Семь дней Создателя - Анатолий Агарков

— Неплохой тарантас. Как думаешь, Лёвчик, на миллион потянет?

— Э, что за дела? — прибывшие проявили беспокойство.

Я придвинулся к лидеру:

— Ты деньги с парня брал? Почему не обеспечил безопасность его бизнеса? Теперь чеши затылок. Вот тебе расписка о его долгах, а мы забираем "Тойоту".

— Пацаны, кончайте беспредельничать.

— За базаром следи, а то можешь на неприятность нарваться. Позвони Сан Санычу, и если он скажет, что я не прав, не трону твою тарантайку.

Бандюки отошли в сторонку, посовещались, позвонили, потом ещё посовещались и приняли решение:

— Хрен с тобой, забирай.

Прощаясь, посоветовал местным:

— Работайте, пацаны, работайте. Для начала размотайте тот клубок, в котором запутался ваш незадачливый строитель.

Бойцы сели в "Тойоту", и мы тронулись в обратный путь. Моросил дождь, мягкая подвеска "Лексуса" укачивала, и я не прочь был вздремнуть. Билли лез в душу.

— Ты что творишь, Создатель, что ты творишь? Этого парня сейчас на куски порежут.

— Не думаю. Если идиоты, дом отберут. А если соображалка хоть немного мигает, помогут грешному найти следы канувших денег. Я бы нашёл.

Умытый дождём внедорожник понравился Рамкулову.

— Как распиливать будем — вдоль или поперёк? — это я ему.

А он:

— Слушай, заберу, а с тобой в ближайшее время рассчитаюсь.

— Ну, не со мной — "Алексом".

После праведных трудов да ещё под шум дождя так крепко спится рядом с молодой женой. Но безжалостен звонок.

— ЧП у нас босс.

— Говори.

— Тут мужиков казахстанских армяне кинули.

— Опять армяне. Что в подробностях?

— Может из первых уст? Вот они, жалобщики, все передо мной.

— Хорошо, пришли дежурку.

А суть была в следующем. Беженцы из Казахстана, осевшие в Н-ске, организовали частную фирму — строили, коммерцией занимались. Армяне сторговали у них десять стальных профилей и вывезли, подрядив бортовой "КамАЗ". А после их визита кладовщик обнаружил недостачу двух листов. Сели в машину, гурьбой наехали на армян в шашлычке.

— Ты что, дорогой, вот они десять твоих листов, считай.

Один сообразил:

— Жмём к водителю "КамАЗа".

Тот искал себе клиентов и оставил визитку. В его дворе нашлись пропавшие листы. Говорит, армяне рассчитались за рейс. Ребята обратно в шашлычку, а хозяева за ножи.

Ели ноги унесли и сразу в "Алекс".

— Кто хозяин?

— Араик Кастанян.

— Опять Кастанян.

— Это брат Георга.

— Ну что ж, поехали к брату, потрогаем за вымя.

Заполночь — в шашлычной веселье горой. Мы сели за столик и официанту:

— Кликни хозяина.

Явился Араик Кастанян с усатым вытянутым лицом и цыганским ремнём на впалом животе.

— Водитель сам себя наказал, скатавшись бесплатно, а с тебя причитается. Знаешь за что? Ну, и молодец. Скажем, сто штук вернут моё к тебе расположение.

— Не губи, брат, — у хозяина заведения подогнулись колени. — Ели-ели концы сводим — где взять такие деньжища?

— Если б я был твоим братом…. Короче, не раздражай меня…. И встань с колен — мне твои поклоны по барабану, а люди, что подумают?

Наутро в мой кабинет ввалился Макс:

— Ты что творишь? Кастаняны — нормальные пацаны, исправно платят.

— Нормальные пацаны не воруют.

— Ты плохо представляешь, кто за ними стоит.

— Я отвечаю за этот город, и в нём будет порядок, кто бы за кем не стоял.

— Можешь вляпаться в крутые разборки.

— С каких пор начал праздновать труса?

— Алекс, послушай, половина требуемого вполне приличная сумма — не тот случай, когда следует жлобиться.

— Будь, по-твоему. Дело не в сумме — важен принцип неотвратимости наказания. Иди, обрадуй своего друга.

— Таких друзей…, - обрадовался Макс.

Ещё один финансовый вопрос пришлось решать тем днём. Явился Рамкулов. Хитрый татарин придумал способ рассчитаться за внедорожник — предлагал отремонтировать городской стадион. Идея мне понравилась и не очень. Чтобы разрешить сомнения, вызвал Макса на консультацию.

— Что скажешь? Нужна нам кузница кадров?

— Дело хорошее, — подтвердил бывший спортсмен и тренер. — Городу нужное.

— Нужное то нужное, только не уложимся мы в названную сумму. Откуда бабки взять?

Макс пожал плечами:

— Общак?

— С этим погоди. Мы и так внесли пол-лимона. Лучше засучи рукава да организуй попечительский совет по ремонту стадиона. С каждого предприятия в пропорции от числа работающих. Ну, не мне тебя учить бабло вышибать. С этого умника тоже возьми — калым себе придумал.

— А я что? — прятал хитрую улыбку посетитель. — Для своих же пацанов — они у меня спортсмены.

Не думаю, что Макс открыл вдруг в себе организаторские способности, дремавшие под бандитской личиной, просто идея понравилась городу. Не только нашлись деньги на благоустройство стадиона, ремонт старого и строительство нового спортзала, но и возникло стихийное движение: "Каждому двору хоккейную коробку, игровую и спортивную площадки". Отработав смену на производстве, люди выходили на безвозмездный труд, заодно облагораживая территорию вокруг своих домов. Не хватало материалов, и, чтобы поддержать энтузиазм масс, пришлось пожертвовать общаком. Пресса трубила во все дудки о том, как на глазах меняется лик города. Мэр не преминул стукануть по инстанции о своих успехах. И нагрянул к нам губернатор. Посмотрел, похвалил: "Ладно, ни что, молодца, молодца" и укатил с градоначальником трапезничать в пансионат "Лесное озеро".

Макс психовал — его, председателя попечительского совета и зачинателя всей кутерьмы, даже не пригласили в свиту встречающих губернатора. А я решил воспользоваться моментом и позвонил Сан Санычу:

— Губернатор у нас тут.

— В курсе.

— Хвалить хвалил, но денег не обещал.

— Что ты хочешь от показушников?

— От них ничего, но мы — люди дела.

— Намёк понял — можешь не вносить свою долю в областной общак. Для доброго начинания разве жалко?

Попробовал утешить Макса:

— Да брось журиться — эка шишка губернатор. Не успеет с поста уйти — имя его забудут. А тебя, вчера видел, какой-то дед в медалях Сергеем Викторовичем назвал и руку первым подал. Говорил, отца твоего помнит и деда. Вот она, любовь народная.

— Да, они сейчас у Лесной Нимфы веселятся, а мы тут….

— Кто такая?

— Директор и владелица пансионата. Красавица, я тебе скажу….

— А кто нам мешает скататься к ней завтра?

— Никто.

И мы покатили. На двух машинах. Впрочем, и не пытались затмить губернаторский кортеж. И приём нам был оказан не такой пышный. Галина Дмитриевна попыталась даже всплакнуть.