'Фантастика 2025-10'. Книги 1-31 - Макс Вальтер

Это, конечно, не совсем так, письма от жены мне приходили регулярно. Однако радиосвязь по-прежнему молчала. А бумажку?.. Да её кто угодно может написать. Поэтому, иногда я вставлял в текст некие вопросы, ответ на которые могла знать лишь Вика.

София подружилась с Филином, но естественно, ни о какой взаимной любви там не могло быть и речи. Интересно, а она хоть когда-нибудь сможет принять его в качестве мужа? Или вдруг влюбится в кого-нибудь, как это происходит в шестнадцать и возненавидит нас, родителей. Ведь по факту, мы лишаем её права на любовь. А так ли это важно в наших условиях? Первый внешний агрессор уже активировался и если не выбросить его за пределы нашей земли, вскоре каждый решит, что ему тоже позволено. Да, сейчас это дело рук хитрых хизмеев, но кто может быть уверенным, что поляки не обнаглеют и не попробуют отхватить ещё кусочек. Да и как на это посмотрят другие соседи?

Виктор заигрался в бога. Будто не понимает, что творит и чем это всё чревато. Сейчас нужно объединять князей в единую силу и гнать из моего княжества врага. Вот только ответ, который я получил, окончательно убедил меня в их истинных целях религиозных фанатиков. Оказывается, пока мои взгляды в их отношении не изменятся, ни о какой помощи даже речи не будет. А все наши предыдущие договорённости оказались лишь словоблудием. Их даже не волновал тот факт, что мои войска уже трижды участвовали в отражении внешних захватчиков.

Якобы существует некий договор на бумаге, в котором присутствуют чёткие пункты. И только подписав его, а также беспрекословно исполняя все требования, что в нём указаны, я смогу рассчитывать на помощь со стороны союзников. До тех пор, я и моё княжество — еретики. Представитель хизмеев, через которого и проходил весь процесс переговоров, также отметил, мол, вся помощь, оказанная мной в необходимые моменты, являлась лишь моим добровольным вкладом. И вообще, если я желаю продолжать считаться частью империи, то и впредь обязан эту добрую волю проявлять.

Ну ничего, скоро я покажу этим ублюдкам, что на самом деле представляет собой Империя. Нет, я не собираюсь останавливаться на Казани. Разберусь с поляками и в зиму отправлюсь на Нижний Новгород. Благо повод у меня имеется. И надеюсь, что тогда хизмеи зашевелятся по-настоящему, чтобы у меня появился новый стимул.

* * *

В узком месте Волга обладала сильным течением, отчего наша переправа растянулась на почти вдвое большее расстояние. Но это лишь для первого рейса. Как только наш отряд высадился на противоположный берег, люди бросились закреплять канат, один из концов которого, мы прихватили с собой.

По нему уже гораздо быстрее через реку переправились ещё девять плотов. Они высадили часть людей, а оставшиеся, тут же поспешили обратно, за следующей партией. На каждую такую переправу, уходило более часа и это притом, что люди работали непрерывно.

Всё это мероприятие продлилось до глубокой ночи. На берегу уже полыхали костры и готовился ужин, утром мы выступим в поход, на Казань. Наш полк пешим маршем пройдёт остаток пути за два дня. Этого времени войску, оставшемуся на западном берегу, будет достаточно, чтобы занять боевые позиции. Да и армия Кристины тоже должна успеть подойти к стенам крепости приблизительно к этому моменту. Даже плюс день особой погоды не сделает. Единственным шансом хоть как-то нас задержать в момент переправы, Пережогин побоялся воспользоваться. А ведь мог бы знатно нас потрепать и даже не дать возможности перебраться на другой берег. И тогда мы были бы вынуждены вяло перебрасываться снарядами через реку, пока не подойдут силы Кристины.

Да, итог всё равно оставался прежним, но настроение он нам подпортил бы капитально.

* * *

— Как муж?

— Объелся груш, — с ухмылкой ответила Кристина.

— Всё настолько плохо?

— В целом нормально, — отмахнулась она, — но ты ведь знаешь, что я его не люблю.

— Любовь для нас — роскошь. Спасибо, что пришла и привела людей.

— Ты так говоришь, будто я могла поступить иначе.

— Сейчас очень странные времена. Союзы держатся максимум год, да и то не всегда.

— Ничего удивительного: каждый хочет откусить побольше. Всё ровно так, как ты и говорил. Как Вика?

— Нормально, — кивнул я и пригубил коньяк из широкого бокала. — В степи её отправил, к Филину.

