'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

— Хм! — возмущенно хмыкает Снежная Королева и демонстративно отводит взгляд. Такого поведения я от нее не ожидал, вот уж кто, кто обычно соответствует всем японским понятия о вежливости, как там «всегда надо быть вежливым с человеком. Даже если ты хочешь его убить? — Особенно, если ты хочешь его убить». Это же мотто всех японцев — протыкая кого-нибудь мечом сказать не «Сдохни, пес!», а что-то вроде «прошу вас, умрите пожалуйста!»

Так что такая вот реакция вполне может означать что Снежная Королева смущена. Юноша, который Мацумото нимало не сконфузился, а просто отступил на шаг и посмотрел на Акаи. Парта Акаи стоит рядом.

— Мне было бы удобнее сидеть здесь. — сказал он: — не возражаешь? — Акаи вскочил и моментально убрался на две парты назад, сказав, что не возражает ни капельки и всегда хотел сидеть подальше. Лучше видно доску, да. И воздух посвежее. В дверь входит Цудзи, в руках у него несколько якисоба. Звенит звонок. Он недоуменно крутит головой, в поисках своего друга.

* * *

— Нет ты подумай, какая наглость! — распирает Юки-сама от возмущения, она даже валяться на своем диване в Литературном клубе не может. Вот, что значит — так ненавижу, что кушать не могу. Она вот — лежать и читать книжку не может. Какой там Тартарен из Тараскона, когда тут такое!

— Наглость! — вторит ей Ая-чан с места, следя за заваривающимся чайником: — вы подумайте!

— Да-да. — поддакивает Мико. Она занимается подготовкой чаепития — раскладывает печеньки, готовит бутерброды. Я сижу за столом, помогаю Мико формировать и раскладывать бутерброды и думаю, как именно поддакнуть так, чтобы это не было совсем уж плагиатом. К сожалению, близняшки Сато намного опытнее меня в этой игре и все слова уже заняты. Сказать — вы подумайте, действительно наглость! — как-то… совсем уж неправильно. Поэтому я просто киваю, делая вид, что следую за течением беседы.

— Подошел он! Красавчик! — возмущается Королева.

— Тоже мне! — подхватывает Ая-чан: — нашелся!

— Именно! — поддерживает ее Мико. Я завидую мастерству сестер Сато — Королева вроде как и разговаривает с кем-то и в то же время монолог ведет. Красота. Бутерброды разложены, чайник вскипел и Ая-чан быстро заваривает чай, достает термос с супом — для Королевы.

— И еще имеет наглость смотреть на меня так! — кипятится Королева.

— Прямо в глаза! — нисколько не повторяется Ая.

— Нашелся тут! — а вот Мико уже начинает сдавать.

— Ээ… негодяй? — рискую запустить пробный шар я.

— Точно! Негодяй! Спасибо, Син. — говорит Королева и сестры Сато переглядываются. С каких это пор мы с Королевой на «ты» и «Син»? Не Синдзи-кун? В глазах у Аи рождается понимание и она что-то стремительно шепчет на ухо своей сестрице. Рот Мико округляется в идеальную букву «о», а глаза расширяются. Вот так и рождаются нездоровые сенсации, думаю я. В дверь стучат. Аккуратный такой, но твердый стук.

— Кто там? — срывается с места Мико. Открывает дверь. На пороге наши Аполлон и Афродита. Парочка Мацумото. Атсуши и Акеми.

— Здравствуйте. — говорит Атсуши: — мы…

— Вход только для членов клуба. — прерывает его Королева нетерпеливым тоном: — покиньте помещение.

— Ну что вы. — укоризненно говорит Аполлон: — мы к вам с миром. Кроме того, директор школы дал нам официальное разрешение на проведение ознакомительной экскурсии по клубам школы, чтобы мы могли определиться с клубной деятельностью. Вот мы и решили начать с Литературного Клуба.

— Извините за беспокойство, Юки-сама. — кланяется Акеми. Снежная Королева задумывается. Мнет переносицу, жестом, который она скопировала у Акиры.

— Хорошо. — говорит она: — Ая, Мико! Мне придется поговорить с гостями наедине. Извините.

— Конечно, Юки-сама. — Ая-чан

— Мы понимаем Юки-сама. — Мико-чан. Я тоже кланяюсь вместе с ними и хватаю в поклоне один бутерброд — кушать хочется, а они тут долго говорить будут, зуб даю.

— Ты то куда собрался, Син? — спрашивает Снежная, даже не повернув голову в мою сторону. Я замираю на месте, держа в руке бутерброд с ветчиной, сыром и огурцом.

— Э… вместе с ними? На выход? — пытаюсь угадать я.

— Ты останешься, дорогой. — говорит Королева, неожиданно тихим голосом. У меня дергается глаз. Когда Юки говорит таким голосом — что-то внутри меня начинает судорожно искать ближайший выход.

— Вы… уверены, Юки-сама? — все-таки разговор между этими тремя будет … приватный. Я вот, если честно, метаний Юки немного не понимаю. Сказали же тебе — принуждать не будем, но будем рады, если что. И это «если что» тут же в твой класс перевели. Опять-таки никакого давления — хочешь замутить с красавцем — мути. Не хочешь — вон и девушка есть, симпатичная, на случай, если вдруг у тебя вкусы не такие … традиционные. Или если вдруг негра или там карлика захочешь — ты только свистни… уж наверняка в семье Мацумото найдется карлик-негр, который благороден духом и истинный сын Ямато в душе. Покрасят и на коленки поставят. Мне становится немного смешно. Мне бы ваши проблемы, думаю в который уже раз за этот день. Вот ко мне бы Мацумото подошел и такой — вот нужен от вас ребенок, Синдзи-кун, выбирайте кого хотите из семьи. Я бы, вон, Акеми с собой сразу взял. И Линду. Красивая она стерва, хоть и опасная.

— Я — уверена, дорогой Син. Сядь. — говорит она и у меня подкашиваются коленки и я сажусь. Такое вот «Сядь!» — это вам не на заборе рисовать. Я, если сейчас уйду — на всю жизнь врагом стану. Тем временем близняшек сестриц и след простыл. Бросили меня на растерзание. Хотя — а чего я ждал? И это ее — «дорогой!» и «Син» при этих вот. Все ясно, хочет выставить меня эдаким буфером, мол мое сердце занято, валите отсюда, у меня есть возлюбленный и наши чувства взаимны, так дяде Минору и передайте. Вот только как всегда у меня никто и ничего не спросил. А я и подыграть не сумел.

— Итак. — она поворачивает свою голову к Мацумотам: — о чем вы хотели поговорить?

— На самом деле я очень рад, что Ямасита-кун тоже останется с нами. — говорит Мацумото Атсуши и у меня начинается ярко выраженное дежавю.

— Как интересно. — говорит Юки и в ее голосе начинает звучать вьюга. Становится ощутимо прохладнее.

— Потому что у меня… нет, неверно. — Атсуши поднял голову, подбирая слова и вдруг поклонился мне: — Ямасита-кун, пожалуйста позаботьтесь о моей сестре Акеми!

— …!? — выдавил из себя я. У Юки поднялась бровь. Наверное нервное.

— Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, Ямасита-кун! — поклонилась