Судьба принцессы - Дарья Котова

думать, — туманно заметила дроу. — Все же Элиэн не шлюха из борделя и не знатная эльфийка из бесконечного перечня твоих любовниц. Она — принцесса и дочь короля. Смотри, как бы у твоей шеи не оказался нож.

— Ты ее видела? — с явной насмешкой и презрением поинтересовался Вадерион. — Кому она может угрожать?

— Тебе, — пожала плечами Стефи. — Вот возьмет и метнет столовой ножичек, а ты потом с перерезанной шеей будешь рассказывать Тьме, какой ты идиот. Девочка-то хоть и забитая, но боевая.

Вадерион лишь дернул плечом, не желая продолжать бессмысленный спор.

— Покажешь рисунок?

— Так интересно?

— В брачных рисунках скрыто много смысла. Они — открытая дверь в души и отношения супругов.

— Я перестал в это верить.

— Почему?

Вместо ответа он лишь закатал до локтя рукав черной рубашки и на мгновение прикрыл глаза, призывая взору Стефали брачный рисунок. Меч в обрамлении роз.

— Ого, — единственное, что смогла произнести эльфийка. Ее тонкие пальцы кружили над черными линиями, не касаясь их. — Вадерион, у тебя проблемы.

— Я, по-моему, с этого и начал.

— Нет, ты не понимаешь, — с улыбкой протянула Стефалия, поднимая голову. — Мне понравились шипы, пронзающие меч. Не наталкивает на определенные мысли?

— Нет, — отрезал Вадерион. — У этой светлой ни зубов, ни шипов нет. Тьма словно пошутила.

— Возможно, — потирая подбородок, произнесла Стефали. — Вадерион, хочешь совет?

— Да, — вопреки собственному желанию ответил Император. — Он мне, конечно, не понравится?

— Естественно. Но главное, чтобы ты ему последовал.

— И?

— Сделай шаг навстречу Элиэн.

— Даже не собираюсь.

— Как знаешь.

На этом разговор вернулся к теме войны, и больше между старыми друзьями имя супруги Вадериона не всплывало.

* * *

Сборник проблем? Ни внешности, ни ума, ни характера⁈

Удивительно, но слова темного задели ее куда сильнее, чем она могла предположить. Щеки ее горели ярче алого заката, а глаза щипали слезы. В Рассветном Лесу, несмотря на давление отца и братьев, она нравилась многим лордам Листерэля. Она не была первой красавицей, но многие мужчины оказывали ей знаки внимания. Светлые эльфы, благородные сердцем и душой, любой из них мог бы стать ее супругом. Он никогда бы не причинил ей боли, он бы заботился о ней, с ним бы она могла познать любовь. Такой могла бы стать ее жизнь, не отдай отец ее замуж за Темного Императора. Для Вадериона она никто, игрушка, которую он легко ломает, даже не считая сколько-нибудь привлекательной. Как же она ненавидела их! Отца и мужа!

Элиэн прошлась по спальне — при взгляде на кровать она до сих пор ощущала невольную дрожь — и, решившись, достала из тайного кармана одной из дорожных сумок кинжал. Блестящее голубыми искрами лезвие навевало мысли о том, как эта реликвия досталась Элиэн — она просто-напросто выкрала ее из семейной сокровищницы. Оно все равно принадлежит ей, так что никакого преступления нет. Ей оружие нужнее.

С этими мыслями она спрятала кинжал под подушку. Больше беззащитной она не будет.

Глава 6. Немного романтики…

— … около сорока сотен воинов, — отчитывался молодой лорд Кав’сари, занявший место своего трагично почившего дяди. Слова лились рекой, другие дроу и вожди орков внимательно слушали говорившего, периодически поглядывая в изголовье стола, где сидела мрачная фигура Императора. Каждый боялся попасть под взор этих безжалостных багровых глаз, не зная, что мысли его императорского величества сейчас очень далеко от этого собрания.

«Сделай шаг навстречу Элиэн»

— … резервы пока отправлены в южные провинции, — отчитывался уже лорд Сар’тарис.

Какой шаг ему делать? К ней, к этой холодной светлой суке?

— … более трех тысяч лучников в нашем распоряжении, — рассказывал лорд Нашер’лас.

Перед глазами вновь вставала ее искалеченная рука, а следом — исцарапанные запястья мальчишек-дроу, которых он вытаскивал из подвалов проклятого Тьмой паладина. Из них тогда выжил лишь один.

— … клан имеет около трех сотен охотничьих варгов, — говорил вождь орочьего клана Северных Ветров.

Он ведь не насильник, никогда не брал женщин против воли, не самоутверждался за счет слабых — так воспитал его отец. Но жизнь Темного Императора чернее ночи, и он привык причинять боль окружающим. Едва ли она должна его волновать.

— … мы отправили на юг уже тысячу наших лучших воинов, — теперь отчитывался вождь клана Острых Пик.

Он не был тираном, но светлая не заслуживала его милости: она должна была благодарить его за то, что стала супругой самого Темного Императора. Но вместо этого мелкая дрянь лишь бросает высокомерные взгляды и пытается ставить его на место! Этого Вадерион стерпеть не мог. Раз она решила бросить ему вызов, то пусть расплачивается.

— … почти пять тысяч мечей выковали кузни Одера, — растекался глава клана-оборотней, Церин из рода Бурошкурых.

Чтобы сказал отец, узнав, что он насиловал собственную жену, пусть и выданную за него по расчету? Он ведь и сам не был доволен сложившейся ситуации. Какой бы тварью не была светлая, это не давало ему права вести себя не по-мужски.

— … соколы-разведчики патрулируют южные границы, — четко обрисовывал ситуация глава клана, оборотень Фелис из рода Быстрокрылых.

«Сделай шаг навстречу Элиэн». Какой? Зачем? Светлая ненавидит его, он терпеть не может ее — она просто ему не нравится, — зачем им вообще что-то делать? Ему бы дождаться окончания союза с Рассветным Лесом и отправить девку в канавы Мелады.

— … не прислали своих воинов, — вступил Ринер.

И все же, он никогда этого не сделает — не поднимет руку на более слабого, который ничем перед ним не провинился. Потому что он прекрасно помнил, какую боль испытывает слабый под кнутом сильного. Ему очень доходчиво это показали мать и старшие сестры. А ведь он думал, что давно позабыл те времена, свои детские годы…

— Тех лордов и вождей, которые не прислали воинов — ко мне в замок. Я жду их не позднее Дня Кровавой Луны, — тяжело уронил Вадерион, заставляя все замолкнуть. — Ринер, позаботься. На сегодня собрание окончено.

В полной тишине и неподвижности все присутствующие дождались, когда Император покинет зал совещаний, чтобы перевести дух и тут же ринуться прочь. Ринер недовольный собирал бумаги, бросая взгляды на дверь, через которую ушел Вадерион. А тот шел по коридорам замка и размышлял о совете Стефалии. До этого момента она лишь раз вмешивалась в его жизнь, но тот случай стал хорошим уроком для темного эльфа. Он последовал совету подруги и ни разу еще не пожалел. Так что теперь, вопреки логике, здравому смыслу, собственному желанию и воли Тьмы, Света и Забытых Богов, он собирался вновь прислушаться к