Демониада - Анна Прохорчук

– Вадим, ты Саню не видел?

Ответы абсолютно пропали из головы. Вадим заметил, что глаза тёти Маши припухли от бессонной ночи и слёз. Юноше стало жаль её, но, как и Катиной матери, говорить неправду оказалось сложно. Страдание сделало мать друга старше, чем есть на самом деле.

– Я не видел его, тётя Маша. А что, он не пришёл ночевать? – у него получилось сделать на своём лице удивление.

– Нет. Не пришёл. Я не спала всю ночь, – она снова вытерла выступившие слёзы.

– Если встречу его, то передам. Что вы волнуетесь? – ответил Вадим и быстрыми шагами удалился от неё по улице, ощущая спиной пристальный взгляд несчастной женщины, утиравшей слёзы.

Он не мог ей сказать, что она никогда больше не увидит сына, от этого в груди перевернулось. Он не любил врать, а сейчас не мог сказать правду. Ложь во спасение? К чёрту такое спасение!

Нестерпимо больно было разговаривать и смотреть, как мать оплакивает своего сына. Снова понял, что ему никто не поверит, когда он и сам верит в происходящее через раз. Какими слова поведать, что случилось в доме Романы?

Вадим незаметно прокрался домой, лёг на кровать и закрыл глаза, предаваясь приятным воспоминаниям.

– Ну что, успокоился? – услышал он вдруг голос друга. – И мать мою успокоил. Да? А о нас с Катей совсем забыл? Ай! Ай! Ай! Как не стыдно! – Саня замотал прозрачной головой.

Вадим не сразу открыл глаза, но, когда открыл, увидел, что в углу, между шкафом и стеной стоял полупрозрачный Саня, противно улыбаясь. В глубоко запавших синих глазницах не было ни доброты, ни сочувствия. Фиолетовые губы растянулись в странной зловещей улыбке. Казалось, что его не превратили в привидение заживо, а он восстал из мёртвых.

Холодком повеяло по внезапно вспотевшему телу Вадима. Он не знал, какие способности теперь имеет его друг-привидение, потому не мог предполагать, что произойдёт в следующий момент, но оторвать пристального взгляда от Сани не получалось.

– Не стоит меня бояться, друг. Мне не так плохо, как может показаться. Мать жалко, но она привыкнет, – он скривил жалостливую физиономию, но потом глухо рассмеялся.

– Даже живым ты был не таким циником. Мать-то пожалел бы, хотя поздно уже, – Вадим поднялся с кровати и решился подойти к Сане, но тот растаял. – Ты сам меня боишься! – крикнул он в пустоту возле шкафа. – Иначе не удрал бы! – ему никто не ответил. – Бред? Не-ет, не бред. Только бы он не пошёл к Христе! – сообразил быстрее молнии и побежал к подруге.

И не ошибся. Как только вбежал в комнатку девушки, увидел, что бывший друг, покачиваясь, стоял посередине. Христя в ужасе прижалась к подоконнику. Саня резко повернул голову к ворвавшемуся Вадиму.

– Я знал, что ты не оставишь подружку, – язвительно улыбнулся он, показывая ряд жёлтых полуразвалившихся зубов.

– Почему-то мне показалось, что ты появишься именно здесь. Или я не вовремя? – парировал Вадим, закрывая собой Христю.

– Похвально! Похвально! Теперь все ясно. Вы, оказывается, время даром не теряли! – Саня аплодировал прозрачными ладонями, – Впрочем, мне всё равно. Не вы, а я слегка порчу вам настроение. Что ж, встретимся ночью, – он помахал им рукой, прежде чем исчез.

Христя ещё четверть часа не могла прийти в себя. Она смотрела то на Вадима, то туда, где только что стоял Саня. Что-то вдруг прояснилось у неё в голове, и вопросительный взгляд надолго остановился на Вадиме.

– Как ты здесь оказался?

– Да так, озарение! – обнял Христю, обхватив руками, прижал крепко-крепко к груди. – Он прилетал и ко мне, храбрая моя.

Первый порыв страсти заставил затрепетать девичье тело, задевая неизвестные струны. Вадим ещё сильней прижал Христю к себе, забирая себе все страхи, отдавая любовь, преданность, даря счастье и самого себя.

– Я не отдам тебя этому прозрачному. Нам не стоит больше скрываться.

– Но мне страшно, Вадик.

– Не бойся, Христенька. Мы все выдержим. Вечером Романа всё расставит на свои места. Ну, а мы ей поможем. Поможем? – ласково спросил он.

– Да.

Вадим поцеловал разгорячённые губы и ушёл. У Христи подкашивались ноги, она присела на кровать. Закрыла глаза, но ей тут же почудился мертвый Саня, словно смеялся над ними беззубым ртом, беззастенчиво грозил синюшным пальцем с чёрным когтем.

