Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

Пиши. И я от себя что-нибудь добавлю. Но чтобы никто и ничего лишнего. Будешь мне показывать письма, помнишь? Мы договаривались.

А правда, чего все мосты-то сжигать?

- Слово даю. Итак, вы не мертвы, вы беременны, найти вас не удается, а как строить планы? Жениться не получается, а есть ведь еще и фарданцы...

- Они нас тоже будут искать.

- Пусть поищут, - хищно оскалился Феликс. - Хорошо поищут, с собаками.

Мария пожала плечами.

- Пусть.

Фарданцев было не жалко, Иоанна тоже, пусть хоть сожрут друг друга. Кого жалеть в битве крысы и жабы? Правильно, никого! Для гадюки они обе - корм!

 

***

Во дворце королевы предсказуемо не оказалось. Иоанн распорядился закрыть столицу и приступить к допросам и обыскам.

Допросы показали, что ни принцесса, ни королева через ворота не выезжали. И даже похожие на них люди... ну, было несколько детей, так с другими родителями, в семьях. А такой, как королева и вообще не было. Чай, не пропустили бы! Такая красота!

О сбежавшей свинье и вовсе никто не вспомнил, принцесса со свиньей не вязалась ВООБЩЕ! Такого не может быть, потому что так не бывает. Точка.

Иоанн отдавал распоряжения.

Искать, искать и снова искать, обыскивать чердаки и подвалы, перетряхивать все дома... она должна быть в городе! Наверняка сидит где-то и ждет... Мария же не могла уехать из столицы?

Куда бы она поехала? С кем?

Искать!

Допросили ее духовника, но отец Роман держался стойко. То есть выдал почти все, что знал.

Да, королева беременна, ее тошнило при священнике. От короля, понятно, понесла, от кого ж еще? До нее ни один посторонний мужчина ТАК не дотрагивался, она мужу не изменяла, сие Богам неугодно! Тайна исповеди, конечно, святА, но это была не совсем, чтобы исповедь, так что священник может раскрыть содержание разговора.

Он уговаривал ее величество поговорить с его величеством и честно ему сознаться, но королева была сильно обижена. Имя величества священник скромно опустил - так оно и не ложью получается! Говорил он ведь про его величество Саймона, а Мария ни в какую не хотела сознаваться братику!

Бежать?

Нет, о таком она не говорила, да и куда ей бежать? С кем?

И снова ведь не солгал, ее величество не бежала, она уезжала вполне расчетливо и разумно. Это не прыжок в окно с узелком за плечами, это осознанное и взвешенное решение.

Про Феликса священник и вовсе молчал. Не спрашивают? Вот и ладненько, сам он рот и не откроет! Сейчас лучший выход - сидеть тихо. И хвост не поднимать, а то вырвут с корнем.

Иоанну оставалось только ждать.

В Диану он запустил кубком, на Виталиса Эрсона рявкнул, Бустону с такой силой дал в морду, что бедолага как упал, так и не поднимался... чего он тут? Не мог раньше нормальный договор составить? Чтобы королева его подписала?

Вот ведь главное свинство! Он теперь и развестись-то не сможет!!!

Ей-ей, когда он найдет эту гадину, она все время до родов в тюрьме проведет! С цепью на шее! А потом он эту цепь поплотнее закрутит!

Сволочь, а не супруга!!!

 

***

- Что будем делать? - Изао смотрел на командира, признавая его верх.

Рэн коснулся груди. Неосознанно, привык уже, там, в маленьком кожаном мешочке, висел на шнурке алый камень.

- Нам надо идти вперед, Изао. Я не должен этого открывать, но мы остались вдвоем. Никто другой на Шагрене не сможет найти двуликого, никто. Только мы.

- Почему?

Вопрос был закономерным, и Рэн обязан был на него ответить.

- Если что-то случится, ты заберешь реликвию у меня на шее. Ты понимаешь? С ее... его помощью можно искать.

Изао соображал быстро.

- Это... камень?

- Да, - кивнул Рэн.

Что такое камень Многоликого, как он действует и для чего нужен на Шагрене знали все. Это вам не круглоглазые дикари, которые обряды выполняют, а суть их утратили! Повторяют одно и то же, как дрессированная обезьяна, а для чего? Зачем?

Смешно даже смотреть на них!

Изао посерьезнел.

- Может, нам стоит вернуться на Шагрен? И потом уже, с новыми силами...

Рэн прикрыл глаза. С одной стороны, надо бы. Здесь и сейчас он осознавал, насколько велик этот мир, и как они беззащитны в нем, несмотря на все свои умения. Это только в балладах и преданиях герой, вооруженный одним клинком, проходит через весь континент, оставляя за собой трупы врагов. В реальной жизни же...

Помогли им клинки?

Брат будет разочарован. Но Рэн никогда и не мечтал занять высокую должность при дворе.

- Камень - один, - тихо сказал Изао. - если с нами что-то... если мы его утратим, мы предадим доверие Божественного Императора!

- Я расспросил мальчишку, который крутится рядом с нами. Он сказал, что они шли как раз в Шагрен, но буря разметала корабли.

- Теперь они туда не идут?

- Точнее мальчишка не знает.

- Может, имеет смысл поговорить с капитаном?

Рэн медленно прикрыл глаза.

- Да, пожалуй.

Пару дней ему простили, в море свои законы. Человека надо взять на борт, обогреть, накормить, и еще немного времени выиграла смерть Джиро, хоть какое-то понимание у круглоглазых есть, не полезли сразу после похорон. Но сейчас уже надо.

Рэн кивнул, и отправился к капитану.

Тот как раз находился на кватердеке, так что далеко идти не пришлось. Рэн остановился внизу и поклонился.

- Эрр капитан, вы позволите?

Говорил он плоховато, но это быро не так важно, вежливость он проявил. Капитан отложил подзорную трубу и махнул рукой.

- Поднимайся. Поговорим!

Рэн повиновался. Одолел несколько деревянных ступенек, еще раз поклонился. Капитан кивнул на место рядом с собой, оперся на поручень.

- Мое имя исс Микаэл Дарс. А ваше?

Рэн задумался, но ненадолго.

- На Шагрене нет эрров и исс. Я воин... наверное, правильно - исс Тори. Рэн Тори.

- Чернозубые - и вдруг исс? - засомневался капитан.

Рэн только плечами пожал. Можно, эрр. Не знаю...

Капитан только махнул рукой. Что с этих узкоглазых возьмешь?

- Как вы оказались в море, исс Тори?

Этот вопрос был обговорен с Изао заранее.

- Мы преследовали беглеца с Шагрена. Человек соблазнил знатную даму и бежал. Мы обязаны были принести его голову.

Капитан кивнул. А, это бывает, это дело житейское. Это и в цивилизованных странах случается, когда лезет какой поганец под подол к благородной эссе, а родня его