Сталин. Путь к власти - Юрий Емельянов

НА ФРОНТЕ «ОТ ЧЕМБЕРЛЕНА ДО ТРОЦКОГО»

Внимание Сталина к международной жизни было оправданным. В начале 1927 года бурные события развернулись в Китае. Там революционные силы под руководством партии Гоминьдан, в состав которой входили тогда коммунисты, овладели Шанхаем, а затем Нанкином. Однако 12 апреля командующий революционными армиями Чан Кайши совершил переворот, а коммунистов стали арестовывать и расстреливать. Сталин комментировал эти бурные события в своих выступлениях, а несколько своих работ и речей специально посвятил вопросам китайской революции.

Не оставил Сталин без внимания и кризис в отношениях между СССР и Великобританией. Нота министра иностранных дел Великобритании О. Чемберлена от 23 февраля 1927 года, содержавшая угрозы денонсации торгового соглашения с СССР и разрыва англо-советских дипломатических отношений вызвала разговоры о возможной войне. Выступая 1 марта 1927 года, Сталин обратил внимание, что большинство записок, посланных ему из аудитории, сводились «к одному вопросу: будет ли у нас война весной или осенью этого года? Мой ответ: войны у нас не будет ни весной, ни осенью этого года».

Однако в то время казалось, что Сталин ошибся, так как в последующие месяцы международная обстановка продолжала обостряться. 6 апреля в Пекине полиция совершила налет на советское полпредство и несколько дипломатических сотрудников были арестованы. 12 мая в Лондоне полиция вторглась в помещение англо-советского акционерного общества «Аркос», а 27 мая правительство Великобритании разорвало отношения с СССР. 7 июня в Польше был убит советский полпред Войков. Создавалось впечатление, что Советский Союз исключают из международного сообщества и международное право не защищает более советских представителей за рубежом. 15 июня в Женеве состоялась секретная встреча министров иностранных дел Великобритании, Германии, Франции, Бельгии, Японии, на которой обсуждался «русский вопрос». Лишь Германия отказалась поддержать антисоветские мероприятия, на которых настаивал английский министр иностранных дел О. Чемберлен.

Против СССР была развернута шумная пропагандистская кампания, которую организовал хозяин «Ройял Датч Шелл» сэр Генри Детердинг, потерявший после 1920 года богатейшие нефтепромыслы в Баку, и Лесли Уркварт, владевший до революции предприятиями на Урале и в Сибири. Они финансировали заговоры против Советской страны, в которых наряду с видными деятелями Великобритании участвовали французский маршал Фердинанд Фош, глава американской миссии в Берлине Дризел (его помощником был будущий шеф ЦРУ Аллен Даллес). На конференции, организованной Детердингом в 1927 году, обсуждался «план Гофмана», предусматривавший военную интервенцию стран Западной Европы против СССР.

Эти международные события подтолкнули оппозицию к активным действиям. 9 мая 1927 года, выступая по случаю 15-летия «Правды» в Колонном зале Дома союзов (выступление транслировалось по радио), Зиновьев подверг резкой критике внешнюю политику СССР в Англии и деятельность Коминтерна в Китае. Зиновьев утверждал, что причиной возросшей враждебности Великобритании к СССР стало сотрудничество ВСЦПС с «соглашательскими» британскими профсоюзами, а руководство партии и Коминтерна виновато в перевороте Чан Кайши. 25 мая 1927 года в ЦК ВКП(б) было направлено письмо, подписанное 83 оппозиционерами во главе с Троцким и Зиновьевым. «Заявление 83» открывалось обвинением руководства партии в неверной политике в Китае и в отношении английских профсоюзов. Корень зла оппозиционеры видели в «теории социализма в одной стране», она объявлялась «неверной», «мелкобуржуазной», «не имеющей ничего общего с марксизмом». «Неправильная политика», основанная на этой теории, утверждалось в «Заявлении», «ускоряет рост враждебных пролетарской диктатуре сил: кулака, нэпмана, бюрократа». Оппозиционеры требовали созыва пленума ЦК, на котором следовало добиться «единодушных решений». В противном случае предлагалось развернуть широкую дискуссию, в ходе которой оппозиции должны были быть представлены такие же возможности, что и большинству, для изложения своих взглядов. Оппозиция организовала сбор подписей под «Заявлением 83».

Отреагировал на обострение международной обстановки и Сталин, резко изменив свое мнение о возможности войны. В «Заметках на современные темы», опубликованных в «Правде» 28 июля 1927 года, он писал: «Едва ли можно сомневаться, что основным вопросом современности является вопрос об угрозе новой империалистической войны. Речь идет не о какой-то неопределенной и бесплотной «опасности» новой войны. Речь идет о реальной и действительной угрозе новой войны вообще, войны против СССР – в особенности». Более того, в своей речи на пленуме ЦК ВКП(б) 1 августа он сурово осуждал Зиновьева за то, что в его статье «Контуры будущей войны» не нашлось «ни одного слова о том, что война стала неизбежной».

Летом 1927 года почти ни у кого в Советской стране не было сомнений в том, что война неизбежна. Именно по этой причине письмо Троцкого к Орджоникидзе от 11 июля о том, что такое «пораженчество» и что такое «оборончество», выглядело как программа действий, которые он намерен предпринять в случае войны. Отвергая обвинение в том, что борьба оппозиции против руководства равносильна пораженческой позиции, Троцкий объявлял, что пораженчеством можно называть лишь борьбу против правительства антагонистического класса, и ссылался на действия лидера французской радикальной партии Жоржа Клемансо во время Первой мировой войны. Хотя Клемансо представлял те же буржуазные классы, что и критикуемые им правительства, он требовал их отставки. Троцкий писал: «Несмотря на войну и военную цензуру, несмотря даже на то, что немцы стояли в 80 километрах от Парижа (Клемансо говорил, «именно поэтому»), он вел бешеную борьбу против мелкобуржуазной дряблости и нерешительности». Эта борьба увенчалась тем, что «группа Клемансо пришла к власти».

Троцкий явно проводил аналогию между этой ситуацией и положением в СССР. Поэтому он заявил, что «политическая линия невежественных и бессовестных шпаргальщиков должна быть выметена, как мусор, именно в интересах победы рабочего государства». Троцкий утверждал, что тот, кто выметет этот мусор, не становится пораженцем, а является подлинным выразителем революционного оборончества: «идейный мусор победы не дает!» Эти высказывания Троцкого Сталин в своей речи 1 августа истолковал так: «Что это за «мусор»? Это, оказывается, большинство партии, большинство ЦК, большинство правительства. Так вот, оказывается, что, когда враг подойдет на расстояние 80 километров к Кремлю, этот опереточный Клемансо будет заниматься не тем, чтобы оборонять СССР, а свержением нынешнего большинства партии. И это называется у него обороной!»