ПАРАЛЛАКС 606. Том II - Ganymede Eossky

- Ну выкладывай, что за дело?

Тот отказался и кинул сигареты обратно:

- Всех подробностей рассказать не могу, но мне надо, чтобы ты постоял на стрёме.

- Кхе... кх... в смысле?.. - Коджо закашлялся. - На каком ещё стрёме? У нас остров свободный, делай что хочешь.

- В том то и дело, что моё дело находится не на острове. Нужно быстро сплавать за купол, буквально на десять минут.

- Нифига се ты придумал. Когда?

- Прямо сейчас.

Какаовое лицо Коджо сморщилось, словно подтухающая на солнце тыква:

- Первый и его замы не в курсе этой вылазки, да?

- Зришь в корень, потому и прошу тебя. Вот увидишь, всё пройдёт быстро. Поплыву со спасательным жилетом: брать лодку слишком рискованно. До купола метров двести, плюс слой моли тридцатка. Это как пять раз бассейн переплыть, на спине так вообще раз плюнуть.

- Плыть три десярика через мотыльков... Ну ладно наружу, там вроде как тоннель, но обратно... Справишься?

- Не попробую - не выясню.

- А с кем хоть встреча?

- Если всё пройдёт успешно, я тебе расскажу... - Давид гордо постучал в грудь. - Поверь: когда ты узнаешь, у тебя челюсть отвалится. А пока... постоишь у берега. Если всё пучком, то просто дождёшься меня. А если кто-то из замов станет шариться рядом и делать что-то подозрительное, подожжёшь факел и скажешь, что вышел на поиски бухлишка. Короче, придумаешь чего. Факел послужит мне сигналом, что лучше повременить с возвращением или вернуться на остров с юга. Чуть что не так, я тебя не сдам.

- Да верю я, что не сдашь. Ты хоть вернёшься, чувак?

- Вернусь... по крайней мере, попытаюсь.

Коджо переглянулся с пафосными рэперами на плакатах.

- Сраный Мариус, на что ты меня подначиваешь?! - он задумчиво прикусил кулак. - Лады, я помогу. Но у меня два условия.

- Слушаю.

- Первое: ты отдашь мне половину своего аванса. Считай, что это пожертвование, страховая выплата и моральная компенсация.

- Ах ты ж индийский еврей... - выдержав взгляд Коджо, Давид неохотно кивнул. - Чёрт с тобой, половина аванса твоя. А второе?

- Ого, ты вот так просто согласился? Видать, дело и впрямь серьёзное... - Коджо присвистнул. - Второе: ты замолвишь за меня словечко перед Пятой. Ты ведь у эти хренегатов теперь чуть ли не за своего. Вот и намекнёшь ей, что есть у вас в лагере один мальчик-красавчик, звать его Коджо Гуарри, пихарь он первосортный... и что его кингсайз уже давненько держит её на мушке.

- Мало тебе денег, так ты ещё и на эту Чистюлю влезть хочешь. Знал бы ты, как мне западло с ней общаться, - Мариус сверился с часами: двадцать минут четвёртого. - Давай я отдам тебе весь аванс, но обойдёмся без сватаний?

- Нет, не обойдёмся. Если Фальстрём разнюхает про твои похождения, мы либо повторим судьбу скина Басилова, либо отправимся к тем беглецам на «Херувим». Я не хочу подыхать за просто так, сукин ты сын! - осёкшись, Коджо стряхнул пепел и перешёл на шёпот. - Если сведёшь меня с Чистюлей, я верну тебе твои пол-аванса назад. По рукам?

Давид почесал затылок:

- Ладно, идёт. Но если Пятая оттяпает тебе кокосы, мне потом не ной.

На том и порешили.

Через минуту два неприметных силуэта выскользнули из палатки и, петляя меж тёмных конусов, направились к берегу. Коджо оделся в непроницаемый дождевик расцветки милитари; Мариус, напротив, избавился от обуви и верха, оставив на себе лишь джинсы, спасжилет и наколки. По пути мужчины никого не встретили. Свет теплился исключительно в шатре главарей, и Давида это не на шутку встревожило. «А демонюги всё не дремлют. В такую непогоду даже собак на улицу не выгоняют, так что более удобного момента не представится... Эх, была не была».

Показав Коджо большой палец, Мариус сходу занырнул в океан и поплыл на север. Пенные волны подбрасывали его, точно поплавок. Вода пронизывала холодом, на её фоне ливень казался тёплым. Давиду вспомнилась их первая с Кимико встреча в «Союзе». Подземный бетон, сырость, мгла и ледяные хлопья антипожарокса. «П-п-параллели... - беззвучно настукивали зубы. - Дряные п-параллели, мать их етить». Доплыв до купола, Мариус оглянулся: древо возвышалось над островом, словно зловещий дирижёр. Он представил, как же хорошо было бы сейчас оказаться в горячей ванне с зипом порошка, но от мысли о последующих отходах его шею свела судорога.

Отдышавшись, Давид брасом поплыл через мотыльковый тоннель.

Снаружи было пусто, не считая огоньков авианосца на горизонте. Волны громыхали ломаным ритмом, молнии аккомпанировали вспышками и громом. Стоило Давиду представить, как тяжело ему будет возвращаться назад, как в паре метров над ним заблестели ровные грани. Он даже не успел среагировать; что-то схватило его под руки и подняло над водой, а после усадило на сухой пол. Крышка задвинулась, в кабине загорелся свет. Давид осмотрелся: он находился в «Херувиме». Перед ним стояла пара грозного вида алароидов, состоящих из множества мозаинок, а между ними, на кресле, закинув ногу на ногу, восседала сама императрица Фея. Очки-авиаторы, фиолетовый фрак и такого же цвета кудри придавали её аватару вид строгой училки.

- Приветствую вас, Давид, - поздоровалась та.

Мариус опешил, но преклонил голову: кто бы мог поверить, что припадочные видения торчка и впрямь оправдаются.

- И тебе не хворать, детка, - на автомате выдал он.

Звукоизолированная кабина погрузилась в звенящую тишину. Боты стояли смирно, словно привратники футуристичного божества. Время тянулось петлёй бесконечности: в какой-то момент Давид ощутил в сердце биение секундной стрелки. Он не знал, о чём говорить, и всё ждал, пока инициативу возьмёт организаторша встречи.

- Почему вы выплыли из-под купола? - наконец спросила Фея.

- Это ты у меня спрашиваешь?.. - Давид усмехнулся; он еле сдерживался от соблазна вывалить на Кимико все свои незаурядные знания-козыри. - Наша встреча не случайна, о великая королева, и ты прекрасно это знаешь.

- Понятия не имею, о чём вы.

- Всё ты понимаешь. У тебя никогда не возникало ощущения, что что-то нагло влазит в твою голову и буквально велит что-то сделать?

- По правде говоря, нет. А у вас?

- Редко, но сегодня это проявилось как никогда явно. Мой мозг вообще нестабильная штука. Иногда мне кажется, что меня что-то ведёт; что я знаю людей, которых вижу впервые, уже десятки лет... -