Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

боишься. Ты ведь не была в других местах, а я был. И с уверенностью скажу, что там не так хорошо, как у нас.

— Ему же через полгода исполнится двадцать пять, — сказала я.

— Все верно, — кивнул Энза.

— Отпусти меня. Я вернусь на Землю и подожду полгода, а потом отправлюсь на поиски отца, — предложила я. Энза сомневался и пытался найти верное решение.

— Если ты уйдешь, Бальтазар в гневе убьет всю твою семью и многих невинных, — с грустью проговорил Энза.

— Но ты ведь, не скажешь из какой я семьи? — насторожилась, смотря в глаза воину.

— Я тебя не выдам. А вот Гестия может сдать тебя снова.

Проклятье! Вредная старуха. Вдруг действительно сдаст меня? Я не переживу, если семья пострадает из-за меня.

— Хорошо, ты прав. Люди не должны умирать по моей вине. Я не сбегу на Землю, но и с тобой к Бальтазару не пойду!

Энза заметно расслабился.

— Если я тебя не приведу, Бальтазар выместит злость на мне, а я собой дорожу.

— Скажи ему, что не нашел меня. Предложи ему организовать бал. Мол, девушки любят такие мероприятия. Пусть правитель надеется, что я приду. Раз балл у вас проводят каждые две три недели, за это время я что-нибудь придумаю. Энза… Сэр Энза, я приду, слово даю. Только план придумаю, как не попасть в лапы правителя.

Воин недоверчиво посмотрел на меня.

— Договорились, только если не явишься… Много людей лишится жизни из-за тебя. И что значит надеяться?

И он туда же… Как объяснить такие очевидные вещи?

— Ох, Энза… Сэр Энза, — быстро исправилась я. Надо привыкнуть. На Пандоре все жители в разговоре друг с другом, использовали слова «сэр и леди», они не обозначали статус человека в обществе или его принадлежность к тому или иному знатному роду, это было просто такое вежливое обращение, но семья и близкие друзья могли просто называть друг друга по имени. — Не бери в голову. Ну тогда я пойду? — спросила я, переминаясь с ноги на ногу.

— Я тебя провожу, ночью небезопасно бродить одной по лесу.

— Хорошо, спасибо, — согласилась я на его предложение.

Мы шли рядом и молчали. Однако я решила нарушить тишину.

— Как мой отец спас тебя?

— Мы с Бальтазаром учились телепортироваться и решили хоть одним глазом посмотреть на Запретный лес. Мы отправились туда, чувствуя себя героями. Но на нас напал сумарий — это огромное животное в стальной шкуре и ростом около пяти метров. Он плюется сетью, которая не позволяет нам ничего сделать с помощью мысли и уж тем более перемещаться в пространстве. Он блокирует нас. Я оттолкнул Бальтазара, а сам попался. Понимал, что погибну, так как сумарии питаются мясом. Но моя жизнь не такая ценная, как жизнь юного правителя. Я крикнул Бальтазару, чтобы он не смел спасать меня. Он телепортировался, а я остался один. Сумарий, передвигаясь на своих шести лапах, медленно подходил ко мне. Из его пасти текли слюни, и были видные огромные клыки. Я уже приготовился к смерти, но тут появился Картерий. Он создал целое облако светящихся огоньков и ослепил чудовище. Твой отец помог выпутаться из сети, и я телепортировался домой. Позднее я узнал, что это Бальтазар позвал на помощь, и только твой отец не побоялся отправится в Запретный лес. Если бы не его храбрость, я бы не шел сейчас рядом с тобой.

Я впитывала информацию как губка. Чувствовалось, что Энза уважал моего отца.

— А ты давно знаком с Бальтазаром?

— С рождения. Пять поколений назад мы произошли от одного мужчины. Моя бабушка и его дед между собой троюродные брат и сестра. Я родился в восточном крыле замка и потом рос вместе с будущим правителем. Я не просто его правая рука, мы с ним лучшие друзья, но порой он ведет себя как правитель, а не как друг.

Чем больше я узнавала Энза, тем сильнее он мне нравился. Хороший человек.

Энза резко замер и оттолкнул меня в сторону. В его руке появился блестящий меч с очень красивой рукояткой. Что случилось? Из-за деревьев показалась стая огромных волков, мне они напоминали оборотней. Глаза налиты кровью, шерсть стояла дыбом, а ростом они практически с человека. Чудовища издали ужасающий рык. У меня мурашки поползли по спине и липкий страх сковал душу.

Я очень надеялась, что Энза знаел, как с ними справится. Не хотелось мне быть чьим-то ужином. Животные двинулись в бой. Энза стоял спокойно. Легкий взмах руки, и рядом со мной упала туша бездыханного волка. Энза двигался быстро, размахивая мечем. Жалобно скуля, один за другим падали замертво волки.

— Ты цела? — поинтересовался Энза, тяжело дыша.

— Да, — прошептала я, осипшим голосом. — Что это за твари?

— Волки из Запретного леса. Вот только не пойму, что они тут делали? Границу леса должны охранять мои воины. Придется еще и с этим разбираться, — с досадой сказал Энза.

— Спасибо, — поблагодарила я. Никак не могла прийти в себя. Больше в лес ночью никогда не пойду!

Энза улыбнулся. Его меч исчез.

— Вы же не умеете с помощью мысли создавать металлические предметы, — удивилась я.

— Все верно. Этот прекрасный меч из куска железа сотворил сэр Феликс. Парень настоящий мастер в своем деле. Я всего лишь достаю меч и убираю наместо с помощью мысли. Сейчас он лежит в моей комнате в замке. А вот и твой дом, — сказал Энза.

Я постучала в дверь, переминаясь с ноги на ногу. Энза стоял рядом и почему-то не уходил. Дверь открыла Аида. Она удивленно посмотрела на нас.

— Леди Аида, возвращаю вам беглянку, проследите, что бы она оставалась на Пандоре, иначе мы все пострадаем.

— Спасибо, сэр Энза, за беспокойство и за то, что привели домой Милу в столь поздний час. Может, пройдете на чай? — ласково поинтересовалась моя тетя.

— Спасибо, леди, должен отказаться. Мне уже пора, — с этими словами он исчез.

Я вошла в дом и все рассказала Аиде.

— Ох, милая моя, что-нибудь придумаем. Хорошо, что все-таки ты снова с нами. А Гестии больше нет в нашем доме. Она переехала в западную часть замка. Теперь понятно почему ее там поселили. Она всегда мечтала быть королевой, но родилась в обычной семье, вот на старости лет решила перебраться в замок, при этом подвергнув семью опасности, — вздохнула с грустью Аида.

— Я надеюсь, что Бог ее накажет! — проговорила я со злостью. Во мне все кипело от гнева. Как так можно? Она ведь семью предала!

— Надеешься? А как это? — нахмурилась тетя.

Они что,