'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

казались очень странными и нелогичными. Например, как я смог преодолеть защитный периметр, будучи одержимым. И ещё один, не менее странный вопрос, не давал мне покоя: а как вообще им удалось поместить в меня беса, если на моей груди набита защитная татуировка? Нет, я предполагал, что со мной всё немного иначе. Допустим, в меня никого не подселяли, ибо соседа я бы обязательно почувствовал. Данные изменения происходят со мной лично, и в этом случае защитный символ мог не сработать. Но камни — это другое. Они вообще не пропускают ничего постороннего, даже мои медведи рассыпались, едва я переступил черту. В тот момент я думал только о том, как бы поскорее набить живот и завалиться спать, но сейчас… В общем, очень странно и совершенно необъяснимо.

От магазина я отошёл не так уж и далеко. Каких-то двадцать минут ходу — и вот я уже перед дверью, снова чешу макушку, пытаясь разобраться в случившемся. Да я когда прибухивал, так с памятью не ссорился. Какого хрена здесь произошло?

Вчера, когда я забрался внутрь, запер дверь на щеколду, которую заботливо смастерил сварщик, изготовивший данную дверь. Однако выходил я отсюда явно в ударе, раз не смог справиться с простейшим механизмом. Дверь выглядела так, словно её бульдозером изнутри выбивали. Обрамление из сорокового уголка, поверх которого приварено листовое железо толщиной в три миллиметра. Всё это представляет собой достаточно крепкую конструкцию, способную сдержать человека. Однако я каким-то неведомым образом смял её до неузнаваемого состояния.

Внутри тоже царил натуральный бардак, будто там стадо кочевников пронеслось, ну или слон попытался развернуться. Товары разбросаны по полу, удочки поломаны, витрины разбиты, от палатки только лохмотья остались. А где печь?

Я шагнул в проём и осмотрелся, а заодно и печку отыскал, точнее то, что от неё осталось. Кто-то очень тяжёлый на нее наступил, расплющив, словно жестяную банку из-под пива.

— Так, вот это уже совсем не смешно, — пробормотал я, подняв разорванную кастрюлю, в которой должен был остаться мой завтрак.

Лучше бы я вчера всё доел. Жалко, блин, там ведь почти половина осталась. Такими темпами я быстро добро на говно переведу. Нет, я не жадный, когда дело не касается еды. Кстати, именно этот момент у нас с Алисой был основным камнем преткновения. Меня аж подбрасывало, когда она воровала что-то из моей тарелки. И ведь я предварительно спрашивал, хочет ли она есть, и получал отрицательный ответ. Нет, мне не жалко… Хотя кого я обманываю? За кусок колбасы спину прогрызу, а здесь полкастрюли вкуснейшего супа — и на пол.

Ладно, не самое подходящее время для шуток, тем более что их даже оценить некому. А вот разобраться в случившемся точно пора. В конце концов, я без труда способен вспомнить, что вытворял мой пра-пра хер знает сколько раз прадед. Неужели не смогу освежить образы вчерашней ночи? Но для начала нужно как-то успокоиться. Сука, суп жалко…

Я бродил по разгромленному магазину, собирая в кучу свои вещи, которые тоже оказались разбросаны по углам. А заодно пытался составить примерную картину произошедшего из найденных кусочков пазла.

Человек, труп которого я обнаружил, скорее всего, имел прямое отношение к бесам. Вряд ли кто-то в своём уме решит шляться по окраине города ночью. Здесь сплошной новострой, и в случае опасности спрятаться будет негде. Выходит, что даже в полном беспамятстве я рву именно врагов. Соображаю, стало быть. По крайней мере, у реактора тел друзей я не нашёл. Да и Швеллер жив. Запалив баню, он это доказал, чем помог скинуть огромный валун с души.

Однако беса я порвал, магазин разгромил и точно знаю, что от моего вида люди нихера не в восторге. Тогда кем я становлюсь, когда вырубает мозги? Раздавленная печь, порванная кастрюля… Про дверь вообще молчу, даже боюсь представить, сколько силы у того монстра, в которого я превращаюсь. Осталось понять, как я при этом выгляжу. Есть ли рога или перепончатые крылья? Может, хвост вырастает с каким-нибудь шипом в окончании? Жаль, снег взбит до такой степени, что я не смог обнаружить следов. Это могло подбросить чуть больше ответов.

Собрав все вещи, я произвёл ревизию. Заодно убедился, что хомячество мне не чуждо, и отбросил в сторону несколько лишних ножей. А вот пару мотков лески — оставил. Пригодится. Учитывая её прочность при довольно тонком волокне, можно много дел наворотить. Да хоть элементарную растяжку поставить. В траве или полумраке подъезда ни в жизни не заметишь.

Немного подумав, с очень тяжёлым сердцем отставил и походную плиту с запасными газовыми баллончиками. Как бы мне ни хотелось обедать и ужинать горячим, рюкзак не бездонный. Спальников больше не нашёл, а вот палаткой обзавёлся и привязал её к лямкам рюкзака. Затем подумал и благоразумно отставил всё своё добро в дальний угол. Вот теперь можно заняться собой.

Я уселся в складной стул, откинулся на спинку и расслабился. Контроль дыхания прошёл легко, а вот сердечный ритм долго пытался от меня бегать. Но в итоге я завладел и им тоже. Мысли потекли ровнее, и я наконец смог нырнуть в память. Некоторое время ничего не происходило, а затем на меня вдруг что-то напало. И в этом нечто было столько ярости, что я едва в ней не растворился. В висках застучали молоточки, в ушах зазвенело, звуки запульсировали, то появляясь, то исчезая. Гнев также накатывал волнами, с каждым разом усиливая натиск и пытаясь захлестнуть меня с головой. Но сейчас я был к этому готов.

Ментальный бой тоже требует опыта. Каждый раз сражаясь с Исаем, я ограничивал себя, представляя нас людьми. От этого вечно терпел поражение, пока однажды не вышел за рамки типичного восприятия. И тогда, поняв за какие ниточки нужно дёргать, что именно контролировать, научился сводить поединки к ничьей. Порой мы сражались часами, подавляя и усиливая различные эмоции. Контролируя энергетические процессы, что проходят внутри организма, можно легко повлиять на работу любого органа, даже заставить человека делать всё что угодно. Хоть в зомби превратить.

И когда я наконец вывернулся из цепких лап чудовища, что во мне поселилось, и присмотрелся к нему, вдруг осознал, что борюсь сам с собой. Впрочем, нечто такое я и ожидал, потому как уже размышлял по данному поводу. Защитные камни ни за что не пропустили бы чужеродную сущность. Баал, конечно, проходит, но там столько силы, что даже сложно представить. Однако он полностью контролирует тело носителя и не даёт тому даже носа наружу