Гоблины дальнего космоса - Виталий Крыръ

  Утром мое императорское величество изволили продрать глаза лишь в одиннадцатом часу. Вскоре император уже прогуливались по городу со свитой. Свита состояла из Лили с примитивным электронным блокнотом и Берсерка.

  - А что это они там бьют? - вижу, последнее время не только я старался выдумать что-нибудь новенькое для защиты Империи. Здоровенная наковальня и самодельный полуавтоматический горн перегородили один из переулков.

  - А, это... - протянул Берсерк. - Мастерские под руководством многоуважаемого графа Старика не справляются с заказами, и простейшие операции мы делаем вручную.

  Почтенного вида гоблин что было силы лупил молотом туда, куда ему перед этим разного вида ударами молотка показывал другой гоблин поменьше. Если присмотреться было видно, что молотом удары наносились тоже по-разному.

  - Эти играли в нашу игру за гномов, так что они в архаичных технологиях специалисты, - продолжил граф.

  Чуть дальше, в следующем переулке, стояли бывшие 'эльфы' и стреляли по мишеням из луков. К стрелам были привязаны странные продолговатые предметы. Гранатометов у нас почти не было, а вот взрывчатки некоторое количество обнаружилось. Так что теперь 'молодые гоблины' с увлечением репетировали привязывание брусков взрывчатки к стреле - правда до боя, в целях экономии, использовались равные по весу куски резины - поджог запала и отправление этой замысловатой конструкции в цель.

  - Кстати, Берсерк, - многозначительно заметило мое величество, - ты в курсе, что из всех агентов Республики нашего города уцелел только один, а вернее одна?

  - Нет, меня это не сильно интересует, - правда голос Берсерка выдавал нечто противоположное.

  - Так вот, - при этих словах Берсерк посмотрел на меня, явно не прочь узнать продолжение, - твоя пассия сейчас в новом секторе города вместе с теми, кто не признаёт Империю.

  - Боюсь у меня с ней ничего не получится, - угрюмо пробурчало его сиятельство. - После того, кем она оказалось, я не собираюсь больше бегать за ней, как раньше.

  - Но ведь и не нужно, чтобы у тебя с ней получилось, - при этих словах моего императорского величества граф Берсерк приостановился и в удивлении чуть приподнял брови. - Главное, чтобы у нее получилось с тобой, - продолжил я. - Теперь ей придется за тобой побегать.

  - Да ну... - разочарованно махнул рукой граф. - Она сильно гордая, никогда таким не занималась. Я вообще не уверен, не была ли она со мной только потому, что это было ее задание.

  Я расплылся в улыбке, сверкнув зубами:

  - А теперь ей придется таки за тобой побегать. Помните, что гоблины делали с врагами Империи в игре? - обратился сразу к Берсерку и Лиле.

  - Убивали, как правило, - ответила Лиля, а Берсерк лишь молча ждал продолжения.

  - А еще? - я ухмыльнулся еще шире.

  - Ну, - подал голос Берсерк, - Серый предлагал женщинам самоубиться, а пока те раздумывали над этим, держал их в рабстве, по-нашему в ренкинстве.

  Превращал в ренкинэ - рабынь, которых нельзя продать, подарить или одолжить, нельзя самовольно казнить...

  - Вот, вот! - воскликнул я. - Тогда ей уж точно придется за тобой побегать!

  Услышав это, Лиля чуть не подавилась собственной слюной.

  - О таком я как-то не задумывался, - на эти слова Берсерка я лишь приподнял правую бровь. - Ну, я имею ввиду, думая про нее, - пояснил граф. - Да и Старик никогда такого не позволит, это ведь прямое нарушение Законов гоблинов, насколько мы их успели прописать в игре. - Берсерк снова махнул рукой. - Мы ведь обещали этим людям защиту. А нарушать такое обещание, данное слабейшему, пусть и не гоблину, нельзя.

  - Если Старик... - в притворном гневе начал я. - Если Старик будет вмешиваться в решения императора... - мое лицо потемнело, брови сошлись на переносице. Хороший актер пропадает, пожалуй.

  - ? - Лиле было явно интересно какую форму могут принять разборки в высшем эшелоне власти Империи. А вот Берсерк лишь лукаво смотрел на меня, явно уже зная, что за этим последует.

  - То я... - рассмеялось мое величество, взглянув на Лилю, - я... я... - прямо задыхался от смеха, а Лиля ничего не понимала, - назначу его на ту же должность, которая была у него в игре, - выдохнул наконец объяснение. - Старик, - разъяснил я Лиле, - это не потому, что он старше меня и остальных графов, а потому, что так называется гоблин, который следит, чтобы остальные соблюдали свои законы. Правда, чтобы знать это, - добавило мое императорское величество и хитро посмотрело прямо в зеленые глаза Лили, - нужно было играть за гоблинов, а не за другие расы.