Глава 10

Вся деревня гудела разговорами о пропавших подростках. Первой пропала Катя Сомова, а этой ночью исчез Саня. Родители не выпускали детей на улицу с наступлением сумерек, не смотря на их протесты. Кто-то видел днём волков, бродивших по окраинам деревни.

Кто-то даже утверждал, что это не волки вовсе, а оборотни, но ему никто не верил, а за последние двое суток пропали пять домашних коров из стада. Находили их только поутру, да то только шкуру, голову и ноги, по которым можно было опознать, чья корова. Кто-то даже вызвался пойти убить оборотней, но их посчитали идиотами, кто-то даже выразительно крутил пальцем у виска, а с основ ном склонялись к их ненормальности.

Это оказались неудачные ночи для демона. Он не мог простить себе, что время полнолуний почти закончилось, а задуманное не сделалось. Демон с одной стороны ждал ночи парада планет, но с другой, боялся этого парада. Даже очень. Он понимал, что если в эту ночь возрастет его сила, то возрастет и сила доброй ведьмы, а там ещё и эти детки… Тьма бы их побрала! Хотя, чего ему бояться молокососов? Но это он так себя пытался успокоить.

Оборотни на самом деле бродили днём по околицам, а ночью заходили в деревню, не давая спать собакам, которые из-за них лаяли у всеми ночами. Только толку от них было, как с козла молока. Так казалось демону. Он знал, где их логово. Когда наступили сумерки, он решил навестить новых приспешников.

В логове царил хаос и крики превращающихся из получеловека-полуволка в людей. Они устроили отвратительное пиршество. С пошлыми криками кидали друг в друга обглоданные костипод общий хохот. Увидев демона, они слегка притихли и с благоговейным шёпотом уставились на него.

– Вы плохо работаете. Я приказал вам караулить двоих оставшихся, а не вырезать скот! – кричал он, раздражённо окинув взглядом логово.

Мерзкая картина пиршества полуживотных невольно скривила его губы. Внезапно возникло огромное желание разнести логово вместе с тварями, так они могут пригодиться, но придёт время и сдерживаться будет ни к чему. Сровняет их с землёй без жалости и угрызений совести, хотя, что такое совесть, демон давно забыл. Какая совесть может быть у Высшего демона, которому должны все подчиняться?

Оборотни притихли, не сводя горящих глаз с хозяина. Они-то знали, что может сделать из них демон, если разозлится. Спорить с ним никто не стал. Трусливое благоговение изображать не стоило – оно за многое время прижилось на противных мордах. Все стояли и слушали, как мартышки под пристальным взглядом удава.

– У меня два новых слуги, – казалось, демон упадёт в обморок от разговора в логове, а с боков, будто выросли из-под земли, появились привидения Кати и Сани. – Вы должны охранять их от ангелов-хранителей, которые скоро начнут нам мешать. Все ли поняли меня?

– Все, – ответил нестройный хор оборотней, и демон исчез из пещеры, повторять не было смысла.

Демон снова окинул презрительным взглядом стаю и исчез в тёмном облаке. Долгое молчание: оборотни не произносили ни слова, ни рыка.

– Ты думаешь, что мальчишка что-то скрывает? – спросил старший следователь Веретнов.

Он, собственно, знал ответ, но, все-таки, хотел удостовериться, что всё делает правильно. Но даже сейчас знал наверняка, что никто ему ничего не расскажет. Оба подростка стойко будут молчать.

– Я даже не сомневаюсь в этом! Только мне кажется, что ни один из них нам ничего не расскажет.

– Не скажут, – почесал затылок старший, – они нам не скажут, а твоему брату обязательно расскажут!

– Севке? – брови лейтенанта Никиты Викчука взлетели к кромке волос.

– А что, у тебя есть ещё один младший брат? – Никита Викчук не поверил ушам, услышав слова капитана.

Ему казалось, будто он ослышался, но шеф смотрел на него, ожидая ответа. Севка не очень любил проводить время в Орловке, хоть она и была совсем рядом с районным центром.

– Да. Севке, – подтвердил он. – Давай к нему, пока он никуда не удрал, – и потянул Веретнов за рукав лейтенанта.

– Но я не могу подвергать брата такой опасности, – пытался остановить начальника Никита.

– А они могут себя подвергать? Да? Или ты думаешь, что, если они отправились туда по собственной дурости, то должны оставаться одни? – капитан смотрел так, словно требовал немедленного ответа.

– Что ж, значит, нам нельзя терять время.

Никита, измученный сомнениями, брёл к себе домой. Он не особо-то хотел посылать младшего братишку с ребятами на опасное задание, но понимал, что другого выхода у них не было. Дома гремела музыка. Сева сидел в своей комнате с наушниками на голове у компьютера, танцуя в такт, слышимой только ему, музыке. Когда дома никого не было, парнишка позволял себе оторваться. Никита решительно снял наушники с головы Севы, усаживаясь рядом с братом.