Толковая Библия. Ветхий Завет. Книги пророческие - Александр Лопухин

4. Формула, какая здесь служит введением к далее сообщаемым божественным откровениям, поражает своею простотою, особенно если сравнить ее с тою обстоятельностью, какая в соответствующих этому случаях замечается у пророков Исаии (гл. Vl-я) и Иезекииля (гл. 1-я). Объяснение этой чрезвычайной сдержанности в изображении своего призвания можно находить в том, что Иеремия представляет собою переход от древнего пророчества к новому. Древнее пророчество не отрешалось, в принципе, от некоторой связи с мантикою: гигантские могучие натуры, как Илия, Амос, Исаия, Михей, которые, в сознании своего высшего посольства, гонимые Духом Божиим, как смелые бойцы устремлялись в мир, могли быть названы, — конечно, в лучшем и благороднейшем смысле этого слова, — «охваченными» Божественным Духом. Но Иеремия хотя и сознает ясно, что должен идти на борьбу против всех и что он от века предназначен к этому, однако это вечное предназначение действует на него не как decretum absolutum. Он не «охвачен» Божеством, но чувствует себя пред лицом Иеговы личностью, которая имеет свои желания, свои запросы, свои потребности. Происходит как бы борьба между пророком и Иеговою: Иеремия стремится осуществить божественное решение, часто борясь при этом сам с собою, с своими личными симпатиями и антипатиями. Затем Иеремия скептически, рефлектируя относится к тому, что для древних пророков составляло, можно сказать, краеугольный камень их пророческого самосознания — к самым видениям и откровениям, к экстатическим состояниям, которые, по его убеждению, у некоторых были явлением чисто субъективного происхождения, самообманом, а вовсе не знаком божественного вдохновения. Конечно, в своей личной внутренней жизни пророк умел различать свои мысли и откровения от Бога (ср. XLII:7), но все-таки он не придавал значения описанию этих видений, на которых и ложные пророки основывали свое право проповедовать от имени Иеговы.

5. прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя.

5. Речь Иеговы в этом стихе имеет ритмический характер и весь стих разделяется на три части. — Я познал тебя. Здесь имеется в виду не только интеллектуальное знание, но знание, соединенное с сердечным расположением к познаваемому (ср. в Новом Завете Рим VIII:29; Рим XI:2; 1 Пет I:20). — Я освятил тебя, т. е. выделил из среды других людей и из сферы их интересов, поставив Иеремию в особые личные отношения к Себе, посвятил его в служители Себе — пророком для народов поставил тебя. Уже Амос и Исаия были пророками для разных народов, но только в отношении к Иеремии эта обстоятельство выдвигается на первый план, как дающее характер истинности его пророческому призванию (ср. I:10; XXXVI:2; XXV:15; XVIII:9; XXVII:2). Этим обстоятельством особенно подчеркивается действительность его призвания и истинность его пророческого служения. Истинные пророки, по Иеремии, непременно говорили речи о разных народах (ср. XXVIII:8), а ему приходится особенно часто говорить о них, расширяя таким образом сферу своего служения, потому что — такова, очевидно, была мысль у пророка — Иудейское царство, ставшее вассальным государством по отношению к Вавилону, теперь уже вошло в жизнь всего мира и его история теперь тесно связана с историей великого вавилонского царства, заключающего в себе множество разных народов.

6. А я сказал: о, Господи Боже! я не умею говорить, ибо я еще молод.

6. Иеремия — вовсе не стремительная натура, не поражает своей отвагою. Скорее, это — тихая, самоуглубленная душа, человек не борьбы, а мира, который не полагается очень на свои силы в таком великом деле, какое ему предстоит исполнить. — Я еще молод. LXX переводит это место правильнее, ставя слово νεώτερος т. е. слишком молод. Какой возраст обозначается стоящим здесь в еврейской библии словом naar — определить трудно (ср. 1 Цар IV:21; 1 Цар L:24; Быт XIV:24). Можно только предположительно сказать, что Иеремии в то время могло быть около 25-ти лет.

7. Но Господь сказал мне: не говори: «я молод»; ибо ко всем, к кому пошлю Я тебя, пойдешь, и все, что повелю тебе, скажешь.8. Не бойся их; ибо Я с тобою, чтобы избавлять тебя, сказал Господь.