— Наслышана, — усмехнулась Кристина. — Даже приглашение на свадьбу получила. Как ты на это решился?

— Так же, как и ты. Это выгодный союз, он уже доказал свою состоятельность.

— Ты всегда был прагматичен и расчётлив, но как на это подписалась Вика?

— Она уехала вместе с Софией. Наши земли захвачены Польшей. А так они обе находятся в безопасности. Ты сделала всё, что я просил?

— Да, флот готов выдвинуться по первому приказу. Но на что-то очень серьёзное, я бы на твоём месте не рассчитывала. Восстановить удалось всего пару кораблей.

— Один из которых крейсер, — усмехнулся я. — Кристин, в настоящих реалиях — это непобедимая мощь.

— Пожалуй, соглашусь. Думаешь, твой план сработает?

— А ты сомневаешься?

— Я по поводу Казани.

— Всё будет зависеть от того, насколько сильно Пережогин любит своего отпрыска.

— И как тебе удалось заполучить столь ценного заложника?

— Секрет, — усмехнулся я. — Ладно, не злись. Это прекрасная работа парней Лешего. Честно говоря, у самого в голове не укладывается, как им удалось провернуть такое прямо под самым носом стражи.

— Ты молодец, Глеб, посмотри сколько всего ты достиг. Иногда я тебе даже завидую.

Девушка поднялась, обошла меня сзади и нежно провела ладонью по лицу.

— Брось, твоё положение не намного хуже.

— Оно не моё и ты это прекрасно понимаешь.

Закончив фразу, она села мне на колени и провела пальцем по груди. Затем пристально посмотрела в глаза и приблизилась к лицу. Я почувствовал на себе её горячее дыхание и не только. Там, где она сидела, тоже ощущался натуральный пожар.

— Что ты… Крис, не сто́ит…

— Почему? Нам ведь было хорошо, помнишь? — прошептала она мне в самое ухо.

— Остановись, пожалуйста, — я отстранился от девушки, пару раз глубоко вздохнул, успокаивая сердцебиение, и вылил в себя остатки коньяка.

— В чём дело? Я что, страшная? Может быть, у меня в боках прибавилось?

— Мы уже это проходили и ничего хорошего не получилось. Я не хочу, Крис. Я люблю Вику.

— Её здесь нет, — развела руками она, — и она никогда не узнает.

— Какая разница⁈ Об этом буду знать я. Прости, но я позвал тебя не за этим.

— Я понимаю, — кивнула Кристина, поднялась и, как ни в чём не бывало, вернулась на место.

Я знаю как минимум сотню мужчин, готовых вогнать себе нож в сердце, лишь бы она позволила им прикоснуться к своему телу. А уж как она рулит своим мужем… Об этом даже легенды ходят и часто комичного характера. Впрочем, и я не испытываю к ней отвращения, напротив, после её выходки в штанах значительно поубавилось свободного пространства. Но нет. К этому этапу жизни я больше возвращаться не хочу.

— Без обид, хорошо?

— С чего ты взял, что я стану обижаться на подобную мелочь. Но знаешь что, дорогой? — я не проронил ни звука, продолжая молча смотреть на неё, пока она буравила меня злым, слегка задорным взглядом. — Я хочу знать, что получу взамен?

— Взамен чего? — уточнил я на всякий случай.

— Я рискую своими людьми и не только. Отправить крейсер к вражеским берегам — удовольствие не из дешёвых. И я готова сделать для тебя гораздо больше, Глеб, но…

— Пф-ф-ф, — с силой выдохнул я и поднялся со стула.

Некоторое время я возвышался над Кристиной, свысока глядя в её преданные глаза, а затем резко схватил за волосы, пригнулся и впился в губы долгим поцелуем. Её сладкий стон утонул у меня во рту. Руки скользнули по животу и буквально за мгновение расстегнули ремень, с которым даже я иногда вожусь дольше.

* * *

В предрассветных сумерках, когда с реки на город наполз густой туман, мы малым отрядом выдвинулись к центральным воротам. Кристина ещё спала, когда я покинул смятую постель, а затем и шатёр. Всё было готово к финальной части моего похода. Осталось разыграть последнюю сцену, после которой решится: каким образом мы войдём в крепость.

Пережогин-младший молча сидел на заднем сиденье старенького УАЗа, зажатый между крепкими плечами двух бойцов. Не знаю, понимал ли он, что его короткая жизнь уже подошла к закату? Скорее всего, нет. В таком возрасте не принято думать о смерти. Наверняка он надеется, что отец разберётся со злыми дядями, которые