Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

его стороны. Ох, как же это всё не вовремя, с тоской подумал он. Им ни в коем случае нельзя было задерживаться. Несомненно, что то, что девочка рассказывала о своих грозных хранителях, которые якобы преследует их просто детская наивная ложь, слабая попытка как-то досадить ему и обезопасить себя. Но вот что если её пес действительно сумел выбраться? Честно говоря, Лург так до сих пор и не мог ответить себе кем была эта странная собака. Вне всяких сомнений это один из механизмов лоя, но в тоже время он разительно отличался от их обычных механических игрушек. Ему на ум пришли сказки о королеве Лазурных гор и о металлических стражах оберегающих её дворец. Но это было из разряда Деда Мороза и Веселого Патрика, прогоняющего злых духов.

Выходить в любом случае придется, сказал он себе. Он не мог не удовлетворить требование «королевского правосудия». Поступи он так, люди просто не поняли бы этого. Они сочли бы его фальшивым судьей, схватили бы его и доставили бы к Палате. И никаким способом он уже не смог бы оправдать себя, Палата тут же отреклась бы от него. Требование королевского правосудия было настолько же священно как и сама королевская власть. Любой из поданных мог просить короля о правосудии, так повелось от начала времен. Когда-то только монарх, а теперь и любой из членов Судебной Палаты, достигший ранга судьи, должен был выслушать тех, кто просил правосудия, и вынести свой приговор. Такой же законный и обязательный к исполнению как и приговор любого официального суда.

На самом деле люди редко прибегали к своему праву на «королевское правосудие» вот так вот стихийно, в дороге. Во-первых, из-за общей нелюбви и недоверия к Палате, а во-вторых из-за самой исключительности ситуации. Необходимо было стечение маловероятных обстоятельств. Тех, кто желал правосудия и не мог его получить, обратившись в одно из представительств Палаты, которое присутствовало практически в каждом городе, и некого бродячего судьи, встретившегося им на пути.

Несомненно караванщики могли, размышлял Мастон Лург, запереть всех кто связан с преступлением и доставить их в какой-нибудь город и там уже обратиться в официальный суд. Но это все требовало времени, при этом все прекрасно знали сколь неторопливы колеса официального правосудия, если их хорошенько не смазать. А для любого начальника каравана самое главное это время. Он должен доставить порученный ему груз по назначению в строго обозначенные сроки. Любое опоздание напрямую бьет по карману, таковы условия стандартных договором заключаемых между купцами и владельцами караванов. Мастон Лург прекрасно понимал, что начальник этого каравана, увидев на дороге роскошную карету городского судьи, счел это даром небес. Никуда ехать не нужно, никакой волокиты, и как бы судья не спешил, он ни за что на свете не посмеет отказать в «королевском правосудии».

Но даже если никакие мифические хранители нас не преследуют, думал судья, глядя на ребенка, сама эта девочка представляет проблему.

Однако, услышав её слова о том, что она сама уже хочет поскорее оказаться у герцога и не собирается создавать никаких трудностей, Мастон Лург позволил себе рассмотреть ситуацию так, как если бы это было правдой.

Малышка действительно невероятно умна для своих лет и с учетом того что она увидела и пережила за последние несколько дней, можно не сомневаться что она сделала для себя определенные выводы, решил судья. Конечно, ей нельзя полностью доверять, но Галкут присмотрит за ней. Очень маловероятно что она попробует сбежать просто в никуда. Просить помощи у кого-то из каравана она тоже вряд ли станет, ибо наверняка уже поняла, что против Судебной Палаты никто не пойдет. И даже не только поэтому, вдруг подумалось Мастону Лургу. Он был практически уверен, что в караване конечно же найдется пара-тройка повозок с клетками, в которых сидят рабы. Это будет очень поучительное зрелище для Элен. Что с ней может произойти, если она окажется одна, без его опеки.

— Я уже говорил тебе, что ни капли не верю твоим обещаниям, — уже вполне спокойно произнес Мастон Лург.

Элен попыталась горячо возразить, но судья жестом руки остановил её.

— Но я имел достаточно поводов убедиться насколько ты умна, — сказал он. — Я думаю тебе хватит благоразумия не убегать в дикие леса и не ждать спасения от лживых торговцев или жестоких караванщиков, которые в большинстве случаев, среди прочего товара везут и рабов. Ты ведь понимаешь, что роль племянницы городского судьи оберегает тебя невидимым плащом и тебе не стоит выходить из-под этого плаща.

Элен ответила уже вполне спокойно:

— У вас не получается говорить образно.

Судья усмехнулся и принялся застегивать пуговицы на камзоле.

— Галкут будет присматривать за тобой, — предупредил он. — И поверь дело не только в том что я не верю тебе. Караван это сброд алчных бродяг и вести себя тут нужно крайне осмотрительно. Для моего спокойствия я хочу чтобы ты по возможности все время держалась возле меня. Или так, или ты останешься в карете. Ты согласна?

— Конечно, дядя Мастон, — абсолютно серьезно ответила Элен.

Судья натягивал плащ и буквально застыл, услышав её слова.

— Что? — Спросила девочка, в ответ на его взгляд. — Вы же мой дядя или я ошибаюсь?

Мастон Лург тяжело вздохнул и продолжил облачение, внутренне готовясь к тому что следующие два-три часа будут очень непростыми.

Когда Элен и судья вышли из кареты, они увидели справа от тракта обширное, покрытое сплошным ковром красно-коричневой травы пространство, ограниченное с южной стороны редколесьем, образованным стройными, высокими деревьями с золотисто-зеленой кроной. На участке этого пространства, невдалеке от тракта расположилось скопление разномастных шатров, палаток, фургонов и повозок. Над одним из шатров даже развевалось какое-то бело-синее знамя. На близлежащих лугах паслось несчетное количество лошадей. В небо поднимались сизые дымы от костров, по вытоптанным в траве тропинкам сновали люди, слышался лай собак.

Элен в первые минуты представилось, что она видит стоянку небольшой армии. Многие из людей были вооружены, на некоторых тускло блистали металлические пластины каких-то доспехов. Впрочем, ее внимание быстро переключилось на человека, приближавшегося к ней и судье. Она также заметила что Галкут стоит возле головы правой лошади из передней пары и смотрит как бы мимо, но все же в сторону группы людей, застывших посредине дороги, метрах в двадцати от кучера. У нее промелькнула мысль, что цель этой группы состояла в том, чтобы не позволить проехать экипажу, если судья откажется исполнять требование "королевского правосудия". Девочке было жутко любопытно, что это за требование такое, Мастон Лург не успел ничего ей