  - Ну... Я... - Лиля потупилась, как если бы и впрямь вскрылся серьезный проступок.

  А мне наконец-то удалось вспомнить, где с ней встречался в игре: город, окруженный гоблинами, и молодая человеческая герцогиня, договаривающаяся с императором Келумом о размере выкупа за снятие осады.

  Мы с Берсерком посмотрели на девушку, затем переглянулись и засмеялись.

  - Так в чем же твоя идея? - нетерпеливо потребовал Берсерк, когда мы несколько отдышались. - Он еще не знал, что будет делать со своей бывшей девушкой. Но снова ее увидеть и при этом не унижаться перед предательницей их сиятельству явно захотелось.

  - Мы предложим агентам Республики добровольно сдаться, пообещаем в этом случае амнистию. Мы ведь предупреждали, что наши приказы нужно будет выполнять. А утаивание своей принадлежности к враждебным спецслужбам - это уже серьезно. И... - я описал в воздухе небольшой круг указательным пальцем и резко опустил его вниз, - она не сдастся! Судя по характеристике из архива, она всегда выполняет правила для агентов буквально. А значит, не раскроет себя, не будучи уверенной, что мы и так знаем про нее.

  - А вражеские шпионы караются смертью... - громко и радостно продолжил Берсерк, он уже все понял.

  От неожиданности Лиля отшатнулась от графа. Ее с самого начала коробило обсуждение ренкинства. Но вокруг столько всего происходило, что ощущения притуплялись. К тому же я уже успел научить ее поговорке 'в чужой монастырь со своим уставом не лезут'. Однако радость графа от смерти для своей девушки, пусть и бывшей...

  - А мы ей предоставим привилегию... - продолжил Берсерк и от избытка чувств хлопнул меня по плечу.

  - Самоубиться самой... - подхватил я и хлопнул Берсерка по плечу в ответ. - А пока она будет собираться с мыслями, то побудет твоей ренкинэ, - подвел итог.

  Лиля вздохнула с облегчением. После услышанного ренкинство казалось ей лучшим решением из предложенных. К тому же она не знала точно, в чем это самое ренкинство у гоблинов заключалось. Я же мысленно смаковал удачное завершение деликатной миссии: помогать друзьям всегда приятно, но важно сделать так, чтобы помощь приняли. К тому же, если даже графы в Империи не будут довольны жизнью, то долго нам не продержаться.

  Что до самой девушки, то кто ее заставлял за нами шпионить? Да и какая в самом деле из рéнкинэ рабыня? 'Помощница', если переводить с использованного нами древнего языка. Взявшего ее она называет по имени, а не 'господин' или 'хозяин'. А дети рéнкинэ стоят в наследном ряду, хотя и после детей от законной жены - правда, ситуации с детьми мы еще не обыгрывали не только в реале, но даже и в 'Гоблинах'.

  - Кстати, Лиля, - продолжил я тему, - эта информация закрыта для всех кроме членов Совета графов. В отношении тебя я свое распоряжение, раз так уж получилось, отменяю. Но молчок, чтобы до самого ареста никому ни полслова.

  А вечером, проходя мимо Тронного зала, обнаружил, что там собралась целая толпа жителей города. Киска, бывший агент, одетая в скромное голубое платье длиной едва ли не по щиколотки сидела в уголке на стульчике и смотрела в пол. Ослепительно белые волосы девушки ниспадали на плечи, а, отчасти, на лоб и щеки. Своим цветом они гармонировали с приятным светлым лицом, не слишком яркими, чуть тонковатыми губками, и уравновешивались подтемненными бровями и пышными ресницами. Ну впрямь ангелочек во плоти!

  Говорил Берсерк:

  - ...если они нас победят - вы все умрете. Вы же атеисты, правда? Для вас после смерти ничего нет. Абсолютно ничего, - граф с особым нажимом выговаривал каждое слово. - Только если армия гоблинов пополнится вами, мы уничтожим негуманоидов. Вы думаете, можно отсидеться за Барьером? - ехидно спрашивал он и сам же отвечал, - мощность Барьера ограничена. Если бы 'жаб' было вдвое больше, а на планете их во много раз больше, Барьер бы не справился. Или часть из них прошла бы в город, или Барьер вышел бы из строя от перегрева, а тогда в городе оказывается тьма, просто тьма зеленых тварей! - на последнем слове он ударил кулаком по кафедре.

  Я вошел и направился к сцене. Берсерк внезапно прервался и молча показал людям в мою сторону. Горожане быстро встали и послушно поклонились. Подойдя ближе, я шепнул Берсерку: