Демониада - Анна Прохорчук

– Значит, наши силы должны увеличиться?

– И их тоже, – уточнила Романа.

– Нам нужно пережить эту ночь, чтобы через некоторое время уничтожить их, – привидение посмотрело в окно: занималась заря. – А вы не боитесь зари? – Романа устремила дерзкий взгляд на демона.

Он тоже рассмотрел в открытом окне начало дня. Блеснув огнём глаз, он проговорил:

– Пришла пора прощаться, согласен, но ты тоже надолго не задержишься в своём доме, – исчез в огне вместе с новыми привидениями.

– Мне тоже пора на покой. Приходите вечером пораньше, – сказала Романа и растворилась лёгким туманом.

«Что же делать?» – от произошедшего сегодня ночью у Вадима разболелась голова. – «Романа просила прийти пораньше, значит, нужно выспаться».

Придя домой, Вадим старался ступать как можно тише, но в темной кухне вдруг включился свет – мама не спала. Она ждала, что сын объяснит ночные похождения, но он не торопился.

– Где ты пропадаешь целыми ночами?

Вадим старался не смотреть матери в глаза. Она ждала ответа, а сын не торопился рассказывать про их прогулки. Прошел к плите и снял крышку со сковороды: тефтели ещё остались! Положил в тарелку, взял вилку и пошел к столу.

– Гуляем, – отмахнулся он, не глядя в глаза матери.

– И ничего не случилось?

– Ровно ничего.

– Тогда посмотри мне в глаза, – потребовала мать.

– Этого-то я и не могу сделать, – ответил сын.

Он налил в большую кружку чай, поставил на стол рядом с тарелкой. Сел на табуретку и принялся спокойно есть, не обращая внимания на мать. Объяснять что-либо не было желания, хотелось просто поесть и молчать, а точнее, поесть молча. Знал, что она не уйдет, ожидая правдивого объяснения. А что он мог объяснить?

– Почему?

– Это непросто рассказать, – он отмахивался от матери, как от мухи.

– А мне кажется, что что-то случилось, но ты мне не говоришь или не хочешь говорить.

– Мама, – он со вздохом поднял глаза на неё, – мама, я не знаю, как тебе всё объяснить, когда и сам плохо понимаю.

Что же нового в глазах сына заметила Татьяна? Усталость, серьёзность, озабоченность, тревогу? Совсем изменился за последние дни. Ей стало его жалко.

«Вон, круги под глазами… осунулся…»

– Ну, ладно, ешь и спать, – не озвучила свои мысли мать.

– Не хочу спать.

– Тогда, – мать основательно села на табурет, – рассказывай. Будем вместе разбираться. Ты не против?

– Давай, – сын удивленно посмотрел на мать. Ему вдруг сделалось легко на душе, словно камень свалился. – С чего начать?

– Что случилось в ночь выпускного бала?

Вадим вздохнул и отложил вилку, собрался с мыслями, постарался мгновенно разложить в голове по полочкам, чтобы как-то связно начать разговор.

– Я, Саня, Христя и Катя отмечали выпускной вместе со всеми. Потом мы начали шутить про дом старой ведьмы. Мы даже не знали, как её имя…

– Чье? – удивилась Татьяна.

– Ведьмы… Мы отправились к заброшенному дому и вошли в него… Это была полностью моя идея. Было довольно жутко, но мы, всё-таки, остались там на всю ночь. Долго разговаривали, тогда она нам не показывалась… Потом мы с Христей были одни там и разговаривали с ней. Романа нам много рассказывала про себя, про своего отца, про Октябрьскую революцию… После второй ночи мы лишились Кати… Там вообще вместо неё появилось чучело. Страшное… демон…

– Так вы видели как погибла Катя?

– Это произошло на наших глазах. Мама, ты ведь сама понимаешь, что, если мы расскажем что-нибудь подобное в полиции, нам просто никто не поверит. А заодно и в психушку упекут. Нам никто не поверит, что хорошенькая девушка превратилась в страшилище! Кто нам поверит, что никто не виноват в её смерти? – он вскочил со стула, нервно прошёлся по кухне, снова сел.

Татьяна потёрла виски кончиками пальцев. От слов сына мир перевернулся с ног на голову. Какие демоны? Какие привидения? Как они разговаривают с детьми? На каком языке? И их дети добровольно ходят туда, стараясь спасти практически жизнь на планете, иначе демоны начнут разносить всё подряд.

– Ну… Да… Я тоже не знаю, что сказать. Подобное примут за полный бред. Это точно, но сегодня приедет следователь из прокуратуры и наведается к нам. Это еще не всё…

– Что еще приключилось? – сердце матери упало куда-то вниз.

– Мы сегодня ночью снова были в доме у Романы…

– Кто такая Романа? – не поняла мать.

