Дорога без возврата - Татьяна Николаевна Зубачева

– Слушаюсь, мэм, – пробормотал он по-английски, направляясь в ванную.

В ванной было тепло и немного парно. Женя в самом деле наполнила ванну и даже пену сделала. Эркин разделся, уже привычно складывая одежду, засунул трусы в ящик для грязного белья, перешагнул через борт ванны и медленно, опасаясь расплескать воду и пену, сел.

Да, в ванне он не мылся, хотя их учили работать в воде, в бассейне или в ванне, учили мыть, но не мыться. В Джексонвилле он мылся, сидя в корыте, было тесно, не очень удобно, но приятно, а вот так… Необычно.

Пузырьки пены, шипя, лопались на его плечах и груди, И Эркин по-прежнему осторожно, но уже потому, что не хотелось делать резких движений, попробовал лечь. И получилось, даже ног сгибать не пришлось. Он лёг поудобнее, упираясь затылком в край ванны, так что вода с пеной покрывала его почти до горла, глубоко вздохнул и медленно, смакуя удовольствие, распустил мышцы. Как же хорошо, как же необыкновенно хорошо. Время от времени он мягкими плавными, даже ленивыми движениями зачерпывал пену и растирал себя ею, но больше просто лежал неподвижно, полуприкрыв лаза.

– Эркин, ты не утонул?

Эркин медленно открыл глаза, увидел склонившуюся над ним Женю и улыбнулся.

– Нее, – протянул он.

Женя рассмеялась.

– Полежишь ещё? – он молча кивнул, улыбчиво глядя на неё. – Ну, лежи, только не засни. А то захлебнёшься и утонешь, – погладила его по голове и вышла.

Эркин улыбнулся, немного поёрзал и закинул руки за голову. Ох, как же хорошо! Душистая, радужно переливающаяся пена, тёплая и какая-то… густая вода. Нет, в будни так не поваляешься, а в праздники… и в выходные… Нет, так хорошо ему ещё никогда не было.

Когда Женя всё-таки начала беспокоиться и зашла посмотреть, как он, Эркин лежал в ванне, закрыв глаза, а лицо его было таким безмятежно спокойным, что Женя испугалась.

– Эркин… – она тронула его голову, и голова качнулась, едва не скрывшись под водой.

– Эркин! Ну же, что с тобой?!

Чуть не плача, Женя попыталась ухватить его за плечо, но голое скользкое от пены тело от её попыток, уходило под воду, безвольно колыхаясь.

– Эркин!!!

Она в ужасе наклонилась над водой… И вдруг две сильные руки взметнулись, обняв её, и увлекли в пенную душистую воду.

– Ой!

Её халатик вздулся пузырём, и Эркин, дёрнув за конец, мгновенно развязал поясок, снял с неё халатик и ловко выкинул за борт ванны. Женя услышала, как он мокро шлёпнулся на пол.

– Господи, как же это?! Эркин…

– Ага, – сразу согласился со всем Эркин, усаживая Женю напротив себя. – Тебе удобно?

– Ты с ума сошёл, – убеждённо сказала Женя.

– Точно, – кивнул Эркин.

Он под водой стащил с Жени трусики и выкинул их из ванны вслед за халатиком.

– Женя, мне так хорошо было… Я и решил, Женя, ты ноги вот так поверни, ванна узкая, ага, вот так, тебе удобно? Ну вот, я и решил, что тебе тоже должно понравиться. Я и притворился.

– Так ты меня заманил?! – ахнула Женя. – Ты провокатор!

– Ага. Ты меня душить или топить будешь?

Эркин наконец устроил Женю так, что она сидела на его вытянутых ногах, а он её обнимал. Немного воды во время этой возни выплеснулось, но там было больше пены, а коврик на полу хорошо впитывал влагу.

– Женя, – Эркин поцеловал её в щёку, – у тебя на затылке пена, давай я выну шпильки.

– Эркин, но я уже мылась, опять волосы промывать, да?

Женя говорила по-детски жалобно, но попыток вырваться не предпринимала.

– А я потом тебя в душ отнесу, – пообещал Эркин, осторожно распуская её узел. – Вот так. И вот так.

Женя вздохнула и положила голову ему на плечо.

– Честное слово, Эркин, ты сумасшедший.

– Ага, – согласился он, не вслушиваясь в её слова.

Он набрал полную грудь воздуха, зажмурился и опустил лицо в воду, под водой поцеловал Женю в грудь так, чтобы воздух пузырьками пробежал по её телу.

– Эркин, – не на шутку испугалась Женя. – Ты же захлебнёшься!

Она за волосы выдернула его голову из воды. Эркин проморгался, отфыркался.

– Тебе понравилось? – очень внушительно спросил он.

– Ну да, конечно, но, Эркин…

– Тогда не мешай мне, Женя, не дёргай меня, ладно?

Он улыбнулся ей и опять нырнул. И Женя невольно охнула, почувствовав на своей груди его губы.

Эркин вынырнул, помотал головой, стряхивая с волос воду, и победно улыбнулся Жене.

– Ну как?

– И всё-таки ты сумасшедший, – счастливо ответила Женя, целуя его в скользкую и чуть горьковатую от воды щёку.

Эркин счастливо засмеялся, обнял Женю и неожиданно гибким и ловким движением поднырнул под неё, перевернулся и вынырнул уже за её спиной. Выплеснулось ещё немного воды.

Они побарахтались ещё немного, пока Эркин не решил, что вода остыла и Жене холодно. Он встал, держа хохочущую Женю на руках, перешагнул через борт ванны и пошлёпал в душ.

– Сейчас обмоемся, – перечислял он, одной рукой включая воду, а другой придерживая Женю, – потом я отнесу тебя в спальню…

– Эркин, а занавес, – перебила его Женя, – Всё же забрызгаешь.

– Зато пену смою, – засмеялся Эркин.

Действительно, клочья пены украшали ванную в самых неожиданных местах. На полу стояли лужи, и тоже с клочьями пены.

– Женя, я всё уберу.

– Мы уберём, – поправила его Женя.

Они стояли вдвоём под душем – занавес всё-таки задёрнули – и Женя теребила волосы Эркина, гладила его плечи.

– Нет, Женя, я быстренько.

– Вдвоём ещё быстрее.

Эркин подчёркнуто покорно вздохнул и рассмеялся. Потому что засмеялась Женя…

А с утра тридцать первого начался опять праздник. Да, именно начался, а не продолжился. Потому что это был уже другой праздник. Эркин не так понимал, как чувствовал это.

С утра он сбегал к Мане и Нюре за молоком, хлебом и прочей обыденной мелочёвкой. И после завтрака Женя стала готовить необыкновенный праздничный ужин, объяснив, что всю ночь будут сидеть, так чтобы на всю ночь и хватило. Эркин кивнул. Что новогодняя ночь очень долгая, он знал ещё по Паласам.

И опять беготня из квартиры в квартиру. Но уже не с поздравлениями, вернее, не столько с поздравлениями – всё равно любой разговор с них начинался, сколько за советами и с просьбами кастрюльки, ступки, ситечка, горсточки орехов, щепотки перца и тому подобного. Всю детвору отправили играть в коридор, чтобы не мешали. Но дети, которых обычно домой не загнать, сегодня так и лезли под руки. А надо всё приготовить, убрать квартиру, отмыть и нарядить детей,