Возвращение. Трилогия - Игорь Чужин

Сложившаяся в голове гипотеза выглядела вполне правдоподобной, но от осознания этого факта мне легче не становилось. Если судить по скорости уплотнения кокона, то до следующего приступа оставалось не более четырех или пяти часов, а я был абсолютно не готов к переносу. В результате мозгового штурма у меня выстроился следующий план, который я потом записал в блокнот телефона:

1. Нужно срочно добыть циркониевый браслет, чтобы, заземлившись, сбрасывать лишнюю энергию из кокона, как я это делал раньше. Иначе могут возникнуть серьезные проблемы.

2. Закончить неотложные дела на Земле, а уже потом возвращаться на Геон.

3. Перевести все финансовые средства на счета Кати. Я не могу бросить Катю на произвол судьбы и без средств к существованию, тем более что эти деньги мне больше не понадобятся.

4. Переоформить на Катю «лексус».

5. Необходимо обставить свое исчезновение так, чтобы меня считали уехавшим за границу.

Правоохранительным органам известно, что у меня проблемы с головой, и данный факт не должен вызвать особых подозрений.

6. Максимально отвести от Кати подозрения о моем исчезновении, чтобы она не пострадала.

Это до нищего Игоря Столярова никому дела не было, а за три лимона евро Катю затаскают по судам, и если не посадят, то начнут выбивать из нее деньги силой.

7. Перенос должен произойти с того же самого места, что и в первый раз.

В противном случае может унести к черту на рога, и выбирайся потом полгода из какой-нибудь дыры.

– Дядя Игорь, ты живой? – окликнула меня племянница через дверь ванной.

– Со мной все в порядке! Включи мой ноутбук и набери в поисковике слова «циркониевый браслет», – откликнулся я и начал вытираться.

...Подготовка к переносу продолжалась почти две недели. Дел было невпроворот, а времени хронически не хватало, и я начал делать ошибки, пренебрегая необходимыми мерами безопасности. Дошло до того, что я только чудом успел заземлиться за металлические перила лестницы и сбросить излишки энергии, когда меня начало бить током уже на лестничной площадке. В противном случае перенос мог произойти прямо в подъезде дома. После этого случая я решил сбрасывать энергию не только ночью, но и устраивать тихий час днем.

Много времени и нервов стоил мне перевод денег на счета племянницы, после которого она стала богатой невестой. Закончив с финансами, я вплотную занялся съемной квартирой, как частью плана прикрытия моего исчезновения.

Хозяином жилья был гражданин Азаров Павел Петрович, который трудился доцентом в педагогическом вузе и питал слабость к молоденьким сексуально озабоченным студенткам, на которых после сексуальных утех был вынужден жениться. В результате этого обстоятельства он выплачивал алименты трем бывшим женам на четверых детей. Любвеобильный доцент был очень стеснен в средствах, и это вынуждало его сдавать двухкомнатную квартиру в центре, а самому ютиться в однушке в Бибиреве. Павел Петрович намеревался продлить выгодный для себя договор аренды и даже предложил мне небольшую скидку, но я отказался, гордо заявив, что городская суета противоречит моим духовным принципам. Возвращая ключи, я рассказал, что уезжаю за границу и собираюсь там поселиться в глуши.

Павел Петрович из вежливости спросил меня об этих принципах, и я вылил на его голову поток религиозной ахинеи о просветленном сознании и достижении нирваны. Окончательно добила моего собеседника лекция о том, что для этой цели лучше всего подходят перуанские Анды. После этой эскапады Павел Петрович решил, что у его жильца окончательно съехала крыша, и выпроводил меня из квартиры.

Такой же спектакль я устроил в банке, когда переводил деньги на Катю, и в клубе «Звездный», где закрывал свой абонемент. После беготни по городу и стояния в бесконечных московских пробках голова гудела, как растревоженный улей, а от общения с чиновниками буквально тошнило. Если бы не племянница, то я кого-нибудь из этих уродов обязательно бы прибил!

Катя добросовестно помогла мне в решении многих проблем, с которыми без ее помощи я просто не справился бы. Основная беготня по чиновничьим кабинетам свалилась именно на плечи племянницы плюс все бытовые дела по дому. Я же в основном ставил последнюю точку в Катиных заботах, подписывал документы и давал взятки, когда этого требовала обстановка.

К концу первой недели мне начала звонить Лена, но я решил не отвечать на ее звонки, а затем заменил симку в телефоне. Я не хотел втягиваться в новые разборки с женщиной, которую невольно обидел, к тому же не имея возможности ей помочь.

