Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

— Письма?

— Да, письма. — Пуаро вытащил что-то из кармана. — Это вторая вещь, изъятая мною у мосье Донована.

Он показал конверт с отпечатанным на машинке адресом и фамилией адресата: «Миссис Эрнестине Грант».

— Но прежде чем мы ознакомимся с содержанием этого письма, я хотел бы задать вам один вопрос. Мосье Фолкнер, вы любите мадемуазель Патрицию? Или у вас к ней чисто дружеские Чувства?

— Я чертовски люблю Пат. Но я никогда не надеялся на взаимность.

— Вы думали, что она любит мосье Донована? Может быть, она и испытывала к нему какие-то чувства, но это было только в самом начале, мой друг. Вам нужно заставить ее забыть о случившемся и поддержать в беде.

— В беде? — резко переспросил Джимми.

— Да, в беде. Мы сделаем все возможное, чтобы ее имя не упоминалось в связи с этим делом, но вряд ли нам удастся вовсе избежать огласки. Дело в том, что она послужила мотивом.

Он резко надорвал конверт, и содержимое выпало на стол. Краткое сопроводительное письмо было из нотариальной конторы:

Мадам!

Документ, присланный Вами, является подлинным, и факт заключения брака за пределами Англии ни в коей мере не лишает его законной силы.

Старший нотариус Этен Сантаро.

Пуаро развернул вложенный в письмо документ. Это было свидетельство о браке, заключенном между Донованом Бейли и Эрнестиной Грант восемь лет назад.

— О Господи! — воскликнул Джимми. — Пат говорила, что получила записку от этой женщины с просьбой встретиться, но она и представить себе не могла, что речь пойдет о чем-нибудь подобном.

Пуаро кивнул.

— Мосье Донован знал об этом. Он зашел к жене прежде, чем подняться к Пат. По странной иронии судьбы несчастная женщина поселилась в том же доме, где жила ее соперница. И он, не дрогнув, убил жену, а затем отправился развлекаться. Она, видимо, сообщила ему, что послала свидетельство в нотариальную контору и вскоре ожидает получить ответ. Он скорее всего пытался ее уверить, что их брак недействителен…

— Сегодня вечером он был в таком хорошем настроении… Вы ведь не позволите ему скрыться? — Джимми вздрогнул.

— Ну куда он сможет скрыться, — серьезно ответил Пуаро. — Об этом даже не надо беспокоиться.

— Я сейчас думаю только о Пат, — сказал Джимми. — Так вы считаете, она любила его?

— Mon ami, это уже по вашей части, — тихо ответил Пуаро, — завоевать ее любовь и заставить забыть о прошлом… Я думаю, вы легко с этим справитесь.

1960 г.

Часы

Пролог

С утра этот день, девятое сентября, ничем не отличался от всех других дней. Вряд ли кто из участников наступавших событий мог похвастать тем, что почувствовал их приближение заранее, кроме, разве что, миссис Паркер, которая жила в доме номер сорок семь по Вильямову Полумесяцу. Она вообще специализировалась на предчувствиях и любила задним числом описать в мельчайших подробностях свои страхи и смутные ощущения. Но поскольку жила она от дома номер девятнадцать довольно далеко и к случившемуся не имела ни малейшего касательства, так и осталось загадкой, откуда ее предчувствия взялись.

В Бюро машинописи и стенографии «Кавендиш» (владелица мисс К. Мартиндейл) день девятое сентября проходил как обычно, то есть довольно скучно. Звонил телефон, стучали машинки, поступали заказы — не больше, но и не меньше, чем всегда, и среди них-ни одного особенно интересного. До тридцати пяти минут третьего девятое сентября ничем не отличалось от всех прочих дней.

В тридцать пять минут третьего мисс Мартиндейл позвонила по местному телефону в канцелярию. Ей ответила Эдна Брент, как обычно гнусавя и сопя в трубку, потому что во рту у нее был леденец:

— Что вам, мисс Мартиндейл?

— Эдна, как я учила вас говорить по телефону? Произносите слова отчетливо и не пыхтите.

— Хорошо, мисс Мартиндейл.

— Ну вот, уже лучше. Ведь можете, когда захотите! Пришлите ко мне Шейлу Вебб.

— Она еще не вернулась с обеда.

— Ах вот как?

Мисс Мартиндейл сверилась с настольными часами. Два тридцать шесть. Шейла Вебб опаздывает ровно на шесть минут. В последнее время она совсем распустилась.

— Пришлите ее ко мне, когда вернется.

— Хорошо, мисс Мартиндейл.

Эдна снова затолкала леденец за щеку и, с наслаждением посасывая, продолжила печатать «Обнаженную любовь» Арманда Левайна. Скрупулезные описания эротических сцен, стоившие автору немалых усилий, нисколько ее не трогали — как, впрочем, и большинство читателей. Своим примером Арманд Левайн убедительно доказывал, что нет ничего скучнее, чем скучная порнография. Не помогали ни броские обложки, ни дразнящие заглавия — с каждым годом книги его продавались все хуже, и, несмотря на троекратное напоминание, он до сих пор не заплатил за перепечатку своего последнего романа.

Дверь распахнулась, и в комнату, запыхавшись, вбежала Шейла Вебб.

— Кошка тебя уже спрашивала, — доложила Эдна. Шейла скривилась:

— Ну конечно, стоило мне задержаться на минутку!..

Она поправила волосы, взяла блокнот с карандашом и постучала в дверь начальницы.

Мисс Мартиндейл подняла глаза от письменного стола. Типичная преуспевающая деловая женщина сорока с небольшим лет. Светло-рыжие волосы уложены пышным валиком — за них да за имя, Кэтрин, девушки и прозвали ее Рыжей Кошкой.

— Вы опоздали, мисс Вебб.

— Прошу прощения, мисс Мартиндейл. Я попала в пробку, автобус еле тащился.

— В это время всегда пробки. Вы должны были это предвидеть. — Мисс Мартиндейл заглянула в свой блокнот. — Звонила некая мисс Пебмарш, вызвала стенографистку на три часа. Она просила, чтобы прислали именно вас. Вы уже работали с ней?

— Не припомню, мисс Мартиндейл. По крайней мере в последнее время — нет.

— Она живет на Вильямовом Полумесяце, дом номер девятнадцать.

Мисс Мартиндейл вопросительно посмотрела на Шейлу, но та покачала головой:

— Нет, не помню такого адреса.

Мисс Мартиндейл глянула на часы:

— Она просила вас быть к трем. Еще успеете. У вас есть другие вызовы на сегодня? Ах да, — она пробежала глазами записи в своей книге, — профессор Пурди, отель «Кроншнеп», пять часов. Думаю, вы к этому времени освободитесь. Если нет, я пошлю Дженет.

Она кивком отпустила Шейлу, и та вернулась в канцелярию.

— Ну, что там такое?

— Ничего особенного: в три какая-то старушка на Вильямовом Полумесяце, а потом профессор Пурди с его жуткими археологическими словечками. И что у нас за жизнь — никогда ничего интересного!

Дверь мисс Мартиндейл отворилась.

— У меня здесь приписка для вас, Шейла: если вдруг, когда вы придете, мисс Пебмарш не окажется дома, вы должны войти — дверь будет открыта — и ждать в комнате по