Я вам не Сталин… Я хуже! Часть третья: Текущая реальность. - Сергей Николаевич Зеленин

- В Америке прежде всего, Вы должны блистать!

- «Блистать»?!

- Вот именно – «блистать»! И я уверен, Валентина Степановна, это у Вас получится… Ибо Вы – блестящая женщина!

Игриво на меня посмотрев:

- Спасибо!

Ещё раз глянув на её аппетитные «формы» и в последний раз облизнувшись:

- Вашему папе с мамой спасибо – что Вы такой получились!

Посерьёзнев, возвращаюсь «от тела» к делу:

- А раз у Вас это получится, то с Вами захотят познакомиться многие люди - в том числе и весьма влиятельные.

Организовать «пиарчик» так, чтоб «всесоюзно известная лётчица» - стала ещё и известна всей Америке, это уже для меня раз плюнуть. Успевай только местным «псам демократии» золотишком башлять.

Опять же, Гризодубова отнюдь не была дурой – просто человеком, благодаря существовавшей идиотской кадровой советской системе - оказавшейся в своё время не на своём месте.

Судя по её глазам, она враз вкурила весь расклад и спросила:

- С какими «влиятельными людьми» я должна познакомиться?

Держа в уме с дюжину американских послевоенных антисоветчиков – начиная со следующего президента Гарри Трумэна, сенатора Джозефа Маккарти, генерала Джеймса Форрестола и кончая пока ещё начинающим голливудским киноактёром Рональдом Рейганом, я всё же ответил уклончиво:

- Пока знакомьтесь со всеми подряд – с теми, кто на Вас «клюнул». Потом, позже разберёмся «в улове».

При слове «улов», вспомнился шурин Пашка, поди до сих пор ждущий меня на льду:

«Как он там? Обрыбился поди, весь с ног до головы в рыбьей чехуе…».

Гризодубова долго молчала, не решаясь, но всё же спрашивает:

- Эти «знакомства», должны быть доведены до постельных отношений?

Понимающе улыбаюсь:

- А это уже целиком на ваше усмотрение, уважаемая Валентина Степановна! В любом случае обещаю: никто к Вам в постель заглядывать не будет. И никто не осудит, если Вы переспите с тем, с кем надо переспать во благо и на славу нашего с Вами социалистического Отечества.

Доведя её до перекрёстка – где «подобрал» и даже переведя через улицу, остановился:

- Даю Вам время ещё раз наедине с собой хорошенько подумать. Если Вы согласны, то завтра… Хм, гкхм… В понедельник, в течении дня, подходите в мой Личный секретариат при Совете Народных Комиссаров СССР и обратитесь к товарищу Меркулову.

Пытливо заглядывая мне в глаза, прикусив губу:

- А если я откажусь?

Равнодушно пожимаю плечами:

- Тоже ничего страшного! Если не хотите возглавить сельскохозяйственную авиацию страны, могу предложить Вам создать из женских экипажей полк ночных бомбардировщиков. Я и название уже придумал: «Ночные ведьмы». Как Вам?

- «Ночные ведьмы»? Как-то не по-советски звучит.

По глазам вижу – особого воодушевления это предложение не вызвало. Значит, всё же выберет Америку.

Довольно доброжелательно глянув не неё, с «жестью» в голосе твёрдо заявляю:

- В Советском Союзе, уважаемая Валентина Степановна - мне решать, что «звучит по-советски», а что нет.

Наконец прощаясь, приподнимаю шляпу:

- Всего хорошего, Валентина Степановна! Надеюсь, мы с Вами - ещё не раз и даже не два увидимся.

- До свидания, Иосиф Виссарионович! Извините меня за…

Морщусь:

- Бросьте! Не было ничего и мне не за что Вас прощать.

Резко разворачиваюсь и иду к машине.

Слышу:

- Иосиф Виссарионович! Последний вопрос.

Останавливаюсь, поворачиваюсь:

- Если последний – то конечно, спрашивайте.

«Последний вопрос» поставил меня в тупик:

- Что такое «гигиеническая прокладка»?

