Ожидая рассвет - Дарья Бухарова

Жизнь его не была тяжёлой. Нужды они не знали - несколько раз в год отец ездил в город на рынок и продавал часть выращенных плодов, и этого вполне хватало. У них было большое и в среднем богатое село, некоторые дома в котором даже были каменными. Алек не был замкнутым ребёнком, у него было много друзей, с которыми они вместе шалили и отвечали за свои шалости.

К пятнадцати годам он стал взрослым симпатичным юношей с открытым взглядом и неширокой, но приятной улыбкой. Он стеснялся улыбаться - незнакомые люди иногда пугались неожиданно длинных и острых верхних клыков, непонятно от кого доставшихся Алекрину. И если клыки придавали его добродушной физиономии несколько хищнический вид, то манера поведения и характер не позволяли сравнить его с хищником.

Жизнь его была проста всегда, и ничего не было в ней, что бы смущало его. Война не затрагивала их места, и он знал о ней только понаслышке. Как и любого мальчишку, его тянуло к людям, что рассказывали о ней, и это раздражало мать, удерживавшую его дома и говорившую, чтобы он не ходил и не слушал.

Пятнадцать лет - то время, когда страсть к самостоятельности стоит много выше здравого смысла. Он перестал бывать дома, уходил бродить, когда хотел, несмотря на увещевания матери, вместе со своими друзьями бегал в город, слушать солдат и издали, чтобы не попасться на глаза, смотреть на статных, могучих, с воинственными и неприветливыми лицами, людей, которых называли Воинами Тени. Тогда каждый мальчишка, не знающий всей ужасной правды Тёмных Времён, хотел стать таким же сильным, внушающим уважение - о, никто из них не знал, что это не уважение, а панический страх жестокости Воинов Тени!… И Алек тоже мечтал об этом.

Та история, что преподавалась им в сельской школе, воспевала Хозяина как великого благодетеля, Воинов Тени - как его верных слуг и благородных рыцарей, а Светлых - как обманщиков, разбойников и врагов власти, несущей порядок и мир на всю землю. И Алек верил в эту историю, как многие из молодых людей. Те, кто были старше, знали истинную цену этим рассказам, но далеко не все осмеливались посвящать болтливую молодёжь в действительность. Вера в величие и добродетель Хозяина сохраняла им жизнь и давала надежду, что правда пройдёт мимо них стороной. Тех, кто говорил о Свете, считали отступниками. Алек видел порой, как в село приходили странные люди - не Воины Тени, а путники в тёмных одеждах с низко опущенными капюшонами. Алек замечал, что их принимают как можно лучше, и стараются выслужиться перед ними, и что иногда после их посещений в селе кто-то пропадает, но всегда объявлялось, что пропавший был отступником и предателем. Вспоминать о нём, как о хорошем человеке, категорически воспрещалось.

Но Алекрин никогда не задумывался о том, как это странно. Самому ему никогда в голову не приходило, что кто-то, хулящий власть Хозяина и взявший веру отступников, называющих себя Светлыми, может быть невинным человеком.

Шестнадцатый год стал переломным в жизни Алека. В тот год в нём стала сильнее тяга к войне. Мечта об оружии и той славе, что оно приносит, была сильнее любой другой мечты. Родители знали о его страстном стремлении пойти в солдаты, но это было невозможно по многим причинам, и они могли быть спокойны. Земли Лорда Эдмаила находились в центре владений Хозяина, и военных действий тут не шло, полков не стояло, а Воины Тени были такой редкостью, что иногда годами люди из представителей власти Хозяина видели только гостей в чёрных капюшонах.

Но Алекрин был слишком целеустремлённым. Он решил сразу после совершеннолетия покинуть родное село, и ничто не могло его переубедить. Девушка Флая, в которую он был влюблён уже давно, и с которой ему прочило свадьбу всё село, была первой, кому он открыто сообщил о своих планах, кроме привычных разговоров с приятелями, из которых каждый второй говорил, что хочет на войну, но на деле не собирался покидать родительский дом.

- Но почему, Алек? - расстроилась она. - Тебе ведь придётся убивать там! И ты сам можешь умереть…

- Я буду убивать предателей и обманщиков! - горячо возразил Алек.

Флая замотала головой, и её длинные косы заметались по спине:

- Нет, Алек! Как ты не понимаешь! Разве они враги?!

- Конечно, враги! - удивился Алекрин. - Нам всегда говорили, что они враги! Как можно сомневаться в этом?

- А мама мне говорит, что всё совсем не так, - шёпотом произнесла она.

- Нашла, кого слушать! - воскликнул Алек раздражённо. - Твоей маме стоило бы поостеречься!…

Флая отодвинулась от него подальше, опуская голову и всхлипывая. Разговор о войне её напугал, к тому же, она проболталась о том, о чём не стоило пробалтываться…

- А что говорит твоя мама? - помолчав, спросил он.

- Да ничего, - быстро и испуганно отозвалась она, оборачиваясь по сторонам. Алек ласково, как умел, погладил её по спине.

- Чего ты боишься? Я ведь никому не скажу…

- Да ничего она не говорила, - буркнула Флая. - Я пойду, Алек… Мама просила помочь ей, - она быстро вскочила и убежала.

Алекрин остался сидеть в несколько подавленном и удивлённом состоянии. Впервые он встретил человека, который думал совсем не так, как он. Он хотел сражаться, а Флая, всегда понимавшая его Флая, вступилась за этих подлых обманщиков!

"Это всё её мать, - подумалось ему, - мне уже давно кажется, что она против власти нашего господина! Но как можно… Я так этого не оставлю! Это слишком опасно! Нужно переубедить Флаю!" - он вскочил на ноги и с этими мыслями отправился домой.

Следующий разговор с Флаей произошёл у него только на другой неделе. До этого она старательно избегала его

- Ты будто пропала куда-то, - он радостно улыбнулся ей. - Раньше ты никогда от меня не бегала!

Она растерялась и позволила утащить себя с поля в рощицу рядом с их селом. Они сидели вместе на поваленном дереве и молчали: он с ожиданием, она напряжённо.

- Флая, твоя мать говорила что-то о нашем господине, да? - спросил он, удерживая её, чтобы не вздумала опять убежать.

- Алек! - воскликнула она. - Ты не понимаешь ничего, что ли?!

- Я вижу, что тебя кто-то запутал, Флая! Я ведь тебя люблю и не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! - он поднял брови. - Но ты… Твои эти слова… Ты что, боишься, что я выдам тебя? Да разве я могу это сделать, Флая! Я просто беспокоюсь…

- Алек, ты не поймёшь, - она отстранилась. - Ты только и думаешь, как уйдёшь на войну! А за что ты будешь сражаться там?