Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

- Но Мария ж сама...

- Диану с Иреной стравила и в стороне осталась? Вот беда-то!

Иоанн злобно засопел.

- Во всем я виноват? Так, что ли?

Колючка взгляд в сторону не отвел.

- Диана, конечно, красавица редкостная. Зато ее величество Мария сама королева... и дочь, и внучка, правнучка королей. Каково ей такое стерпеть было? И когда на ее ребенка покушались...

- Ирена не в себе была.

- А Марии с того намного легче? И потом, когда случилось между вами...

- Она мой подарок мне в лицо бросила!

- Пода-арок? - и так это Колючка протянул, что Иоанн вспомнил злые слова Марии. Действительно, королева. Ее этими побрякушками и покупать-то неуместно, ей вся казна принадлежит, а он ей... как Диане какой!

- Ладно-ладно! Понял я!

- А ежели и правда она затяжелела, то подумай сам. Фарданцы рядом, Эрсоны не обрадуются, а ты уже показал, что защищать ее не станешь и женой не считаешь.

- Я бы сына в обиду не дал!

- А если дочь будет?

- Эммм...

- О разводе все равно бы тогда речь не пошла до родов и еще год. Сам знаешь, не даст конклав разрешения. И потом может не дать, дети-то есть, теперь уж и вовсе двое, а что девчонки, так Богам виднее!

Иоанн скрипнул зубами.

- Ты мне что сказать хочешь? Что искать ее не надо?

- Почему же, твое величество. И искать надо, и найти, только не сюда привозить, а, к примеру, куда-то в монастырь, или в отдельный замок, и охрану приставить, и стеречь в десять пар глаз, и пищу всю пробовать. А уж как рОдит... там тебе и видно будет, сын или дочь, признавать или нет...

- Диана мне десять детей родить может!

- Может ли? Там еще поле непаханое, и что на нем прорастет, и вырастет ли?

Иоанн скрипнул зубами.

Убил бы наглого шута. А только в чем-то он и прав.

- Я ее потеряю?

- Марию? Или Диану?

Иоанн молчал. Колючка подошел, протянул королю руку, помогая подняться и устроиться удобнее, и вздохнул сочувственно. Так... по-человечески, как не с королем говорил, а с обычным мужчиной.

- Марию ты уже потерял. Диану отталкивать будешь, и то потерять ее не удастся. Сейчас ты не за баб переживай, а за возможного сына. Короля будущего...

И ведь не поспоришь с ним. Прав, сволочь.

Может, потому и прав, что дурак?

***

Сколько может пройти за день одна лошадь?

Сложный вопрос. Если лошадь хорошая, если дорога хорошая, если, если, если...

А еще лошадь надо обхаживать, кормить, поить, людям тоже надо отдыхать, потому что, простите, по хорошей дороге можно и рысью, а по плохой только шагом. Так что средняя скорость фургона получалась километров пять в час. Семь - и то много.

Мария на вестибулярный аппарат не жаловалась, но такой режим езды ее просто мучил. Это не в королевской карете, да с эскортом, когда все разбегаются вокруг. И кони тут далеко не королевские, и фургон поскрипывает, так, что при серьезной нагрузке ему и песец прийти может. И люди время от времени выходят и идут рядом с повозкой.

Мария тоже.

Из нее быстро сделали седую бабку. Универсальный грим, мука, грязь, платок на голову, и все отлично получилось. Волосы щедро засыпали мучной пылью, чтобы те стали полуседыми, лицо измазали, потом Мария еще сморщила его, прошлась сажей по морщинкам, которые отыскала, и кивнула. Нормально. Платок здоровущий, чтобы осанку скрыть, да и так переодеться. Крестьянское платье было не слишком удобным, шерсть кололась, но лучше уж так, чем в шелке - и с убийцами.

Можно бы и гюрзой поехать, но кони чего-то нервничали, так что не надо нагнетать. Не нравятся им змеи? Вот и не надо провоцировать конскую истерику, или как это правильно называется? Стресс? Психоз? Невроз? А то на весь мир ни одного зоопсихолога, позорище!

Зато Анна по уши была довольна поездкой.

Неожиданно они нашли общий язык с Мелиссой, и теперь носились вокруг телеги. Далеко не отходили, но Мелисса с удовольствием рассказывала принцессе о травах и о случаях из лекарской практики, Анна слушала, задавала вопросы...

Тина смотрела на это, довольно прищурившись. Феликс правил фургоном.

Когда Мария в очередной раз вышла размять ноги, он тоже отдал поводья Тине, и пошел рядом с королевой, поддерживая ее под локоть. Со стороны это выглядело, как забота почтительного сына о бабушке или матери.

- Думаю, во дворце уже переполох, - тихо сказала Мария.

- Я расспросил как нам лучше доехать, мы через часик свернем на лесную дорогу. А там и к побережью. Рыбка морская, фрукты, тишина и спокойствие.

Мария невольно шмыгнула носом.

Тишина и спокойствие.

Вот этого ей и не хватало. Все время, как она сюда попала, все время... каждый день, как в логове у голодного крокодила, каждый шаг на нервах, постоянное ожидание удара в спину! Какие ж нервы тут выдержат? Неудивительно, и что королева умерла в таком возрасте! Иоанн жену просто загнал... и добил. Скотина.

- Ты, Мелисса, Тина... заодно сможете со своим обликом освоиться. Да и мне полегче будет.

- Посмотрим, что будет твориться в столице, а пока вам надо будет отдохнуть. Может быть, придется возвращаться.

- Почему? - насторожилась Мария.

Феликс опустил глаза.

- Я не хотел об этом говорить.

- Не хотел бы так промолчал. А все же?

- Вы очень любите мужа?

- Вообще не люблю, - не стала врать Мария. - Нас просто один раз бросило друг к другу, я была в истерике, он попользовался ситуацией, так случается. А что?

- Может случиться так, что ваш отъезд станет его приговором.

Мария подняла брови.

- Вот как?

- У него есть и другие внебрачные дети. Возможно, Виталис Эрсон сочтет кого-то из них более перспективным. Сейчас, уезжая, вы оставляете короля...

- В подвешенном состоянии.

- Вот-вот, в повешенном. Развестись никак, признать вас мертвой тоже, я отписал вашему брату.

- Зачем?!

- Потому что так надо, - Феликс смотрел жестко. - Я мог бы не признаваться, но я не стану врать. Саймон хороший человек и не заслуживает лжи, я не скажу ему, где вы и что с нами, но писать иногда буду. Чтобы знал, что вы живы. Я предупреждал.

Мария подумала пару минут. Вспомнила свое письмо, свое желание укусить Иоанна...

-