Последний бой (СИ) - "Мехри"

— Приветик подруга.

— Привет, — отвечает Зайтун с полузакрытыми глазами.

— Я принесла обещанный презент.

— Я же говорила не стоит.

— Это для поддержания твоего хобби.

Зайтун принимает поддержку без слов и мысленно умоляет Хумо поскорее, удалится.

— С тобой все хорошо?

— Да, все нормально.

— Ну пока.

— Слава Господу, — произносит Зайтун и вяло шагает к постели. Хумо удивлена. Организм лохушки выдержал лошадиную дозу слабительного. — Ну ничего, — думает она, — завтра будет второе блюдо. Зайтун закутывается в одеяло и закрывает глаза. Однако второй сон всегда приходит труднее чем первый. Она ложится на правый бок, потом на левый, проходит час и снова выпрямляется.

— За что мне такое, — шепчет уныло. Часы пробивают двенадцать. Приходится встать и выпить одно снотворное. Хотя она не уверена, что одна таблетка сумеет справиться с ней, но завтра рано вставать и рисковать работой не очень то разумно. Зайтун ложится обратно, выпрямляет все тело и начинает считать до ста, как учила мама. Но и это не помогает. Сна как словно рукой сняло. И как назло хочется есть. Пытается отогнать эту мысль и еще раз закрыв глаза начинает счет по-новому. Однако подсознание понимает, что все бесполезно. Болезнь сильнее нее. До этого дня она перепробовала миллионы разных вариантов, но все без толку, сон не желает возвращаться. Остается только встать и включить телевизор. Ночное вещание вечно что-то мутное. По-любимому zee-tv ничего нет. Она достает пузырек со снотворными и застывает. Вопрос — выпить еще или нет? Стоит ли ради дополнительных четырех часов травится? Ее пробирает обида за наглое поведение соседки. Но внутренний голос обвиняет саму. Надо было не отвечать. И она не может сердится на Хумо, хотя очень хочет. Реклама с любимым актером отвлекает на минуту. Зайтун вникает в слова и пытается запомнить время вещания кино. Но вот и актер исчез, начинается реклама про всякую ненужную чушь. Ее мучает тряска, но это не от прохлады. Так всегда бывает когда она, остается в темноте одна. Детская боязнь давно превратилась в настоящий недуг и теперь она до чертиков боится всего что связано с тьмой. Быстро включает свет, открывает окно и подставляет холодному потоку воздуха свое усталое лицо. Минут пять ее охватывает созерцание пейзажа за окном. На улице горят фонари освещая чужие окна на противоположных домах. С девятого этажа можно увидеть почти весь спектр домов. В некоторых из них горят лампы, но большинство отражают свет уличных фонарей. Она стоит у окна прислонившись на подоконнике и пытается расслабиться. Свежий воздух как будто бы начинает действовать. Ноги становятся ватными, руки слабеют и уловив момент она быстро закрывает окно и бросается на диван. Но стоило ей поставить голову на подушку, усталость тут же исчезает.

— Ненавижу тебя! Произносит и бьет кулаками о подушку. Слова были сказаны в адрес бессонницы, однако почему-то, вспоминается лицо соседки. Наверняка она сейчас видеть десятый сон. Думает Зайтун и поворачивается на бок. Потом на второй и так продолжается до рассвета.

А Хумо все это время действительно находилась в заоблачных далях. Выспавшись от души она поднимается, выключает будильник и долго подтягивается. Лохушка вылетела с ее головы как только она закрыла глаза. Новое утро обещает быть солнечным.

— Прекрасно! — Говорит она раскрывая жалюзи. И идет готовить завтрак. Хумо бодрая веселая и хочет делиться этим настроением с окружающим миром. Пропускает через блендер два банана добавляет кефир и выливает полезный коктейль в стакан. Достает хлопья и высыпает на тарелку. Она не любит тяжелых завтраков и этого достаточно для первого перекуса. Ее хобби с самого утра принимать контрастный душ. Встает под струю сперва горячей воды потом холодной. И только тогда потирая плечи, вспоминает свою соседку. Быстро вылезает и укутавшись в халат выбегает с квартиры. Семь часов, а Зайтун только уснула, но вздрагивает от звонка в дверь. В полу дремотном состояние пытается разобраться что сейчас происходит. В голове сплошной хаос, она не понимает который сейчас час и что за окном день или ночь. Но руки сами тянутся к дверной ручке и она тянет ее к себе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, ты что до сих пор спала? Хумо проговаривает сквозь презрительную улыбку.