– Ну, ведьма. Не перебивай, мам! Там снова было страшилище, но не просто страшилище. Это – сам Высший демон! Возле него летало привидение, которое было когда-то Катей. И это пугало перетащило на свою сторону Саню. Утром он исчез вместе с ними.

– Значит, если я правильно поняла, теперь нет и Сани? Господи, что же делать? – она схватилась за голову.

– Пока ничего.

– А что скажем следователю?

– Снова скажу, что не видел его со вчерашнего дня. Ты ведь знаешь, что больше я им ничего сказать не могу! И ни чего объяснить не смогу. Кто мне поверит? – он посмотрел матери в глаза с полным отчаяньем.

– А с Христей договорились?

– Она скажет тоже самое, – успокоил мать.

– С ума с вами можно сойти, ребята, – мать глянула в окно: к их дому подходили полицейские. – Ну вот, дождались!

Вадим слегка отодвинул штору. Да. Мать всегда права. К ним пришли из прокуратуры. Татьяна казалась напуганной, а сын наоборот, совсем успокоился, расслабился. Он присел на табурет и упёрся ладонями в колени. Собака залаяла, матери пришлось выйти, чтобы проводить непрошенных гостей в дом и предложить стулья. Гости воспользовались и присели. Старый следователь спросил первым:

– Ваша мама сказала нам в прошлый раз, что вы всю ночь гуляли. Не встречали ли вы Екатерину Сомову?

– Видел. Мы всем классом сидели у костра на берегу. Отмечали выпускной, а потом она куда-то ушла, – Вадим смотрел на следователя честными глазами.

Тот записал его показания, попрощавшись, молодой и старый вышли на улицу. Юноша одним прыжком оказался у открытого окна: оба следователя стояли напротив о чём-то разговаривали. Он не мог расслышать, это его немного злило.

– Мне кажется, что пацан врёт, – говорил старый. – Что-то знает, но молчит. Что же он знает? А? – младший пожал плечами на его вопрос. – Вот и я не знаю, – он краем глаза проверил окно: Вадим смотрел и видел их. – Мальчишка смотрит в окно через штору.

– Думаете, девушка нам расскажет?

– Христина? Думаю, что она нам тоже ничего не расскажет, но сходить надо.

Они немного постояли возле дома Вадима и отправились к Христе. Юноша метнулся на кухню и чуть не сбил с ног мать.

– Ты что?

– Они пошли к Христе. Я чувствую, – крикнул он, выбегая из дома, только не на улицу, а огородами: так быстрее.

Глава 9

Христя, придя домой, тоже зашла на кухню. На столе стояли литровая банка утреннего молока и свежие, сохранившие своё тепло, домашние булочки. Она быстро налила в стакан молока, прикрыла глаза, смакуя сладость, и принялась завтракать.

Мама Христи приводила в порядок хлев. Скотину уже выгнали в поле. Вадим заглянул в хлев: хорошо, что тётка Василина его не увидела! Проскользнул к окну, выходящему во двор. Христя доедала вторую булочку, когда в окно постучались. Раздвинула низенькие занавески и с удивлением увидела Вадима.

– Зачем ты здесь? – удивлённо спросила шепотом.

– У меня были из прокуратуры… – возбуждённо прошептал парень.

– Значит, они сейчас придут ко мне? – это же возбуждение перешло к ней, отчего всё внутри задрожало.

– Догада моя, – заулыбался он. – Я им сказал, что Катю мы видели только возле костра, а потом она ушла. Про Саню они, наверное, ещё не знают.

– Беги! Беги! Они пришли! Им мама открывает. Потом… потом… – отчаянно замахала на него ладошкой.

– Я приду через час. Пока, – крикнул юноша и умчался в огород.

Мать проводила следователей в переднюю, где, как и во всех деревенских домах, располагалась и кухня. Гости разместились за столом, старший из следователей достал из папки бумагу. Христя старалась скрыть волнение, но выходило плохо. Плохую игру заметил и капитан Веретнов, но не подал вида.

– Когда вы последний раз видели свою одноклассницу Екатерину Сомову?

– На выпускном вечере.

– Вы были с ней всю ночь?

– Нет. Мы… Мы просидели почти до утра, а потом она ушла.

– Одна?

– Я не заметила, – как можно безразличней повела плечами.

Следователь внимательно посмотрел ей в глаза, но они были так чисты и честны, что он даже усмехнулся.

– Я слышал, что вы никогда не расставались и вдруг, Катя уходит одна, а никто её не больше видит. Вам не кажется странным? – серые глаза Веретнова пытались пробуравить голову девушки, чтобы узнать ответ.

– У Кати своя голова! – парировала девушка.

– Ну, больше мы здесь ничего не узнаем, – сказал капитан и принялся вкладывать чистый лист бумаги в папку, записывать было нечего.