Ферзи - Татьяна Чернявская

— Девка, не дури, тебе некуда бежать, — насмешливо крикнул сверху какой-то доброхот, тут же записанный Валент в число потенциальных жертв.

— Эй, ты, сдавайся, — поддержал его первый из прибежавших, — или камнями сбивать начнём.

— Умойся грязью! — презрительно зашипела травница, активнее задёргавшись в ворохе чужих тряпок.

— Да она сама сейчас свалится, — радостно загомонили снизу, — вон уже подол разорван.

Предположение поддержали радостным улюлюканьем и свистом, зычно хохоча и топая ногами, как стадо первобытных людей, завидевшее дохлого единорога. От подобного ажиотажа даже более морально устойчивой личности стало не по себе, Валент же эта ситуация неприятно напомнила момент, когда пришлось улепётывать по площади от троих угробьцев, что пытались отобрать у неё добытую корзину разрыв-травы. Тогда её выручил проходивший мимо боевик, но сейчас в районе видимости спасители показываться не спешили. В отчаянии Эл что было сил заколотила ногами в стену, слыша, как к треску ткани добавляется скрежет медленно отрывающегося метала.

«Ну, хоть передавлю там побольше», — только и успела она подумать, как единственная надежда и опора окончательно утратила связь с крышей, но вместо того, чтобы опрокинуться наземь, круша под собой полчища врагов, повела в сторону, сильно раскачивая свой драгоценный слегка повизгивающий груз.

— Выкусите, гады!!! — как сумасшедшая, хохотала девица, продетая над головами растерявшихся преследователей и врываясь в ближайшее окно, подобно истинной ведьме из суеверий глупых не-чародеев.

На её счастье ставни оказались не запертыми, или полёт получился столь стремительным, что охочий до приключений зад, первым влетевший в помещение, такой условной преграды, как закрытое окно, просто не заметил. В любом случае, длинный, покрытый каменными плитами стол позволил Валент проскользить ещё пару метров, пока летевший следом за шлейфом некогда роскошного платья кусок водосточной трубы намертво не застрял в оконном проёме, прервав фееричный полёт чародейки аккурат у ниши с горелками.

— Чтоб меня порвало, если это не чудо, — подрагивающим от пережитого испуга голосом прошептала Алеандр, закручивая рычаг на позабытом кем-то кружке артефакта, продолжавшем выпускать тонкие струйки пламени.

Зеленоватый язычок огня уже успел оплавить край волана на рукаве, и девушка невольно порадовалась своей бьющей через край удаче не позволившей проехаться по артефакту всем телом. С трудом отодрав от пояса запутавшийся кусок ткани, Эл с повышенной осмотрительностью спустила босые ноги с высокого стола, хорошо помня, что на полу собственной лаборатории запросто можно было наткнуться, как на забытые леденцы и огрызки груш, так и на битое стекло, и подтеки активных реактивов, ни раз прожигавших дырки на подошвах её рабочих туфель. Здесь же всё оказалось подозрительно чисто, можно сказать, стерильно, что само по себе настораживало, сильнее, чем подтёки крови, чужеземные флаги и плакаты «Калину на варенье!». Разумеется, ни первого, ни второго, ни третьего в сером, заставленном типовыми шкафами для реактивов помещении не было, но от этого не становилось менее жутко. Цепочки разнокалиберных колб, сливавшиеся иногда в целые изогнутые змеи и небольшие, пребывающие в постоянном движении (для смешивания сложных составов) многогранники, переливались яркими, режущими глаз цветами, бросая на унылые стены загадочные блики. В новых, почти не потрескавшихся и не оплавленных блоках стояли, выстроившись по алфавиту, рабочие журналы исследований. В небольшой коробке небрежно сброшенными лежали артефактные кристаллы, словно их стоимость на рынке не приближалась к цене приличного подсвинка. Над раковиной на специальной растяжке сохли совсем недавно использованные инструменты, от которых ещё слабо пахло очищающим раствором, при этом некоторые из крючьев и зажимов оказались подкованной в своём деле девушке совершенно незнакомыми.

— Едри-ит-акони-ит, — задумчиво протянула Валент, смело распахивая ближайший шкафчик в поисках хоть каких-то известных растворов.

Красные маслянистые субстраты, слегка дымящиеся зелёные порошки, мерцающие инфернальным светом голубоватые соскобы и опасно пузырящиеся белоснежные жидкости казались сродни языческим богам, заявившимся на чаёк: вроде о них что-то и слышали, но, кто есть кто и что с ними делать, не понятно. В пестроте неподписанных, но явно хорошо систематизированных составов профессиональный взгляд всё же смог обнаружить знакомые кристаллики в плотно закупоренном флаконе. Нельзя сказать, что находка чрезвычайно обрадовала травницу (радоваться взрывчатому и смертельно опасному порошку вообще сложно), зато лишний раз подтвердила связь Госпожи Травницы с этим подозрительным местом.

— Это же то, что нужно! — обрадовалась Эл, выхватывая заветный флакончик и трепетно прижимая оный к груди, как единственную защиту и опору. — Да я же с ним, да я ж их всех! Точно! Порву на маленьких угробьцев! Эх, видел бы меня сейчас Арн. Я уверенна, он гордился бы мной после той приснопамятной ночи. Было бы у меня побольше времени, я бы «пукалок» на всю их банду наделала и разнесла бы к чирьям собачьим это логово порока. Арн…. Как это я сразу не подумала! Сейчас меня спасут! Сейчас меня так спасут, что они на всю жизнь запомнят, как похищать беззащитных девушек! Сейчас они у меня попляшут!

Злобно улыбаясь собственным кровожадным мечтам, в которых она в одиночку расправляется с целым логовом опасных преступников практически княжеского масштаба, Алеандр Валент смело направилась к выходу, полная праведного гнева и желания творить добро в особо крупных размерах. Как такового плана у неё не имелось, но вставшую на тропу войны девушку на тот момент это нисколько не смутило. Был ли тому виной кураж непобедимости и лёгкой вседозволенности, не покидавший миленькой головки с момента эпической победы над бешеным вурдалаком, или часть реактивов в лаборатории несмотря на меры предосторожности выделяли в воздух токсины, доподлинно неизвестно.

— Держитесь, разбойники: я иду! — победно вскричала девушка, распахивая дверь, но, обозрев десяток здоровых, запыхавшихся мужиков с не самым дружелюбным выражением лиц, показавшийся за поворотом коридора, с придушенным писком захлопнула обратно.

Такого быстрого выведения токсинов из организма целительство ещё не знавало.

Похолодевшими от осознания сложившейся ситуации пальцами Алеандр задвинула щеколду и дважды провернула ключ в замочной скважине, рассеянно прикусывая кончик одной из своих многочисленных косичек. Тут же в ближайшую раковину полетел флакон с аминорием, к двери был придвинут ближайший низкий алхимический шкафчик для пробирок и для надёжности подпёрт двумя табуретками и горшком с прокаленным песком, а сама травница сидела под столом, закрываясь обрывками собственной юбки.