Стою, очами лупаю, соображаю что ответить…

На мониторе возникшего в сознании «Послезнания», появились командной строкой:

«Прокладки (пакеты) женские гигиенические: Многослойные впитывающие изделия одноразового пользования, предназначенные для впитывания и удержания наружных выделений у женщин во время менструального периода (для критических дней) и межменструального периода (ежедневные, на каждый день и т.п.) и используемые в качестве средств личной гигиены.

Состоят из четырёх слоёв:

Слой, который непосредственно соприкасается с кожей и пропускает выделения внутрь прокладки.

Слой, который расположен за верхним покровным слоем и способствует равномерному распределению жидкости внутри прокладки.

Внутренний основной впитывающий слой прокладки, содержащий «суперабсорбент» - который поглощает и удерживает впитываемую жидкость.

Слой, который располагается непосредственно за абсорбирующим слоем и предотвращает проникновение выделений на белье».

Насколько я понял, ключевое слово здесь «суперабсорбент»…

Что это такое?

Тут же появился ответ:

«Суперабсорбен — это полимерный материал, который впитывает и удерживает жидкость в количестве, во много раз превышающем (в четыреста раз) собственный вес. Суперабсорбирующие полимеры создаются на основе акриловой кислоты и ее солей, полимеризованных в растворе или в суспензии. Суперабсорбенты LG Chem сделаны из полиакрилата натрия в виде гранул».

«Акриловая кислота»?

Что это и как говорила моя бабушка: «с чем её едят»?

Читаю:

«Акриловая кислота – это один из простейших представителей карбоновых непредельных одноосновных кислот, имеющая формулу СН2=СН-СООН. Это бесцветная жидкость, имеющая резкий и неприятный запах. Растворима в воде, хлороформе, диэтиловом спирте и этаноле, с легкостью полимеризуется с дальнейшим образованием полиакриловой кислоты. У акриловой кислоты есть и другие названия: этенкарбоновая кислота и пропеновая кислота. В промышленности акриловую кислоту получают каталитическим окислением пропена (пропилена). Катализаторы на основе оксидов молибдена (основной компонент) и ванадия».

Ну а пропилен получается как побочный продукт в процессах парового и каталитического крекинга углеводородов и, хроноаборигенам уже давно известен.

Так что ответить Гризодубовой - которой я как-то сгоряча, посоветовал «помалкивать в гигиеническую прокладку»?

Наконец, в очередной раз меня осенило и, я вмиг повеселев, с энтузиазмом выдал:

- Это – выдающееся изобретение советских учёных, которое Вы должны будете в Штатах как следует разрекламировать, чтоб наша страна на нём могла заработать валюту.

Уже в машине, я стал более тщательно «обсасывать» эту спонтанно возникшую идею:

«Ну, а чё? Конечно, Иллариону Мозгу «изобретать» гигиенические женские прокладки впадлу… Найти какую-нибудь женщину-химика, навести её на идею. Сперва якобы для советских женщин-военнослужащих. Затем, через брата Полины Жемчужной запатентовать в Америке… Это же – миллионы! А в отдалённой перспективе – миллиарды долларов! Да это изобретение - способно принести прибыли в союзную казну больше, чем якутские алмазы – точное месторождение которых я никак не могу вспомнить».

***

До квартиры Косынкина я ехал весь окутанный «бриллиантовым дымом» исходящим из женских прокладок, раз отвлекшись только на чудного вида светофор на одном из перекрёстков.

Он напоминал четырёхсторонние настенные часы, циферблат которых был разделён на четыре сектора: зелёный сверху, красный снизу и два жёлтых по бокам. Стрелка ходила по кругу с определёнными интервалами - разрешая или запрещая движение.

Как мне объяснил Славин, управлялись они не автоматически - а специальным оператором, находящимся рядом в будке.

Чешу в затылке - фигурально, конечно:

«Надо бы озадачить Наркомат товарища Иоффе автоматическим светофором. А то висит непотребство какое-то, аж за державу обидно…».

На квартиру Косынкина вернулись без приключений, тут же занявшись лёгким перекусонном. Все, кроме хозяина, конечно. Тот, тот час «упал на телефон» и не вставал с него, пока не смог мне доложить:

- Товарищ Сталин! Дорога проверена, всё чисто, ехать можно.

Закусывая чай баранками, интересуюсь:

- А что те товарищи командиры, толкающие