Конец белого Приморья. Последний поход белоповстанческой армии - Борис Борисович Филимонов

защиты своего сельского населения от произвола хунхузских шаек, частично прикрывавшихся красным флагом, сбора налогов и борьбы с разного вида контрабандистами. Переходя к подробностям, в первую очередь коснемся Поволжской бригады, высланной в первых числах мая месяца из Владивостока во Владимиро-Александровское, находящееся на побережье Уссурийского залива.

С селом Владимиро-Александровским и его районом части Поволжской бригады познакомились еще поздней осенью 1921 г., когда они именно с этого района начали свое движение на Хабаровск. Тогда они прошли от берега моря через Владимиро-Александровское вверх по Сучанской долине до деревни Сергеевка. После их ухода наблюдение над всем этим районом было поручено Оренбургской казачьей бригаде, базировавшейся не на Владимиро-Александровск и море, а на станцию Сучан и линию железной дороги. На постое у своих же земляков – местных красных партизан или им сочувствующих – Оренбургская казачья бригада не проявила большой активности, и вот теперь, с наступлением летних месяцев, в Сучанскую долину опять была двинута Поволжская бригада. Эта стрелковая бригада, без 4-го Уфимского стрелкового полка, но с только что приданным ей Анненковским конным дивизионом, провела целое лето в районе Владимиро-Александровского; имея последнее как свою основную базу, бригада то частями, то в полном наличном своем составе гонялась с большим или меньшим успехом по сопкам за партизанами и собирала с населения налоги в казну Приамурского правительства.

Общая численность частей Поволжской бригады, находившихся во Владимиро-Александровском и его районе, равнялась примерно 200 стрелкам, 200 конным и 2 орудиям. Согласно данным августа 1922 г., в бригаде, кроме уфимцев, должно бы быть 600 стрелков, 230 конных и 2 орудия – 3-я Волжская батарея. Бригадой опять командовал генерал-майор Сахаров, принявший ее во Владивостоке от временно командовавшего ей генерал-майор Ястребцева.

Село Владимиро-Александровское расположено, собственно говоря, не на самом берегу залива Америка, но в десяти верстах от него, на левом берегу реки Сучан. Воинские части и команды, прибывавшие в район Владимиро-Александровского морем, высаживались обычно на пристани китайского поселка Ченьювай, но шаланды (китайские лодки) с продовольствием ходили обычно вверх по реке до самого села. В таких случаях, в целях обеспечения беспрепятственного прохода шаланд, по берегу реки почти сплошной линией выставлялись посты от гарнизона, долженствующие не допустить всегда возможного нападения партизан на шаланды и их захвата. Село Владимиро-Александровское было окружено линией проволочных заграждений. Окружающие же это село деревни – Голубовка, Екатериновка, У ноши – оставались не занятыми белыми, и в них обычно обретались партизаны (красные). Своими обстрелами партизаны частенько тревожили гарнизон Владимиро-Александровского, но все эти нападения они производили ночью. Поднимались тревоги, люди отрывались от сна, но серьезных действий за сим не следовало, и через час-другой люди вновь распускались по квартирам. Такое удовольствие не особенно было приятно белым, и, дабы положить конец этим ночным тревогам, начальник противобольшевистского гарнизона сделал объявление, согласно коему, в случае нового ночного нападения партизан на посты белого гарнизона в селе, генерал Сахаров брал на себя право обстрела прилежащих деревень из орудий. Партизаны попробовали было повторять свои нападения, но так как белые в таких случаях немедленно начинали выпускать свои снаряды по одной из перечисленных выше прилежащих деревень, то перестрелки стали смолкать очень быстро – после двух-трех снарядов, а в дальнейшем эти нападения красных и вовсе прекратились.

Офицерская рота 1-го Волжского полка не помещалась во Владимиро-Александровском, но была выдвинута и занимала железнодорожную станцию Сучанские каменноугольные копи. Навестить эту роту, снабдить ее новым запасом продовольствия являлось делом одного стрелкового или конного полка Владимиро-Александровского гарнизона. Этот полк обычно сопровождало одно из орудий Волжской батареи. Красные партизаны каждый раз начинали в одном или другом пункте обстреливать отряд белых, но две-три шрапнели, пущенные наугад, всегда приводили красных к молчанию. Потерь при таких столкновениях у белых, да, надо полагать, и у красных, почти никогда не было, редко-редко когда оказывался один или два раненых в пехоте.

Один раз белый отряд ходил по тракту в сторону Звездочки. Партизаны уклонились от встречи, и отряд, не сделав ни единого выстрела, вернулся назад. В начале августа была предпринята экспедиция в Ново-Литовск, где, по сведениям белой контрразведки, сосредоточились значительные силы красных. Отметим, что население Ново-Литовска и прилежащих к нему деревень благоволило белым и относилось враждебно к красным. Оно даже просило белых о помощи и содействии им. Итак, получив только что приведенное сообщение о партизанах, находящихся в Ново-Литовске, штаб Поволжской бригады разработал план движения на Ново-Литовск двумя колонами:

1) колонна пехоты при одном орудии из Владимиро-Александровского через Екатериновскую, Михайловку и Кирилловку должна была пройти в Ново-Литовск верхней – горной дорогой;

2) колонна, состоявшая из конного полка при другом орудии, в Екатериновке должна была отделиться от пехотной колонны и через Голубовку, Американку и Лагонешт также должна была явиться в Ново-Литовск.

В 23 часа 30 минут была произведена побудка, и отряд сразу же двинулся в поход, так как в неожиданности крылся успех грядущей поимки красных партизан. Однако белым не повезло с самого начала: командир 8-го Камского полка полковник Сотников, часть офицеров и солдат оказались слишком навеселе. Тихая и незаметная для населения и возможных постов красных поимка сорвалась: паром перевернулся, два солдата и пулеметы были утоплены. После этого с факелами в руках начали искать брод. Екатериновка и Голубовка были пройдены в ночной темноте. В первой из них в одной из хат анненковцы обнаружили партизан и всех их перерубили. На улице этой деревни белые части захватили какие-то показавшиеся подозрительными подводы, но, дабы не упустить красных из Ново-Литовска, не стали с ними разбираться и продолжали свое движение. Конный полк, двигавшийся по южной дороге, пошел было по неправильному пути, но, обнаружив это, вернулся назад и вышел в конце концов к Лагонешту.

В Ново-Литовск первой прибыла пехотная колонна, она была там уже около 10 часов утра, заблудившаяся конная колонна пришла туда лишь около двух часов дня. Красных между тем в Ново-Литовске не оказалось, они ушли на восток – брать Владимиро-Александровское. Можно представить настроение, охватившее белых начальников. Немного передохнув в Ново-Литовске, белые, теперь уже одной колонной, поспешно устремились по южной дороге назад, к своей почти что незащищенной базе.

Красные стояли перед почти пустым Владимиро-Александровском, но атаки его почему-то не начинали. С подходом белых они сняли с него блокаду и отошли в сопки. Утром следующего дня части Поволжской бригады были уже у себя дома. Так, в конце концов, весьма благополучно для белых закончилась их гонка за партизанами. Следует отметить, что только теперь, по возвращении во Владимиро-Александровское, белые узнали, что в первую ночь своего