Опасные страсти - Кэт Мартин

— Разве может оказаться скучным вопрос, затрагивающий жизни тысяч молодых людей? — Впрочем, полковник, вероятно, устал от разговоров о войне. Элисса откинулась на спинку кресла и ласково улыбнулась ему. — Но вы правы, барон. Хватит с нас и того, что мы слышим о войне весь день напролет. Давайте забудем о ней хотя бы до конца ужина.

— Спасибо, леди. — Взяв руку Элиссы, Кингсленд поднес ее к губам и нежно поцеловал кончики пальцев. По телу девушки разлилось тепло.

На десерт подали сдобный шоколадный пирог и крепкий черный кофе по-венски. На протяжении трапезы Элисса едва прикасалась к блюдам. Ей совсем не хотелось есть под пристальным взглядом зеленых глаз полковника, смотревшего на нее так, словно она была куда более изысканным лакомством, нежели десерт, который поставил перед ним слуга.

Наконец тарелки были убраны, и двери закрылись. Они остались в кабинете наедине, но они не спешили вставать из-за стола и продолжали неторопливо потягивать анисовый ликер.

— Кажется, я пренебрегаю обязанностями кавалера, — сказал Адриан, улыбаясь и неотрывно глядя на Элиссу. — Я забыл упомянуть о том, как замечательно вы сегодня выглядите.

Он придвинул кресло к столу, и теперь, когда он наклонился, его лицо оказалось в считанных дюймах от лица девушки.

Внезапно Элисса почувствовала, что ей не хватает воздуха, и прошептала:

— Благодарю вас. — Она видела, что он наклоняется вперед, но даже не подумала отстраниться, только закрыла глаза, ожидая прикосновения его губ. Поцелуй Адриана был чуть влажным, ласковым, но невероятно волнующим. Он обхватил ладонями ее лицо, целуя еще крепче и щекоча языком ее нижнюю губу, требуя впустить его внутрь. Элисса не колеблясь подчинилась, охваченная желанием вновь испытать сладостное чувство, которое ей уже довелось испытать прежде.

Язык Адриана проник ей в рот, и девушку охватила горячая истома. Она едва слышала скрип отодвигаемого кресла Адриана, который поднялся на ноги и привлек ее к себе, лишь чувствовала тепло алого мундира и биение сердца под своей рукой.

— Элисса… — Адриан еще крепче прижал девушку к себе и впился в ее губы нетерпеливым жадным поцелуем, от которого у нее закружилась голова. Поцеловав ее в шею, он мягко ухватил ртом мочку уха Элиссы, потом скользнул губами по подбородку и опять прильнул ко рту. Его язык глубоко проник внутрь, и тепло, зародившееся у Элиссы в груди, растеклось по всему телу. Ей казалось, что она тонет, погружаясь в омут, затягивавший ее водоворотом.

— Адриан… — шепнула она, обвивая руками его шею и чувствуя, как напружиниваются мышцы у него на груди, как набухает его плоть, жадно и требовательно прижимаясь к ее бедрам. Полковник поцеловал ее в шею и опустился ниже, наклоняя темноволосую голову и прикасаясь губами к верхней части груди. Он обнажил плечо Элиссы, потом прижал влажный рот к тонкой хлопковой сорочке, прикрывавшей ее грудь, согревая дыханием кожу Элиссы и стискивая зубами отвердевший сосок.

— Адриан… О Господи… — Она с ужасом поняла, что теряет голову. Ей следовало сразу остановить его, нельзя было позволять ему заходить так далеко, а теперь потребовалась вся ее воля, чтобы отстраниться. Элисса уперлась дрожащими руками в грудь Уолвермонта и попыталась оттолкнуть его. — Адриан, прошу вас… умоляю. Мы должны сейчас же остановиться. Мы не можем… нам нельзя продолжать.

Он легонько укусил ее за шею.

— Я хочу заняться с вами любовью. Мы оба этого хотим. Вас ждут сказочные наслаждения. Нам будет хорошо вместе, только дайте мне шанс.

— Нет! — Элисса отпрянула от его груди, но Адриан быстро подхватил ее. — Прошу вас… Это невозможно.

Он прикоснулся языком к мочке ее уха.

— Но почему? Я снял номер в этой гостинице. Кроме нас, никто не узнает.

Элисса покачала головой, все больше пугаясь. Она должна была предвидеть, чем все кончится. Такие мужчины, как полковник, не позволяют играть с собой, — Вы дали мне слово, — сказала она, чувствуя, как желание, которое она только что испытывала, уступает место страху. — Вы говорили, что с вами мне нечего бояться.

Лицо полковника стало непроницаемым, а его крупное тело напряглось. Он отодвинулся, не отрывая взгляда от лица девушки.

— Вы хотели меня. Не стоит себя обманывать.

— Я… мои желания здесь ни при чем. — Элисса опустила глаза, растерянная и вместе с тем смущенная. — Простите, что ввела вас в заблуждение. Я не хотела, поверьте. Пожалуйста… вы не отвезете меня домой?

Адриан внимательно посмотрел ей в лицо, увидел, как задрожала ее нижняя губа, и его гнев тут же улегся.

— Вы испуганы, — сказал он. — Это видно по вашему лицу. У вас не было мужчин, кроме супруга. После его смерти у вас не было любовника, и вы испугались.

Элисса отвернулась, все еще потрясенная, не зная, что ответить. Она знала, что легче всего обмануть, сказав полуправду.

— Да… кроме мужа, у меня никого не было. — Больше всего она хотела, чтобы ей вообще не приходилось лгать Адриану.

Лицо полковника смягчилось. Он наклонился и легко поцеловал ее в губы.

— Извините, что напугал вас. Я даже не представлял… Обещаю, это больше не повторится. — Он расплылся в обаятельной улыбке. — В следующий раз мы не станем торопиться…

В следующий раз? Никакого следующего раза не будет! Элисса молчала, пока Адриан снимал с крючка у двери ее плащ, молча позволила набросить его себе на плечи и надвинуть капюшон. По пути домой они перебросились лишь несколькими словами. Ступив на мраморный пол вестибюля, они отдали одежду слуге, и Адриан склонился над рукой Элиссы.

— Спасибо за прекрасный вечер, леди. Может быть, поужинаем завтра…

— Нет! Я хочу сказать… благодарю вас, барон, но на завтра у меня другие планы. Надеюсь, ваша рана благополучно заживет, и вы вернетесь к своим обязанностям. Спокойной ночи.

Полковник ничего не ответил, только смотрел, как она убегает вверх по лестнице. Поднявшись в комнату, Элисса прямиком направилась к звонку, вызвала Софи и торопливо разделась. Натянув ночную рубашку, она забралась в свою высокую кровать со столбиками.

— Какие будут приказания, миледи? Вы побледнели. Может, стакан теплого молока?

— Нет, спасибо, Софи. Я хочу отдохнуть.

Девушка кивнула:

— Как прикажете, миледи.

Она задернула голубой шелковый полог кровати и вышла из спальни, беззвучно прикрыв за собой двери.

Свернувшись в темноте клубочком, Элисса смотрела в потолок. На губах все еще горели поцелуи Адриана, грудь после его прикосновений до сих пор казалась набухшей и чувствительной. Девушка беспокойно ворочалась на перине, стараясь не замечать томительного ощущения тепла внизу живота.

Вы хотели меня. Не стоит себя обманывать. До сих пор она не ведала вожделения и наконец узнала, что это такое. Элисса глубоко, судорожно вздохнула. Полковник был прав — она боится. Причем, как он сказал однажды, больше всего она боится себя.