Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

приготовим и для вас и для вашей племянницы самый роскошный обед, на который способны.

— Прошу вас, капитан, не надо ничего специально готовить для меня, — вмешалась девочка. — Если я проголодаюсь, я поем вместе с вашими людьми.

Эркхарт поглядел на ребенка, затем на его фальшивого дядю, словно вопрошая, как это понимать.

Мастон Лург с равнодушным видом едва заметно пожал плечами, давая понять, что пусть будет так как ей хочется.

— Также я прошу чтобы вы позаботились о наших лошадях и об охране нашего экипажа, — сказал судья и на этот раз это больше походило на распоряжение, чем на просьбу.

— Конечно, господин инрэ, — спокойно ответил начальник каравана. — Все будет исполнено.

После этого Мастон Лург попросил дать ему немного времени чтобы взять кое-какие вещи из экипажа и проинструктировать слугу. Эркхарт ушел к стоявшим на тракте людям. Судья и Элен остались одни.

— Ты чем-то недовольна? — Спросил он.

Девочка молчала.

— Ты предпочитаешь остаться в карете?

Элен посмотрела на него.

— Зачем Галкуту ходить со мной? — Спросила она. — Я же пообещала не создавать вам проблем.

Судья вздохнул.

— Элен, ты настолько умна, что думаю отвечать излишне, ты сама всё понимаешь. Кроме того, поверь мне, в караване кого только не встретишь, и будет лучше, если рядом с тобой будет человек, способный защитить тебя.

Элен смотрела на судью, вспоминая о том, что произошло между ней и Галкутом, когда они шли из конюшни к постоялому двору. Наконец она решилась.

— Вы знаете, что ваш слуга-садист делал мне больно? — Спросила она, выталкивая из себя слова.

Судья молчал, внимательно глядя на нее.

— Или это вы приказали ему сделать это?

— Элен, ситуация и так непростая, давай не будем ее усложнять еще больше, — наконец проговорил Мастон Лург. И очень спокойной добавил: — Ничего такого я Галкуту, конечно, не приказывал. Но ты можешь видеть, что я говорю тебе правду, а я нет. Ты же понимаешь, что я вполне допускаю, что ты специально оговариваешь Галкута.

— Зачем мне это? — С раздражением поинтересовалась девочка, она действительно видела, что судья не лгал ей. — По-вашему я жду от вас, что вы в праведном гневе высечете его кнутом или вообще прогоните? Вы только что сказали, что я достаточно умна чтобы понять что к чему. Но если вы заботитесь о моей безопасности, то вам лучше предоставить меня самой себе, чем оставлять в обществе этого садиста.

— Что он сделал тебе?

— Сдавил мне плечо. Очень больно. Чуть не сломал мне кости. Хотите взглянуть на синяки?

Судья помолчал, обдумывая услышанное.

— Я знаю Галкута как очень разумного человека, — медленно произнес он. — Если то что ты говоришь правда, то у меня есть веские основания подозревать, что ты вынудила его к этому, чем-то спровоцировала. Когда это произошло?

Элен глядела на него почти с ненавистью. Кроме того она чувствовала, что к ее глазам подступают слезы, ей было жалко саму себя.

— Мы напрасно теряем время, — ледяным тоном произнесла она и развернувшись, направилась к карете.

Мастон Лург возвел очи горе и последовал за девочкой.

Возле экипажа, он сказал ей в спину:

— Элен, ты посиди пока в карете. А когда придет охрана, можешь идти погулять с Галкутом по окрестностям.

Девочка, ничего не ответив, залезла внутрь экипажа и с треском захлопнула за собой дверцу. Судья еще постоял немного, размышляя не слишком ли он рискует оставляя Элен одну. Галкут, конечно, парень смышлёный, но неизвестно, что может выкинуть эта девчонка. Однако другого выхода он не видел. Будь что будет, решил он. Тот очевидный факт, что он не может контролировать всё на свете, Мастон Лург усвоил много лет тому назад. Жизнь непредсказуема и пытаться предугадать все возможные варианты развития событий бессмысленно. Он давно уже смирился с этим, считая это мудростью своего жизненного опыта. И если сегодня ему не повезет, то значит не повезет. Все что мог он сделал.

Мастон Лург приблизился к своему слуге и, глядя на стоявших впереди людей, негромко сказал:

— Я сейчас уйду. Капитан обещал прислать охрану для экипажа. Когда она появится, запрешь карету и пойдешь с Элен туда, куда она пожелает.

Галкут вопросительно поглядел на хозяина. Тот повернулся к нему.

— Пусть она посмотрит на лошадей, на фургоны, на людей, я не знаю, на деревья, на собак, в общем на все что ей хочется, — сказал судья. — Не мешай ей. Просто приглядывай за ней. Твоя задача оберегать её, но не забывай что она ребенок, и если ей хочется немного порезвиться — пусть порезвится. — Судья вгляделся в тускло-голубые глаза Галкута и спросил: — Ты делал ей больно?

Галкут снял шляпу и спокойно глядя на судью, ответил:

— Да.

— Зачем?

— Чтобы она поняла в каком мире она очутилась. Она ведет себя так, словно ничто ей не угрожает здесь. Это очень опасно для нее.

Судья помолчал. Затем проговорил:

— Больше не делай этого. Я думаю, она всё поняла.

Он сказал это ни тоном приказа или просьбы, а словно объясняя что-то непонимающему человеку. Чуть помолчав, он добавил:

— С этим ребенком не должно случиться ничего плохо. Ничего. Ты понимаешь?

— Да, я понимаю.

Не сказав больше ни слова, судья зашагал по дороге на восток. Ему хотелось еще раз напомнить Галкуту, что когда это дело с Элен будет закончено, то он, Мастон Лург, освободит его от данной им клятвы, щедро вознаградит и Галкут станет свободным и богатым человеком. Но в последний момент передумал.

59

Элен сидела на кожаной скамье в салоне кареты и смотрела в окно. Затем она приподнялась и быстро задернула штору, сначала на одной двери, затем на другой. В полумраке и тишине ей стало уютнее и спокойнее.

Она подумала об отце, о том всё ли с ним в порядке. «Только бы снова увидеть его», взволновано думала девочка. Она всё вытерпит, и этого судью, и Галкута, и герцога, только бы вернуться к папе. Как же все-таки странно, размышляла она, что взрослые люди такие разные. Есть вот такие негодяи и подонки как этот Мастон Лург и его слуга, и есть её папа, такой мужественный, благородный и великодушный. Дети ей не казались настолько различными, у детей всё просто и понятно, есть задаваки и есть тихони, но и те и другие в сущности своей хотят одного. Быть с теми кто им дорог. А папа? Ему надо все время работать и бывает так, что он не видит свою дочь неделями. Его жена умерла и он вовсе кажется не