Дневник соблазна - Валери Тассо

– Хайме Рихас. – Он начинает что-то искать в ящике стола, потом достает оттуда визитную карточку и протягивает мне. – Ладно, я поговорю с ними в любом случае.

– Вы можете позвонить сеньору Андресу Мартинесу. Он был моим начальником.

– Хорошо. – Записывает номер Андреса под текстом резюме и добавляет: – Должен признаться, что вы не единственный кандидат на эту должность. Я уже встречался с несколькими людьми и после вас буду говорить еще с тремя претендентами. Как вы понимаете, я не хочу ошибиться в выборе и намереваюсь взять на работу подходящего человека.

– Да, понимаю, но думаю, что я совершила ошибку, придя к вам на собеседование. По правде говоря, не знаю, подходит ли мне та должность, которую вы мне предлагаете. Я все время работала в рекламном бизнесе. Мне следует подумать об этом. И о каком жалованье идет речь?

– Двести пятьдесят тысяч песет в месяц.

– Откровенно говоря, сеньор Рихас, этот оклад не самый большой из тех, что мне предлагали.

– Эти деньги мы собираемся платить во время испытательного срока, но мы увеличим оплату, подписав контракт, сеньорита. Безусловно, я не учитываю командировочные и комиссионные, которые вы получите, если ваша работа с клиентами повлияет на подписание контракта.

– Понимаю. Благодарю вас за то, что приняли меня и предоставили возможность ознакомиться с условиями работы.

– Могу я задать вам еще один вопрос, сеньорита? – спросил он, став еще серьезнее, чем в начале собеседования.

– Да, пожалуйста.

– Вы замужем?

Меня не слишком удивил этот вопрос. Обычно мне многие его задают.

– Нет, сеньор. Я не замужем, и детей у меня нет.

– А молодой человек?

Он пристально смотрит мне в глаза, и от этого чувствую себя неловко.

– Думаю, это не имеет никакого значения! – восклицаю я немного обиженно.

– Знаю, что этот вопрос может показаться вам странным. Но мне нужен человек, не связанный семейными обязательствами. Занимая эту должность, ему придется много разъезжать. Так что мне хотелось бы, чтобы у женщины не было обязательств перед кем-то.

Его объяснение не убедило меня, но все равно отвечаю:

– Понимаю. Что касается меня, то у меня нет ни семейных, ни каких-либо других обязательств.

– Хорошо. Это все, что я хотел знать.

Разговор затягивается, мы говорим о моей жизни в Испании, о том, почему я уехала из Франции, и о возможностях карьерного роста в этой компании. Завершается встреча на дружественной ноте. Мы прощаемся, и он обещает, что через неделю позвонит и сообщит о своем решении, но лишь после того, как проведет остальные собеседования.

Я не очень уверена, что получу эту работу, но я ведь ничего не теряю! Хайме произвел на меня противоречивое впечатление. У меня сложилось мнение о нем как о профессионале и серьезном человеке, но его бестактные вопросы о моей личной жизни привели меня в замешательство. Однако именно это соединение важности и дерзости покорило меня. Хайме, прежде всего, великий знаток женской психологии.

14 мая 1998 года

Я все обдумала и решила не принимать предложение сеньора Рихаса, если он позвонит и скажет, что мою кандидатуру утвердили. Должность, о которой он говорил, не совсем то, что я ищу. Поэтому продолжу поиски работы. В любом случае, вероятность того, что он позвонит, весьма мала.

Я ошиблась, и сегодня утром мне звонит секретарь и сообщает, что выбрали меня, и настаивает, чтобы я пришла днем и вновь поговорила с Хайме.

Без особого энтузиазма я отправляюсь в офис, скорее чтобы сохранить о себе впечатление как о профессионале и остаться в хороших отношениях с этими людьми, чем из-за желания работать с ними.

На этот раз Хайме держится более раскованно и дружелюбно, чем в первый раз, и меня удивляет его уверенность в том, что я приму его предложение.

– Это очень престижная работа, сеньорита. Я остановился на двух кандидатурах: на вашей и на кандидатуре девушки, которая окончила ЭСАДЕ.[9] Ваша задача состоит в том, чтобы изучить возможности фирм и дать заключение об их жизнеспособности или о предстоящем развале некоторых из них. Среди прочего мы предоставляем консультации при установлении соответствия нормам качества ISO. Это ведь очень интересная работа!

– Не сомневаюсь, сеньор Рихас. Я и не говорю, что это не интересно, но только я ищу совсем другое. Откровенно говоря, я понятия не имею о нормах качества. Думаю, девушка с дипломом ЭСАДЕ в кармане более подходит для выполнения обязанностей в консультативной службе, чем я.

