предположение, что, если Япония нападет на американские владения на Тихом океане, то США, вероятно, не станут воевать, надеясь сохранить статус-кво. Поскольку для американцев нет ничего хуже немецко-японского военного союза, то Америка постарается избежать столкновения с Японией. Таким образом, главной целью пакта, заключенного в сентябре 1940 года между Германией, Италией и Японией, было устранение Америки, а Гитлер часто выражал уверенность, что американцы испугаются войны на двух океанах сразу. Выводы Томсена, не совсем верные, но сделанные под влиянием возвращения американского флота на Тихий океан в апреле 1939 года, вероятно, оказали определенное влияние на Гитлера.

Третьим регионом американских дипломатических интересов, о котором много говорилось, была Латинская Америка. Администрация Рузвельта была сильно обеспокоена проникновением Германии в страны этого региона, и в докладах немецких дипломатов не содержалось ничего утешительного. В целом их депеши подчеркивали сильные антинемецкие настроения в этих странах, которые постоянно подпитывались американской пропагандой, коммерческим давлением и контролем за службами новостей. Американская политика здесь была направлена на то, чтобы в случае войны ни о каком нейтралитете со стороны южноамериканских стран не могло быть и речи. Претворяя в жизнь политику добрососедских отношений, провозглашенную Рузвельтом, американцы стремились создать в Западном полушарии антинемецкий блок. «Соединенные Штаты уже сражаются с нами в Латинской Америке», – писал Томсен. Панамериканские переговоры в Буэнос-Айресе в декабре 1936 года и в Лиме в 1938 году предоставили Рузвельту прекрасную возможность захватить лидерство в этом полушарии. Более того, США передали Бразилии в аренду шесть своих эсминцев – этот факт немецкий военно-морской атташе рассматривал как символ того «ужасающего давления», которое Соединенные Штаты оказывают на страны Южной Америки. В результате Верман в Берлине выразил уверенность, что к концу 1938 года пан-Америка превратится в «постоянно усиливающийся идеологический блок», и эту же мысль в беседе с послом Аргентины повторил и сам Гитлер.

Нам осталось теперь рассмотреть военную политику Америки. Неужели она действительно была настолько агрессивна, что позволила бы Соединенным Штатам вступить в войну? А если быть более конкретным, то верили ли немецкие дипломаты в то, что Америка захочет, а главное, сможет воевать с Германией? Ответ на этот вопрос мы находим в докладах немецкого военного атташе генерала Фридриха фон Беттихера, которые с 1939 года стали весьма содержательными, а после начала войны в Европе приобрели огромное значение. Генерал очень сильно сомневался в возможности военного вмешательства Америки в европейскую войну. Он основывал свои выводы на личных контактах с американскими военными, которых еще в 1937 году называл осторожными и влиятельными людьми, сочувствующими Германии.

12 января 1939 года военный атташе и его военно-морской коллега адмирал Роберт Витгефт-Эмден составили доклад о планах Рузвельта по перевооружению американской армии, который назвали «оборонительным по своей сути». Американские военно-воздушные силы были рассредоточены на огромной территории – в самих США, на Аляске, Гавайях, в Пуэрто-Рико и в районе Панамского канала. В целом, как сообщали атташе, запросы в настоящее время «снизились в результате весьма необычной и провокационной кампании по перевооружению, которая проводилась в течение последних недель» и победы сторонников стратегической умеренности[47].

Получив запрос из Берлина, сможет ли американский экспедиционный корпус высадиться в Европе в случае войны, Томсен телеграфировал, что для подготовки такого корпуса потребуется не менее семи месяцев, что в руководстве вооруженными силами по этому вопросу нет согласия и что военно-морской флот США не сможет вести боевые действия в Атлантике, поскольку неизвестно, как поведет себя Япония. Однако он подчеркнул, что эти выводы верны только для сегодняшнего дня. О том, какова будет ситуация через полгода, писал он, «неизвестно никому».

За неделю до начала войны Беттихер утверждал, что недостаток обученного персонала и другие факторы не позволят Америке в течение целого года проводить какие-нибудь военные операции за пределами своей территории. После этого он пустился в рассуждения о различиях между политиками и представителями прессы, которые находятся под влиянием евреев, и военными, которые «олицетворяют собой все то хорошее, что есть в Америке». (Подобные рассуждения очень скоро сделались любимым коньком Беттихера.) Поэтому мирные предложения Рузвельта, заявлял он, вводя в свой доклад политический комментарий, который с тех пор всегда присутствует в его депешах, можно считать маскировкой личной слабости президента и стремлением выиграть время. Аналогичным образом можно игнорировать и американские военные маневры, поскольку это всего лишь неуклюжая попытка оказать влияние на японцев и жителей Латинской Америки. Интересно отметить, что в тот же самый день (25 августа 1939 года) военно-морской атташе передал в Берлин гораздо более реалистичный доклад о степени готовности военно-морского флота США к войне. Он сообщил своему руководству, что флот скоро будет полностью готов к боевым действиям, а все недостающее можно будет быстро восполнить.

Томсен в своей последней предвоенной депеше, датированной 28 августа, соглашался с мнением Беттихера о том, что Америка в течение года не сможет послать в Европу свои войска. Однако он предупреждал, что если Англия окажется на грани поражения, то Америка обязательно придет к ней на помощь. Он писал, что Рузвельт надеется, что приближающаяся война примет затяжной характер, а это даст ему время подготовиться, и что в любом случае Соединенные Штаты будут оказывать союзникам большую экономическую помощь, посылая в Европу «в неограниченных количествах» сырье и технику.