Серпомъ по недостаткамъ (целикомъ) - Аноним Луиза-Франсуаза

Я буду ждать ответа от страны и от президента. Но теперь я хочу сказать и еще кое-что: мне важен этот ответ. Но независимо от него я лично объявляю японцам войну - и буду вести ее до тех пор, пока не сочту, что жизнь моего друга и капитана "Буревестника" Майкла Макферссона отомщена. И пусть японцы не надеются, что это произойдет скоро..."

Мухонин - молодец! Вся кампания в американской прессе ему обошлась лишь в полтораста тысяч моих американских долларов - но результат окупился стократно. Даже тысячекратно: спустя уже два дня США объявили о "замораживании" дипломатических отношений с Японией "до "прояснения деталей инцидента". А "победитель медведей" срочно отправил специальную миссию в Англию - у него появилось сразу много новых тем для обсуждения с тамошним правительством. Тем более, что шанхайский агент "Ллойда" успел подтвердить, что русские приволокли во Владивосток именно пропавший "Буревестник" - страховка пропавшего корабля была солидной и вернуть ее для компании было большой удачей. Плюс ещё возможный иск о компенсации понесенных убытков...

Сообщение о разгроме японцев при Ялу проскочило в прессе даже без особого ажиотажа: основной реакцией в Германии и Франции (и тем более в США) было "ну так им и надо", англичане же предпочли вообще поместить сообщения об этом на последних полосах газет. Как и сообщение о том, что русский флот все же вышел из Порт-Артура и потрепал японский флот у островов Эллиота.

Макаров и Верещагин не потонули: наверное, один из потопленных моими рейдерами транспортов как раз и вез злополучные мины. А может и не поэтому. И все же, пока что коренного изменения ситуации не произошло - японцы продолжали десятками тысяч везти солдат в Корею. И явно готовились к высадке десанта где-нибудь поближе к Порт-Артуру и Дальнему.

У меня в Маньчжурии оставалось лишь сотня минометов (большую часть я передал Засуличу - вдруг японцы снова решат с суши зайти?) и много тысяч заранее запасённых мин...

Чуть побольше (включая последние поставки) были отправлены на Сахалин. Правда, значительной части их там уже не было: их вывезли двадцать "странных" траулеров еще двадцать четвертого апреля.

А первого мая (тринадцатого по европейскому календарю, принятому и в Японии - в очень несчастливый день для японцев) в час ночи двадцать плавучих батарей с сотней стволов выпустили пять тысяч фугасных мин по Нагасаки. В течение нескольких минут, со стороны открытого моря, через холмы. В двадцать три часа этого же дня "фейерверк" повторился в Симоносеки. И в четыре утра дня уже следующего - в Ниигате.

Японские города - они же в основном бумажные. А я этого не учел - точнее, не предвидел, к чему это может привести. Экипажи тоже не видели результатов обстрела - и слава Богу! Достаточно того, что японцы сами увидели этот результат: во всех трех "бумажных" городах произошел так называемый "огненный шторм" - и городов просто не осталось. Пара тысяч одновременных пожаров, которые просто некому тушить - это страшно...

Вот только это был еще не весь результат: в два ночи третьего мая был сожжен и порт Отару на Йессо (то есть Хоккайдо), в четыре - Хакодато, а через час началась высадка десанта на остров.

Конечно, нападать на остров с двумя тысячами казаков - не самая умная идея. Но в десанте приняли участие тысячи хунхузов Джан-джин-юани - очень известного маньчжурского бандита и, сколь ни странно, совладельца лесной концессии Безобразова. Тот самый, который ещё в январе подписал договор о том, что взял в аренду у некоего Волкова (дворянина из второй части книги Саратовской губернии) пятьдесят рыбных траулеров. Откуда только у человека деньги? Заработал, наверное...

Пока японцы пытались сообразить, что же это было, из Владивостока на Хоккайдо каждый день отправлялись корабли ("американские") с людьми Джан-джин-юани. Где он столько успел набрать даже для меня оставалось загадкой, хотя, говорили, что миллионка сильно обезлюдела. Но к тому моменту, когда японское правительство догадалось, что на них напали, на Хоккайдо "развлекалось" уже больше двадцати тысяч маньчжур - которые очень сильно не любили японцев...

Карл Леманн послал телеграмму японскому правительству, в которой предлагал (вежливо, без использования слов "джап" и "обезъяна") японцам немедленно убраться домой и больше не возникать против "белых людей" - а в противном случае грозился "уничтожить Японию как государство и географическое понятие всем известным способом". Конечно, угрозы торговца сельхозтехникой японцы могли бы и проигнорировать, но во-первых "всем известный способ" японцами был соотнесен с уничтожением приморских городов, а во-вторых телеграмма была подписана не только Карлом Леманном, но и военным министром США Вильямом Тафтом: республиканцы решили "оседлать" популярность Леманна в США в преддверии новых выборов. Впрочем, у них иных вариантов действий и не оставалось - в прессу каким-то образом проникли слова Рузвельта о том, что он "больше предпочитает ждать, пока в ходе войны на Дальнем Востоке исчезнут славянская и японская угрозы".

Добрым словом и пистолетом сделать получилось даже больше, чем просто пистолетом. На состоявшейся в августе в Берлине (Леманн, сам родившейся в Берлине, настоял на этом месте) "мирной конференции" только ленивый не вытер об японцев ноги (правда, Англию на нее не пригласили, хотя она и очень просились). Не помогло даже то, что в последних числах июля генерал Куроки смог прорвать оборонительные рубежи Засулича, хотя, по слухам, потери у него были зашкаливающие. Война была закончена, для Страны Восходящего Солнца наступило время оплаты кредитов. Немцам досталась вся Окинава (за посредничество и общее миротворчество), Формоза была возвращена Китаю (тут же сдавшему ее в концессию США и Франции), а Курилы и практически незаселенный остров Йессо были переданы в распоряжение России - чему весьма обрадовались айны. Японское "Управление колонизации Йессо" работало лишь тридцать пять лет, но последствия для исконного местного населения были ужасны. Правда, Джан-джин-юани японцы успели поймать и казнить. Не то, чтобы я особо жалел - его прозвище ("Линчи") происходило от любимой им традиционной китайской казни, когда человека накачивали опиумом, чтобы не умер от шока, а потом понемногу срезали с него мясо... Корею тоже "поделили по-братски": север стал "зоной влияния" России, а юг - "зоной влияния США", благодаря чему акции Вильяма Тафта на предстоящих выборах резко подскочили.

Но главное - Николай "за решающий вклад в деле разгрома врага" премировал всех железнодорожников России в размере двухмесячного оклада и увеличил саму зарплату на двадцать процентов. Вероятно, он проникся к доводам, которые были изложена ему в длинном письме о важности железнодорожного транспорта и использования ситуации для укрепления доверия к правительству со стороны народа...