Я сама в себя бросаю камни. Однако Хайме пытается убедить меня занять эту должность.

– Между нами говоря, дипломы мало чего стоят. Прежде всего я оцениваю людей и их потенциал.

– Да, с этим я согласна.

– Мы начинаем понимать друг друга, – говорит он с улыбкой. – Что ж, а если я предложу вам более высокое жалованье, вы согласитесь?

– Не знаю, сеньор. Речь не только в деньгах.

– Подумайте еще раз. Подумайте о возможностях профессионального роста.

– Хорошо, сеньор Рихас.

Мы прощаемся, и он обещает перезвонить через два дня.

Уловка

16 мая 1998 года

Несмотря на то что я мало заинтересована в этой должности, сам сеньор Рихас необъяснимо притягивает меня. Мне понравилась его внешность, но, прежде всего, его характер, эта уверенность в себе, благодаря чему он кажется несокрушимым, и в то же время он немного пасует перед трудностями. Думаю, что, в сущности, решительное «нет» его заводит и он воспринимает это как что-то очень личное и чувствует удовлетворение, когда ему удается превратить его в убедительное «да». В этом и состоит острота жизни. Я – это решительное и окончательное «нет», а он упорно стремится заставить меня изменить свое мнение во что бы то ни стало, используя любые способы.

Как и обещал, сегодня он звонит мне сам. Но наш разговор принимает неожиданный оборот, не имеющий ничего общего с профессиональным подходом к делу.

– Я и мой партнер уже все решили. Но возникла одна проблема, и мне нужно с вами поговорить.

– Что за проблема? – спрашиваю я, совершенно заинтригованная, и очень сомневаюсь в том, что могу ему помочь.

Хайме говорит доверительным тоном, не давая никакого вразумительного объяснения.

– Полагаю, вы человек, с которым можно говорить открыто. Но для этого мне нужно увидеться с вами. Почему бы нам не встретиться и не обсудить все?

Это кажется мне любопытным, и я соглашаюсь. На самом деле мне просто хочется увидеть его. Я еще не поняла, почему так быстро попадаю в эту паутину, которая со стороны, другому человеку, могла бы показаться смертельно опасной. У меня всегда был дикий темперамент, и вызов я не могу не принять.

– Тогда я заеду за вами около семи часов, идет?

– Не лучше ли поговорить в офисе? – спрашиваю я, предчувствуя, что в его предложении таится что-то личное.

– Хотелось, чтобы это было не в кабинете. Чтобы объяснить вам, что происходит, необходимо какое-нибудь нейтральное место. У нас здесь не очень спокойно: консультанты входят и выходят, меня постоянно спрашивают. Это нормально, но для разговора я предпочитаю спокойное место. Я приглашаю вас выпить чего-нибудь, без всяких условностей.

– Хорошо.

Упоминание об условностях меня настораживает. Мой адрес указан в резюме, и Хайме будет ждать возле двери моего дома завтра в семь часов вечера.

17 мая 1998 года

Сажусь в его машину, и мы начинаем колесить по центру Барселоны в поисках места для парковки. До сих пор не проронила ни слова, слушая рассказ о том, как прошел его рабочий день и о том, что они собираются предпринять в этом месяце. Если верить тому, что он говорит, фирма работает великолепно. Мне становится интересно, какие у этого мужчины могут быть проблемы, если у него все ладится. Он предлагает ехать в «Маремагнум»: там мы сможем припарковаться без проблем и не бояться, что машину из-за неправильной парковки заберет эвакуатор. Я соглашаюсь.

Поднимаемся на последний этаж торгового центра, где под открытым небом находится невероятное количество кафе, которые соперничают из-за клиентуры, способной заполнить футбольный стадион. Мы пробираемся через толпу, и нам наконец удается занять столик возле террасы, рядом с мини-гольфом. Заказываем два джин-тоника.

– Что же такого важного вы хотели сказать мне? Зачем вы привели меня сюда?

Вижу, что Хайме немного удивлен моей дерзостью и хочет сразу же развеять недоверие, которое я проявляю, поэтому спешит с ответом:

– Что ж, во-первых, зовите меня Хайме. И мне бы хотелось перейти на «ты», если вы не возражаете.

Киваю головой в знак согласия. При доверительных отношениях это необходимый шаг. Обращаться друг к другу на «вы» мне никогда не нравилось. К тому же он попросил меня об этом весьма учтиво.

– Отлично. Послушай, я экономист, мне сорок девять лет, и я всю жизнь занимаюсь бизнесом, поэтому точно знаю, что я должен делать, а что нет. И все эти годы со мной никогда ничего подобного не случалось, и я подумал, что очень важно поговорить с человеком без предрассудков. Я считаю, что ты подходящий человек.