По следам обречённых душ (СИ) - Ласточкин

Игнэйр вздрогнул, пытаясь осмыслить разговор. Он не понимал о каких проклятиях идёт речь, не понимал и сути разговора, но осознавал, что Лания страдает по вине этой парочки. Малер молчал. Поскольку видна была только его спина, оставалось лишь догадываться, что он испытывал в этот момент.

— Если ты хочешь поговорить об этом, то давай перейдём в более уединённое место, — с нажимом сказал Присфидум. — Мне не нужны лишние уши.

До Флатэса дошло почему друг всё это время молчал, он прислушивался и проверял округу на наличие людей. По всей видимости академец заметил присутствие Игнэйра, но понял ли, что это он? Калеса недовольно и вместе с тем надменно хмыкнула, но головой таки качнула.

Непоседливому парню только и оставалось, что наблюдать за тем, как эти двое отдаляются. Следовать за ними дальше он просто не мог, ведь Малер, наверняка, не ослаблял бдительности. Пока Флатэс раздумывал над своим следующим шагом, Амкапир и Присфидум уже скрылись за зданием академии.

«Даже если кто-то кого-то и проклял, при чём тут может быть Лания?» — недоумённо подумал академец, так и замерев на месте, точно приросший.

Штаб сопротивления, река Светлой Девы

Пробираясь сквозь листву, отливающую серебром и аквамарином в лунном свете, Эпкальм удручённо смотрел вперёд. Он вновь потерпел неудачу на вылазке. Наскоро переодевшись, морально истощённый, бывший лидер упал на траву и принялся смотреть в небо. Невидимые линии строились сами собой и проходили от одной звезды к другой.

Из-за того, что в последнее время у него ничего не клеилось ни с поисками парнишки из академии, ни с освоением способности, сопротивленец уже начал терять силы. Поглаживая мягкую траву рукой, он чувствовал, как та обвивается вокруг пальцев, точно стремится просунуть свои пальцы меж его. Закрывая глаза, Эпкальм сделал глубокий вдох. По кончикам пальцев заскользила приятная прохлада. Странное чувство в груди заставило его закрыть глаза. Что-то из глубин нежно нашёптывало ему слушать, слушать и слушать. Чувствовать. Проникаться. Направляя способность в землю, точно ведомый кем-то, Аноильтенс внезапно ощутил, как это нечто отзывается в душе.

Сопротивленец чувствовал ветер уже не телесно. Эпкальм словно слышал его тихую и одинокую песнь, слышал, о чём нашёптывает река и о чём переговариваются деревья. В этот миг ему показалось, что он оказался частью природы, частью чего-то настолько большого и необъятного, что воздух влетевший в лёгкие, обжёг свежестью.

Всё верно, подумал Эпкальм. Он хорошо вспомнил, что Сэлд когда-то учился контролировать способность слушая природу. Он долгие часы сидел и медитировал, как в последние недели сам Аноильтенс. Теперь ему стало понятно для чего были тренировки друга — он старался соединиться с магическими потоками в земле, чтобы чувствовать окружение. Зарываясь пальцами глубже, Эпкальм стал слышать пульсации природы, словно та имела тысячи сердец во всём, что его окружало. Сердце затрепетало от лёгкого и пьянящего ощущения.

«Слышу. Я наконец то её слышу! Земля, словно говорит со мной», — радостно подумал сопротивленец. Он и заметить не успел, как губы изогнулись в расслабляющей улыбке.

Шаги. Парень вдруг ощутил, как кто-то к нему приближается, точно они звучали прямо в груди, такие громкие; они ломали опавшие ветки, слышался хруст.

— Так и знала, что найду тебя здесь, — заговорила девушка.

Эпкальм распахнул глаза и увидел всё словно в абсолютно другом цвете. Стоящая перед ним Ингет переливалась ало-лазурными оттенками. Она вздрогнула, а лицо озарило удивление. Не в силах что-то выговорить, Ингет указала пальцем на глаза сопротивленца.

— Твои глаза… они что… переливаются?

— Переливаются? — эхом повторил Эпкальм, после чего смысл её слов наконец дошёл. Подскакивая с травы, он кинулся к реке. Танцующее на водной глади отражение поразило. Глаза Аноильтенса искрились подобно опалам, сменяя оттенки ежесекундно, словно само северное сияние исполняло изящный танец.

Мгновение. Второе. Свет постепенно начал блекнуть. Подняв голову, Эпкальм уверенно пошёл в сторону Ингет, опустил веки, выставил палец и осторожно коснулся её лба. В тот же миг он ощутил волну смущения, обдавшую его теплотой до самых кончиков пальцев. Хактес охнула от чего-то. Тело, до того преисполненное бурлящей энергией, что разносило по венам чувства природы, стало возвращаться к привычному состоянию, а трепет угас.

Выдохнув, Аноильтенс сделал шаг назад и опустил руку. Открыл глаза.

— Как ты это… сделал? — заполнившийся дрожью голос Ингет, робел.

— Сделал что?

— Я вдруг… я почувствовала… словно меня… эм, завернули в мягкий плед. Стало так тепло и радостно. Что ты, тёмный меня побери, сделал?

«Передача эмоций? Разве мне и такое под силу? Но… — сопротивленец крепко задумался. — И правда, как же я это сделал? — недоумевающе глянув на Ингет, Аноильтенс решил отмахнуться».

— Не знаю, не важно. Ты что-то хотела? — помотал головой Эпкальм.

Сконфуженно обняв себя за плечи, Ингет подалась вперёд. Она закрыла глаза, опустила голову и коснулась руки бывшего лидера. Решая воспользоваться шансом, Аноильтенс начал прислушиваться к чувствам Хактес.

Он уже давно успел понять, что начал постепенно обучаться чувствовать людей и без зрительного контакта, хватало и прикосновения. Однако делать это получалось, только когда человек испытывал сильные эмоции.

Тревога, страх и мимолётное благоговение.

— Пожалуйста… не переставай… приглядывать за мной. Боюсь, если оступлюсь, то потяну за собой и ребят. Но не раскатывай губу понял! Я лишь не хочу, чтобы что-то случилось! — выпалила Ингет на одном дыхании, круто развернулась и помчалась по тропе к штабу.

— Чего? — непонимающе буркнул Эпкальм, покачал головой и неспешно двинулся следом.

Уже у штаба сопротивленец увидел, как отряд во главе с Ингет уходили. На поляне стоял Глорас и тревожно смотрел им вслед. Мужчина выглядел непривычно напряжённо и обеспокоенно, от чего волнения перешли и Аноильтенсу.

Вновь обдумывая встречу с Ингет и её слова, парень подошёл к главе и остановился рядом.

«Неужто она просила присмотреть за ней на задании? С чего бы это?» — недоумевал бывший лидер. В голове закрутились последние месяцы. Среди нескончаемого потока печальных и бесцветных событий, он вдруг смог выудить нечто важное, о чём успел позабыть.

— Ребята ушли на миссию, — первым заговорил Вэдпрум, опередив парня. — Меня беспокоит нынешняя ситуация отряда. Я хотел отговорить Ингет от этой затеи, капитаны дали им особенную миссию на проверку сплочённости, так сказать, — Эпкальм вздрогнул. — Никто не доволен новым лидером. Но куда больше я беспокоюсь о Сэлде.

Эпкальма точно окатило ледяной водой, а после ещё и ударило молнией. От шока глаза распахнулись так широко, что казалось, веки вот-вот порвутся в уголках.

— Погоди! Что Сэлд там делает! Он не может