Сандровские. Трилогия (СИ) - Марина Кистяева

Ева говорила себе, что самое страшное позади. И, возможно, ей стоит взглянуть на складывающуюся ситуацию иначе.

Не со стороны жертвы.

А со стороны колдуньи.

От собственных мыслей Еве стало дурно, и она закрыла лицо руками. О чем она думает? Она же не может переступить через себя и начать вести себя, как… Как кто? Как беспринципная стерва? Или как девушка, попавшая в безвыходное состояние?

Чтобы нормализовать душевное состояние Ева шумно задышала. Так, не сметь паниковать! Пленение у монстра закончилось, он думает, что убил её — это главное. Значит, не будет искать.

А с Сандровским она разберется, обязательно разберется. То, что он не накинулся на неё, было неплохим началом. Может, ей стоит сначала оглядеться по сторонам, а уже потом принимать решение о побеге? К тому же, Еве не показалось, что её держат в плену, и она ни разу не слышала, чтобы Макар или вампир захлопывали дверь на защелку или замок. То есть она всегда может уйти.

Мысль о возможной свободе сильно взволновала её. Она дрогнувшей рукой собрала волосы в хвост, перевязав их шелковой лентой от халата, который так же принес Макар. Управляющий не выказывал доброжелательности, напротив, смотрел зло, точно в любой момент ожидал от неё подвоха.

Ева улыбнулась. Смешно. Если бы он знал, что она сама боится его, то, наверняка, вел бы себя иначе. Он ей напомнил некого дядюшку, которого у неё никогда не было. Широкоплечий, высокий, с бородой и суровым лицом. Мужчина, которые проживал бы несколько столетий назад в императорской России.

Как она поняла, он присматривал за домом, в котором она сейчас находилась. И был человеком. Ева, находясь в плену, узнала, что некоторые люди добровольно служили вампирам, кто в качестве "доноров", кто преследуя свои, только им известные цели.

Девушка не представляла, как можно добровольно иметь дело с вампирами. Но, кажется, ей предстоит узнать….

Она медленно поднялась, накинула на плечи халат и вышла из ванной, а затем и из комнаты. Очень хотелось надеяться, что Сандровский покинул дом и вернется не скоро.

Еве даже не верилось, что она может передвигаться, не испытывая сильной боли. Оказывается, мазь не только способствовала быстрому заживлению синяков, благодаря ей, мышцы перестали болеть. Да, трещины в ребрах продолжали беспокоить, но терпимо.

Дом производил впечатление. Судя по размерам, он был небольшим в понимании бессмертных с их пафосом и стремлением окружить себя дорогими игрушками, будь то мебель, драгоценности, машины, дома или женщины. Ева не была знатоком интерьера, но то, что она видела, ей нравилось. Дом не был перегружен мебелью и другими атрибутами, напротив, всюду чувствовался минимализм.

Она хотела попасть в кабинет или спальню Сандровского. Она собиралась узнать, кто он такой. В доме наверняка должны иметься документы, содержащие сведения о хозяине.

Ей повезло. Первая же дверь, которую открыла Ева, вела в просторную библиотеку с большим камином, где потрескивал огонь. Шторы были занавешены, создавая интимный полумрак. По спине Евы снова прошёлся неприятный холодок от ощущения, что она поступает неправильно, ведет себя не надлежащим образом. Она не должна была интересоваться чужими вещами….

Загнав совесть в дальний уголок души, Ева решительно направилась к широкому дубовому столу. Она обратила внимание, что большинство мебели в доме было сделано именно из натурального дерева — дуба, светло-розового бука, махагони, вишни. Выполненная, наверняка, на заказ, она не могли не произвести впечатление.

На столе находилось несколько папок и свежих газет. Ева мельком взглянула на содержание папок и ничего не поняла. Биржевые сводки, договора на куплю-продажу, счета из банков разных стран. Другое дело — газеты. Первая, которую она взяла, дала содержательный ответ на интересующие её вопросы.

"Многие светские дамы задаются вопросами: "Что происходит с братьями Сандровскими? Что такого случилось с благородным семейством холостяков, что сразу два младших брата — Велест и Борис обзавелись постоянными подругами? И мало того, поговаривают, что девушки, о которых обществу практически ничего неизвестно, не просто подруги — они будущие жены князей Сандровских…"

Ева, читая газету, нахмурилась. Нехорошее предчувствие закралось в душу. Одно дело — оказаться в "гостях" у богатого вампира, проживающего отшельником где-нибудь в глуши Урала, и другое дело оказаться заложницей у влиятельного бессмертного, чье имя мелькает на страницах прессы.

"….Но первые красотки двух столиц не теряют надежды. По-прежнему не спешит обзаводиться семейными узами старший брат князей Сандровских — загадочный и не постижимый Игорь. Казалось бы, мы знаем о нем многое — красавец-мужчина, обладатель многомиллионного состояния, владелец крупного инвестиционного бизнеса, дипломат и меценат…."

Ей не позволили дочитать до конца заинтересовавшую статью. Холодный голос прервал чтение:

— Ты скажи, что конкретно тебя интересует, и я скажу, где искать.

Ева вздрогнула и выронила газету. Дыхание сперло в груди. В дверном проеме стоял тот самый князь Игорь Сандровский со скрещенными на груди руками. Она не могла разглядеть выражение его глаз, но сжатые губы не предвещали ничего хорошего.

Девушка пошатнулась, и чтобы не упасть, вцепилась пальцами в край стола.

— Спасибо, я нашла, что искала, — она не стала юлить и скрывать очевидных фактов.

Игорь кивнул и прошёл в кабинет. Его шаги были размеренными, не широкими, едва ли не крадущимися. Ева сглотнула подступивший к горлу ком. Она вторглась на личную территорию очень опасного хищника.

— А я уж хотел было предложить свои услуги, — вкрадчивым голосом проговорил Игорь, останавливаясь напротив девушки.

— Не стоит.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

— Вижу, тебе лучше.

От его пристального взгляда, очень внимательно скользящего по телу Евы, ей стало дурно. Она увидела в нем интерес, который насторожил девушку.

— Теперь я в состоянии свободно передвигаться, — заметила Ева и хотела уже добавить, что она способна самостоятельно покинуть его дом, когда он резко прервал её и с жесткостью в голосе сказал:

— Замечательно! Я так понял, что ты решила исследовать мою скромную обитель? Так позволь показать тебе и другие комнаты, — спальню, например.