7–8. Иегова однако успокаивает смущение Иеремии, обещая ему, что он сможет исполнить волю Божию, потому что Сам Бог будет ему помогать в этом, будет спасать его от нападений врагов. Пойдешь — правильнее перевести повелит. наклонением: иди. — Скажешь = говори.

9. И простер Господь руку Свою, и коснулся уст моих, и сказал мне Господь: вот, Я вложил слова Мои в уста твои.

9. Не должен смущаться Иеремия и мыслию о своем неуменье говорить красноречиво. Он будет, ведь, возвещать не свои слова, а слова Божии. В знак того, что отныне Господь влагает ему в уста слова Свои, Он коснулся рукою уст Иеремиих (ср. Ис VI:5; Иез II:9; III:1) и этим раз и навсегда сделал уста пророка Своими устами.

10. Смотри, Я поставил тебя в сей день над народами и царствами, чтобы искоренять и разорять, губить и разрушать, созидать и насаждать.

10. У пророка Софонии Иегова изображается как Судия мира, вызывавший к Себе на суд народы и царства (III:8). Иеремия, как уполномоченный этого Верховного Судьи, должен также низвергать и воссозидать народы и царства. По древне-еврейскому пророческому воззрению, слово Иеговы есть объективная величина, реальная сила, которая обнаруживает свое действие в мире (Ис IX:7; Ос VI:5), и сам Иеремия далее (V:14) говорит, что слово Иеговы в его устах станет огнем, а дом Израилев — деревом, которое будет истреблено этим огнем. В XXIII:29 Иеремия сравнивает, слово Иегова с молотом, разрушающим утесы. Эти параллельные места объясняют нам и смысл приведенных выше выражений, какими характеризуется призвание Иеремии. Ясно, что пророк будет не только провозвестником судьбы народов, но сам, своими вдохновенными пророческими велениями, будет наклонять эту судьбу в известную сторону. Выражению разрушать — нет соответствующего слова у LXX.

11. И было слово Господне ко мне: что видишь ты, Иеремия? Я сказал: вижу жезл миндального дерева.12. Господь сказал мне: ты верно видишь; ибо Я бодрствую над словом Моим, чтоб оно скоро исполнилось.

11–12. Здесь не сказано, чтобы пророк в настоящем случае имел видение в состоянии пророческого экстаза. Нет, он действительно видел цветущую миндальную ветвь и взгляд на эту ветвь, под действием божественного вдохновения, привел его к убежденно, какое он выразил в 12-м и 14-м стихах. Миндальное дерево по евр. называется бодрствующим деревом очевидно потому, что оно раньше других расцветает после зимнего сна, именно — в Палестине — в конце января и в начале февраля, когда еще в природе, можно сказать, все мертво, все застыло от зимней служи. Образ этот разъяснить не трудно. Хотя в жизни человечества, по-видимому, еще все спокойно, все замерло, — Иегова бодрствует, и слово Его исполнится, придет в полное осуществление все, что Он определил народам и царствам. Пророк не должен поэтому смущаться кажущеюся прочностью того порядка вещей, о разрушении которого он будет проповедовать.

13. И было слово Господне ко мне в другой раз: что видишь ты? Я сказал: вижу поддуваемый ветром кипящий котел, и лицо его со стороны севера.14. И сказал мне Господь: от севера откроется бедствие на всех обитателей сей земли.

13–14. Здесь Бог ближе раскрывает способ, каким Он приведет в осуществление Свое слово. Пророку, увидевшему большой котел (ср. 4 Цар IV:38 и Иез XXIV:3), который кипел, Бог объяснил, что этот котел, представлявшийся пророку как бы движущимся к Иудее с севера, обозначает собою бедствия, несчастья, какие обрушатся на жителей Иудеи с севера, откуда уже пришла, недавно сравнительно, беда на царство Израильское. Варятся, кипят в этом котле, следовательно приготовляются, для Иудеи разные наказания от Бога, которые придут на Иудею от руки могучего северного (халдейского) царства. — С 14-го ст. и др конца главы речь пророка принимает опять ритмический характер.