Мой вредный профессор. Стриптиз для тебя - Анна Лапина

Это мне её глаза говорят. Впервые вообще свою подругу такой вижу. Злой, словно медуза горгона.

— Что здесь происходит? — обводит нас с дядей Каримом сканирующим взглядом, и результат сканирования и анализа ей не нравится. — Папа? Подруга? — последнее выделяет тоном, который мне не нравится. Ой как не нравится.

— Мы просто болтали, ангел мой, — Карим улыбается дочери и выглядит как не нашкодивший кот. Ну, вообще, это я нашкодившая кошка, но если сидеть с уверенной моськой, могу сойти за своего и не получить.

Надеюсь на это.

— Ну, — торопит она меня.

— Я всё объясню, — встаю и решительной походкой иду к ней. Хватаю за руку и увожу в сторону. — Маш, так вышло, — выдавливаю виноватую мордашку. — Ты же помнишь про наш спор? С Виктором? — уточняю и совсем не ожидаю, что она закричит.

— Вы поспорили на моего папу?! Вы что, идиоты?! Совсем, блин, больные?! — вскрикивает так громко, что, кажется, даже банкетный зал всё услышал. И сейчас все сбегутся, чтобы узнать, что случилось и меня прилюдно повесят.

Оглядываюсь на дядю Карима, оскалив зубы в улыбке. Он вроде ничего не понял. Продолжает сидеть и с лёгкой улыбкой смотреть на нас. Это вообще его привычное состояние.

— Цыц ты! — шиплю на неё. — Так вышло! Виктор мне твоего отца загадал! Поэтому мы тут! Но мы не целовались и ничего такого! Мне просто фразу от него одну записать надо. Вот даже телефон в кармане записывает. Можешь послушать. Ничего не было! Только разговоры! Честное слово! Клянусь своими медалями!

— Ты собираешься здесь соблазнять моего папу? Ты совсем, что ли, больная, Роза?! — возмущается подруга, заслуженно ругая меня.

— Я не могу проиграть. Просто нужна одна фраза в доказательство! И всё!

— Ясно, — тянет и оглядывается на папу. — Сейчас всё устрою! — отходит от меня и идёт к дяде Кариму. Шарится у него по карманам, шокируя своим поведением отца. Достаёт телефон и возвращается ко мне.

— Какая фраза нужна? Сообщение сойдёт? — спрашивает, но по голосу всё ещё обижена и рассержена.

Я думала, её вообще нереально обидеть. Или задеть. Она всегда такая нежная, весёлая, лёгкая и понимающая. А здесь…

— Да, — киваю ей, чувствуя вину так, как никогда её раньше не чувствовала. — Фраза нужна, что ты мне нравишься и я не прочь провести с тобой вечер и что-то в этом духе.

— Девочки, я, конечно, извиняюсь, что прерываю вашу беседу, но что происходит? — интересуется дядя Карим, встав с дивана и подойдя к нам.

— Ничего.

— Роза и Виктор поспорили, — выдаёт меня Маша, когда я решаю скрыть правду. — Заданием Розы является соблазнить тебя. Роза, дай свой телефон.

— Маша! — восклицаю на подругу, которая сдала меня, как партизан своего товарища. Но телефон ей свой протягиваю.

— Роза! — возмущается друг отца, посмотрев на меня отцовским недовольным и осуждающим взглядом.

— Извините…

— Ты знаешь, что с тобой сделает отец? За такие игры? — ругается он на меня.

Всё! Теперь точно конец! Папа разлучит меня с Виктором навсегда после такого! Вот зачем я решила этот спор заключить и напомнила другу о нём? Молчала бы… ничего не потеряла бы.

— Он не узнает, — говорит Маша, продолжая инсценировать нашу с Каримом интимную переписку. — Ты ему не скажешь, потому что если он узнает, то мама узнает, что ты не придерживаешься диеты, и по пути домой заезжаешь съесть фастфуд. У меня даже доказательства есть.

— Маша!

— Ничего личного, пап. Это бизнес! И моё умение ведения переговоров. Ты сам меня учил, что любые способы достижения цели верны, — ослепляет его улыбкой. — Вот! Переписку с твоей стороны стёрла, чтобы мама, не дай бог, не увидела и не закатила истерику. Я пытаюсь сохранить свою семью и не дать всяким… больным, — оглядывает меня, — её разрушить!

— Прости! Ничего серьёзного бы всё равно не было! — оправдываюсь, но она мне не верит.

Долго мне придётся вину заглаживать и мир между нами восстанавливать. Сильно я подругу зацепила своими действиями. Но это ведь не я! Это Виктор заказал Карима.

— Какая разница, Роза? — Маша скрещивает руки на груди. — Играйте где-то, где моя семья не будет вашей целью. Я люблю тебя, подруга, но семья мне важнее. Если увижу тебя или Виктора ближе, чем на метр к моему папе или маме или даже сестре, я тебе устрою такую жизнь, что сбежишь! Поверь! Я умею! И не смотри, что я всегда добрая и ласковая с тобой! Это пока ты мне друг. Но станешь врагом и я тебя уничтожу!

— Прости, — шепчу, опустив голову и забрав свой телефон из её рук.

— Маша, не злись, — дядя Карим заступается за меня, пытаясь утихомирить подругу. — Вспомни себя два года назад. Ты была такой же. Тебя вечно тянуло на приключения.

— Тянуло, но я знала и соблюдала рамки, пап, — отвечает ему дочь. — А у Розы их нет… Но они ей нужны! Пусть через вину хотя бы почувствует то, к чему приводят её поступки. Сегодня она может потерять меня. Свою лучшую подругу. Хоть и не единственную. Она так всех потеряет, пап. Надо думать головой прежде, чем что-то делать. И лезть туда, куда нельзя!

— Прости…

— Уходи с моих глаз! Я злая на тебя сейчас! — заявляет она, указав на лестницу. — Я хочу побыть с папой и поговорить с ним.

— Спасибо! Я пойду! — пожимаю им руки и убегаю, пока разрешают.

— Роза, будь аккуратна! И лучше прекрати эти игры сейчас же! Ничем хорошим это не закончится! — кричит мне дядя Карим, пока я по лестнице поднимаюсь.

— Поздно, дядя! Я должна выиграть! На кону моя свобода и репутация! — отвечаю ему и спешу в банкетный зал, где почти сразу замечаю Виктора и медленной, но победоносной походкой иду к нему.

Он что, ещё не ходил на охоту? За пятнадцать минут не успел подкатить? Или ему больше времени надо?

Упс… а что, если Маша узнает? Сейчас же поменяю ему цель на кого-то свободного! Несвязанного с нами! И безопасного!

— Вот, — разворачиваю к нему телефон с моей якобы перепиской с дядей Каримом. — Сойдёт?

— Номер вначале проверю, — тянет и, включив свою записную книжку, сверяется. — Засчитано! Быстро ты!

— Я профи, — самоуверенно заявляю, тут же почувствовав укол совести, что из-за этой победы могу Машу потерять. — А твоё?

— Вот, — включает мне аудиозапись, где Катя томным голосом шепчет, что не прочь провести время с Виктором. Называет даже имя и голос моего напарника есть.

— Твою мать! — восклицаю. — Как ты это провернул? А?

Маша меня точно прибьёт.

— Ну так я тоже профи, — шепчет, усмехнувшись.

***

Пятнадцать минут назад.

Виктор

— Рассказывай, — вздыхает