У Зайтун нет сил даже стоять на ногах. Она опускается на табуретку и спрашивает потирая глаза.

— Который час?

— Почти восемь.

— Неужели? — Вырывается с усталых губ и она резко вскакивает. Но потом понимая что разбита до крайностей снова садится на место и вопросительно смотрит на соседку.

Та улыбается говоря.

— Ну тогда я попозже зайду. Улыбаясь возвращается к себе.

— Какого черта? — Спрашивает сама себя закрывая дверь. Новая соседка порядком начинает надоедать. Бросает взгляд на свое отражение в зеркале и поражается. На нее смотрят два больших опухших глаза с темными синяками и растрепанными волосами.

— Ну и вид. А надо собираться на работу.

Но у нее нет никакого желания выходить из дома. Толи она привыкла к самоизоляции за эти недели, то-ли она реально обессиленная. Надевая блузку представляет как должна собрать сумку, выйти и завести машину. Все это кажется ей неописуемо трудной задачей и только мысль о встрече с Саидом придает крохотный стимул. Булочка с кофе быстро исчезает. Она бежит чистить зубы. — Уже восемь часов, значит надо успеть доехать за десять минут. — Не то директор может одарить ее выговором. Закрывая дверь трясущимися руками выбегает и не помнит, что забыла флешку со всеми файлами на столе. Хумо тоже выходит и удивленная таким быстрым преображением соседки спрашивает.

— На работу?

— Да, но жутко опаздываю.

Они входят в лифт и Хумо продолжает улыбаться.

— Ты работаешь там же где и Саид?

— Да. Но я устроилась туда раньше чем он, так что не думай…

— Да что ты, я просто так спросила. Кстати у тебя не ровные стрелки.

Зайтун вытаскивает пудреницу и правда впопыхах она подвела глаза по-идиотски.

— Спасибо.

— Ничего, на что еще нужны подруги?

Но раз на то пошло, — думает Зайтун, — может сказать ей, чтобы больше не стучалась по пустякам.

— Знаешь… — начинает она неровным голосом, но проклятая совесть заставляет задуматься. "А вдруг она обидится."

— Что?

Лифт прибывает в парковку и Зайтун поспешно выходит.

— Ничего потом скажу.

Девушки садятся по машинам. Зайтун озабочена. Хумо довольная.

17

Десять часов утра. Саид заезжает за флешкой. Он давно хотел завести ключи от ее квартиры и вот мечта сбывается. Флешку не надо искать. Она стоит на журнальном столике где Зайтун собирала сумку. Он открывает дверь и заходит как полноправный владелец. Обстановка ему не нравится. — Надо бы купить пару безделушек для украшения, — говорит он прокручивая на пальцах ключи. Проходит в зал и бросается на диван. Жесткость дивана ему тоже не нравится. — Куплю ей кровать, — думает, проводя рукой по обивке. В это время открывается дверь и входит Хумо. Саид встает ей на встречу и гордый тем, что теперь имеет ключи от этой однушки, произносит: — Я заждался.

Хумо обнимает его и приглушенным тоном шепчет.

— Чем больше ждешь заказа, тем слаще покупка.

Саид весь в поту от страсти, прижимает Хумо к стене и начинает осыпать ее шею поцелуями.

— Что ты со мной сделала?

Хумо в упоение от этого красавца. Ей давно опротивели грубые сильные руки. А он своими мягкими ласками заставляет ее, чувствовать себя настоящей женщиной. Делает комплименты от которых кружится голова и смотрит на нее как на девушку, а не крепкого орешка. И ей хочется оправдать его ожидание, превратится из смелой тигрицы в слабую беспомощьную кошечку. Он действительно нравится ей. До него никто не смел даже трогать ее пальцем и очень обидно что они встретились в таких обстоятельствах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Они входят в зал. Саид бросает ее на диван. Но Хумо останавливает его спрашивая: — А вдруг лохушка придет?