Бал кинжалов. Книги 1-2 - Жюльетта Бенцони

успела узнать, где же именно конюх прекратил свою погоню, потому что в прихожей раздался громкий голос барона Губерта:

— Какой олух загнал беднягу Цезаря?! Он весь в пене и мог бы составить конкуренцию куску мыла в день стирки! Хорошо еще, что... Но что тут случилось?

Лоренца поспешила ему навстречу, взяла барона за руку и увлекла его за собой.

— Спросите сами, откуда приехал господин Флажи. Он только собирался мне об этом рассказать.

— Флажи? Он всегда был серьезным и толковым пареньком! Так расскажи, что случилось?

— Я доскакал до замка Верней и вернулся обратно, господин барон. Я прогуливал Цезаря, когда прискакал всадник и бросил письмо под ноги стражникам. Я поскакал за ним. Заслужу ли я ваше прощение, господин барон?

— Поскакали на неоседланном коне? Браво! К тому же вы совершили такой подвиг, стараясь услужить госпоже баронессе, так что я нисколько на вас не сержусь. А теперь оставьте нас. — И, повернувшись к Лоренце, спросил, дождавшись, когда паренек покинет их: — Опять письмо? И снова из тех же рук?

— Нет никакого сомнения, — ответила Лоренца, протягивая свекру письмо. — Не ищите изображения кинжала, оно сейчас у метра Сервоза. Я попросила сделать мне точно такой же, только заменить рубины эмалью.

Барон удивленно взглянул в глаза Лоренце:

— Зачем он вам?

— Как зачем, отец? Я думаю, вы прекрасно меня понимаете. Не стану же я сидеть сложа руки и ждать, чтобы это ничтожество исполнило свои угрозы! Если ему удастся схватить меня, он не насладится своей победой. Я не стану медлить, он получит удар кинжалом в ту же секунду. Как только я получу оружие, я больше не расстанусь с ним ни на одну секунду.

Барон улыбнулся своей невестке и положил ей руку на плечо.

— Надеюсь, мы не доживем до подобных крайностей, — ласково проговорил он. — Для того чтобы вам пришлось обороняться, нужно, чтобы я умер. Мстить должен я. Но хотелось бы узнать как можно точнее, кто сейчас в гостях у нашей дорогой маркизы.

— Не думаю, что у нее так уж много гостей, особенно после того, как герцог де Гиз отказался на ней жениться.

— Вы ошибаетесь, дорогая! Маркиза теперь в фаворе, она часто навещает регентшу, став одной из лучших ее подруг!

— Кто из них двоих сошел с ума? Или они обе одновременно?

— Они подружились с легкой руки герцога д'Эпернона. Ничто так не сближает, как совершенное вместе преступление...

За несколько умно распределенных золотых монет барон Губерт узнал все, что ему хотелось, а узнать он хотел, кто был в гостях у маркизы де Верней. Оказалось, что гостей было великое множество, так что выбор оказался затруднительным... Праздновали день рождения хозяйки замка. Кроме родственников — за исключением графа д'Оверня, который по-прежнему находился в Бастилии, — были приглашены д'Эпернон, непотопляемый Жуанвиль, вместе со своими друзьями Лианкуром и богатейшим Себастьяном Цзаметти, мадемуазель дю Тийе, Кончино Кончини — без жены, потому что она никогда никуда не выезжала — и еще несколько друзей, вроде маркиза де Сарранса, посла Испании, а также Филиппо Джованетти с его врачом Валериано Кампо, совсем недавно прибывших в Париж. Мадам д'Антраг, как только узнала о приезде доктора, сразу же обратилась к нему за консультацией...

— Жаль, что Равальяка нет в живых, — язвительно усмехнулся барон. — Он занял бы достойное место в этой компании, которая так радела о гибели короля. Весьма многозначительный день рождения.

— Интересно, с чего вдруг мадам де Верней пришло в голову праздновать свой день рождения? В зрелом возрасте обычно об этих датах целомудренно умалчивают. Или я не права? — вставила свое слово Кларисса.

— Права, конечно! В любом случае ясно одно: враг — один из ее гостей. Осталось догадаться, кто именно. Как вы думаете, Лори?

Молодая женщина, словно бы очнувшись ото сна, ответила барону улыбкой:

— Да, я тоже так думаю. Но больше всего меня удивляет присутствие там Джованетти. Что он делает в этом змеином гнезде?

— Не считайте, что я оправдываю маркизу, — вздохнула Кларисса, — но думаю, раз она пользуется услугами врача Джованетти, она не может не пригласить и его самого. Хотя бы ради того, чтобы не платить врачу за услуги. К тому же Джованетти по-прежнему в ранге посла, хотя и устранен от выполнения своих обязанностей. И потом, может быть, вы несправедливы к нему, дитя мое, ведь он, а не кто-то другой отправился в Брюссель и поговорил с эрцгерцогом. Кто знает, возможно, и сейчас, среди всех этих людей, он пытается что-то выяснить.

— Вы так думаете?

— Вполне возможно, — согласился с сестрой барон Губерт. — Мы узнаем, так ли это, если получим от него какие-то новости.

Но прошло несколько дней, а Джованетти так и не дал о себе знать. Настроение Лоренцы от этого не улучшилось. Неужели маркиза де Верней украла у нее того, кого она привыкла считать своим верным другом? Еще вчера она ни за что бы этому не поверила, но кто и в чем мог быть уверен в стране, где после смерти Генриха все перевернулось вверх дном, где насилие и предательство стали обыденностью? Неоспоримым оставалось одно: письмо отправили из замка Верней. И значит, написал его один из его обитателей или гостей. Но кто именно?

Лоренце стало спокойнее, когда еще несколько дней спустя метр Сервоз принес ей сделанный им кинжал. Он был превосходен! И похож как две капли воды на тот, который у нее украли. Даже рубины, изображающие лилию, были на месте, хотя Лоренца просила заменить их эмалью... А ножны были куда красивее и богаче. Не было сомнений, что барон Губерт навестил оружейника, и она поблагодарила свекра от всей души.

— Теперь я готова встретить врага во всеоружии, откуда бы он ни пришел, — с удовлетворением произнесла Лоренца и спрятала кинжал в карман юбки.

— Мы постараемся, чтобы вам не пришлось им воспользоваться, — снова пообещал своей невестке барон. — Но вы, Лори, должны дать мне одно обещание...

— Какое же?

— Вы не обратите его против самой себя, если у нас появится уверенность... что мы никогда больше не увидим Тома.

— Обещаю, — произнесла она, глядя барону в глаза. — Я надеюсь, что этот кинжал позволит мне рассчитаться с убийцей. Кем бы он ни был! А дальше пусть будет то, что захочет Господь!