Далекие странники (перевод новеллы) - Тяньтянь Сяо

сидел на его плечах, сменив роль наездника на роль поводыря. Коротышка всё также напоминал переспелую ягоду, готовую лопнуть от гнева по малейшему поводу, и всё также ни во что не ставил элементарную вежливость. Если бы в цзянху составляли список сквернословов, Фэн Сяофэн оккупировал бы первую строчку на веки вечные. Единственным человеком, к кому он испытывал некоторую привязанность, был Гора.

— Я не шучу, — предупредил Е Байи.

— Молодой герой Е хочет разворошить осиное гнездо, да? — вполголоса спросила Гао Сяолянь.

После совместного похода в поместье Марионеток Чжан Чэнлин знал о Е Байи больше остальных и решил, что пора поделиться сведениями: 

— Этот… Старший Е… Он вовсе не «молодой» герой. Он очень стар. Он был наставником Жун Сюаня, который погиб тридцать лет назад…

Чжан Чэнлин поведал друзьям всё, что знал сам. Те надолго оцепенели, пока к Гу Сян не вернулся дар речи. 

— Бабушки мои… — шёпотом изумилась она. — Сколько же ему лет? Вечная черепаха! Твою же…

Услышав, что Гу Сян опять перешла на птичий язык, Цао Вэйнин поспешил перебить её: 

— Значит, можно сказать, что самый важный артефакт для доступа в Арсенал на самом деле… старший Е? Узнав, что виной неразберихи послужила Кристальная броня, он спустился с горы и отправился на поиски правды…

Тут вмешалась Гу Сян. Встрепенувшись, она указала на толпу внизу: 

— Гляньте-ка! Они вот-вот подерутся! 

Из-за валуна одновременно высунулись четыре головы. 

Праведные мастера кунг-фу отправились в поход, преследуя разные цели. Конечно, среди них присутствовали и идейные люди, не блиставшие особым умом, которыми было удобно манипулировать, — Чжао Цзин нарочно пригласил таких побольше. И обдурил их, собрав под девизом возмездия ради благополучия простого народа. Поэтому слова Е Байи произвели эффект скалы, рухнувшей в воду и взметнувшей тысячи волн — глупые благородные пешки разом возроптали.

Немногие обладатели здравого смысла подозрительно перешёптывались, в то время как остальные предсказуемо ополчились на Е Байи. Его провоцирующее поведение вызвало яростные упрёки:

— Этот парень — помеха на нашем пути! — выкрикнул кто-то совсем рядом с белым всадником. — Гао Чун призвал ученика Монаха в Дунтин и не отходил от него ни на шаг. Наверняка, они с самого начала были заодно! 

Е Байи всегда предпочитал действие разговорам. В следующий миг его обвинитель ясно увидел перед своим носом кончик хлыста и отпрыгнул, но увернуться от удара не успел. Хлыст настиг его в полёте, оставив поперёк лица унизительную красную отметину. 

Чжао Цзин подал сигнал глазами. По этой команде на Е Байи набросилось сразу несколько человек со всех сторон. Никто не различил движения белой фигуры, никто не понял, каким образом Е Байи раскидал окруживших его противников, укоротив кого на руку, кого на ногу. Со стороны казалось, что белый всадник не шелохнулся, продолжая держать в одной руке маленький сосуд, а в другой — хлыст. 

Демонстрация запредельного мастерства кунг-фу заставила многих содрогнуться от ужаса. Даже у Чжао Цзина нервно дёрнулось веко. 

— Подождите, давайте-ка все успокоимся, — прозвучал чей-то рассудительный голос. — Древний Монах славился исключительной добродетелью, и его ученик никак не может оказаться недостойным человеком. Незачем перекладывать вину Гао Чуна на других людей.

Глаза Цао Вэйнина широко распахнулись — он узнал говорившего. Это был его шифу, Мо Хуайян! Юный мечник заметно занервничал, покрылся испариной и крепко сжал кулаки, внимательно слушая вежливую речь наставника. 

— Молодой мастер Е, на чём основаны ваши утверждения? — любезно поинтересовался Мо Хуайян. — Вы же не могли высказать их просто так, наугад? Мы были бы рады вам поверить, поэтому, прошу, будьте с нами честны. Поведайте без обиняков, правда ли, что все фрагменты Кристальной брони уже собраны в одних руках, а нас всех просто используют? 

Наблюдательная Гу Сян заметила, что толпа быстро разделилась на два крыла. В пути Мо Хуайян вёл себя молчаливо, не вмешиваясь в обсуждения и споры. Зато сейчас, благодаря исключительной репутации и грамотно подобранному моменту, он привлёк на свою сторону силу, сравнимую с лагерем приверженцев Чжао Цзина. Отряд славных героев ещё не начал подниматься на гору Фэнъя, а уже превратился в стаю озлобленных друг на друга собак. Гу Сян украдкой взглянула на Цао Вэйнина, ещё более уверившись в том, что… Увы, шифу этого бесхитростного парнишки выступил в поход с далеко идущими планами!

Чжао Цзин не ожидал предательства со стороны Мо Хуайяна. Ему нестерпимо захотелось содрать кожу с хитрого старика, но пришлось сдержаться. Спорить с Е Байи тоже было нельзя — это доказало бы, что Мечник Цюшань нечист на руку.

Е Байи не купился на вежливость главы Мо, но снизошёл до ответа:

— Чтобы открыть Арсенал, нужны два предмета: цельная Кристальная броня и ключ. По итогу проведённого мной расследования предположу, что ключ находится у призраков Долины. Если бы призраки владели ещё и броней, стали бы они дожидаться сражения? Нет, они бы уже пытались отпереть Арсенал… Ха! Тогда бы и я не с вами болтал, а занимался изгнанием нечисти на тот свет.

— Броня была у Гао Чуна, — попытался оправдаться Чжао Цзин. — Когда мы сопровождали в Шучжун тело главы Шэня, Гао Чун задумал меня убить и объединился для этого с Призраком Висельника. Покушение провалилось, а Гао Чун погиб. Сюэ Фан был ранен, но сбежал, и его местонахождение до сих пор неизвестно. Так что, вероятно, Броня у Сюэ Фана…

Е Байи усмехнулся: 

— Не только ты хочешь знать, где Сюэ Фан! Долина посылает отряд за отрядом на его поиски. Во время последней вылазки погиб один из Великой десятки — Скорбящий Призрак. Если Призрак Висельника обладает столь замечательными талантами, почему он до сих пор не открыл Арсенал, а вместо этого зарылся в глубокой норе? 

— Скорбящий Призрак и сам являлся злом во плоти — он убил человека ради его собственности! Откуда мне знать, что творится в стане этих кровожадных нелюдей из Долины? — возмутился Чжао Цзин. — Может, они не смогли поделить добычу и теперь грызутся меж собой? В любом случае хитрость Гао Чуна нельзя недооценивать. У него было много приспешников. Вполне вероятно, он отдал Броню кому-то из них. 

— Неужели? Выходит, Кристальная броня, которую как зеницу ока берегли пять великих кланов, пропала с концами? — недоверчиво осведомился Е Байи. — И в любой момент кто-то неизвестный может проникнуть в Арсенал… Но вместо того, чтобы расследовать исчезновение Брони, вы, герой Чжао, согнали людей на штурм Долины призраков… Почему именно сюда? Где логика? 

Тон Е Байи становился всё более угрожающим. Чжао Цзин остолбенел, но через секунду вернул самообладание.

— Призраки Долины — это исчадия преисподней, которые за гнусные деяния должны лишиться своих жалких жизней.