За трое суток до назначенного дня перехода я понял, что ничего больше не успеваю сделать, а поэтому объявил подготовку законченной и устроил себе выходные. Мне необходимо было отдохнуть и залечить мелкие болячки, до которых раньше не доходили руки.

Все на этом свете когда-нибудь кончается, и наступил день, когда я должен был уйти из этого мира. Фраза получилась двусмысленная, но я реально мог погибнуть, вместо того чтобы вернуться на Геон.

Как я ни пытался все предусмотреть, но постоянно вылезали какие-то косяки, и проблемам не было конца. Дни пролетали, как пейзаж за окном скоростного поезда, и больше тянуть время стало невозможно, и перенос был назначен на 17 сентября. В два часа пополудни я заехал за Катей в институт, и мы поехали в Болшево. Племянница уговорила меня разрешить ей присутствовать при переносе, о котором я ей много рассказывал. Правильным решением было бы не тащить с собой племянницу, но у меня имелся к ней шкурный интерес. Добираться до места переноса на такси мне не хотелось – ну привык я к своей машине и ее комфорту. «Лексус» теперь принадлежал Кате, и, когда все закончится, она должна была уехать на нем домой. К тому же существовала большая вероятность, что при переносе что-то пойдет не так, в результате чего я получу травмы и окажусь в беспомощном состоянии. Присутствие Кати являлось страховкой как раз на этот случай.

Погода в этот осенний день стояла солнечная, хотя еще вчера вечером моросил противный холодный дождь. До заброшенной автобусной остановки, откуда произошел первый перенос на Геон, мы добрались без происшествий и стали ждать, когда моя аура наберет достаточно энергии для запуска процедуры перехода. Чтобы не терять времени даром, я решил в последний раз проинструктировать Катю, чтобы она не наделала глупостей, когда я уйду или погибну. Племянница внимательно слушала и изредка задавала вопросы.

Накопление энергии продолжалось почти два часа, пока мне не стало понятно, что ее достаточно для запуска процесса перехода. Простившись с племянницей, я направился к опоре линии электропередачи, чтобы находиться как можно ближе к мощному источнику электричества. Отойдя от остановки на полсотни шагов, я закрыл глаза и погрузился в транс, морально готовясь к возможной смерти. Энергия потоком потекла в мою ауру, и кокон вокруг нее стал быстро уплотняться.

Неожиданно женские руки обвили мою шею, и я почувствовал на щеке мокрые губы. Меня сразу выбросило из транса, и услышал голос племянницы:

– Дядя Игорь, возьми меня с собой. Я тебя умоляю, ну возьми меня, пожалуйста!

Попытка оттолкнуть от себя Катю не увенчалась успехом, потому что она вцепилась в меня как клещ и непрерывно тыкалась мокрыми губами мне в лицо.

– Катя, ты рехнулась!!! Немедленно уходи отсюда, или мы вместе погибнем, – заорал я и буквально отодрал от себя плачущую девушку.

Катя, хлюпая носом, медленно направилась к «лексусу», а я снова закрыл глаза и начал погружаться в транс.

Сильный удар в ухо мгновенно вернул меня к действительности, а затем мне не хило досталось между ног. Я свалился на землю в позе эмбриона, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, и лихорадочно пытался заглушить адскую боль. В ушах раздался рев турбин взлетающего самолета, и на меня обрушилась темнота.

* * *

Прошла целая неделя с того вечера, как мы расстались с Игорем, а он так и не позвонил. Наступив на горло собственной гордости, я позвонила ему первой, но он не отвечал на звонки. Тогда я набралась смелости и поехала к нему на квартиру, однако свет в окнах квартиры не горел, а на звонки в дверь никто не отвечал. Я хотела выяснить судьбу Игоря у соседей, но сначала решила расспросить консьержку, с которой познакомилась, когда жила у Игоря.

Пожилая женщина прекратила вязать свитер и отнеслась к моей проблеме с большим участием. Она сразу заявила мне, что я опоздала и жилец из тридцать восьмой квартиры еще вчера съехал в неизвестном направлении. Поняв, что это известие меня очень расстроило, женщина покачала головой и участливо сказала:

– Ну чего только этим мужикам надо? Я не понимаю Игоря Александровича! Красавец мужчина и при деньгах, машина дорогущая, да и не мальчик уже. Променять такую, как вы, красавицу на какую-то малолетку в джинсах – это уму непостижимо!