Белый Меч - Иар Эльтеррус

Поэтому первичный набор высоты пришлось производить самым примитивным из возможных способов, придуманным ещё на заре эволюции. Узкие серповидные лезвия разворачиваются в тридцатиметровые плоскости, которые мощным взмахом швыряют огромную тушу в небо. Самый крупный летательный аппарат с машущим крылом в истории Носфера отправляется в свой первый полёт. Набор высоты выполняется почти вертикально, в облаке вампирского тумана – нельзя забывать о возможных случайных наблюдателях внизу.

«Почему самый крупный? – не поняла Гелла. – Дракон же вроде покрупнее был?»

«Он не чистый махолёт. Его Предел носил, и всех потомков тоже. А чтоб на чисто механической силе, без всякой магии и игр с силой тяжести – это я первый такой умный».

«Нашёл чем гордиться, – буркнул Меч, – просто до тебя таких извращенцев не попадалось. Маразм дал стальные крюки-крылья, а вместо сердца кварковый мотор…»

Всадницы тем временем выстраивались в боевой порядок за хвостом Владыки, стараясь выбрать такие места, чтобы их не снесло воздушными потоками. Каждый удар крыльев поднимал небольшой ураган. Прямо под крылом пристроился один из потомков Лемарга, чёрный шар без всяких индивидуальных признаков. Ему на ветер было наплевать.

Забравшись достаточно глубоко в облачный слой, Влад широко раскрыл пасть, превращая её в воздухозаборник. Крылья снова сузились, ушли назад, образуя стреловидный контур. Лапы плотно поджались под туловище. Многочисленные шипы и лезвия на туловище укутались силовыми полями для обтекаемости. Мягко загудели компрессоры в грудной клетке.

А потом небо пронзил двойной плазменный выхлоп длиной в сотни метров. Крылатая металлическая зверюга, до этого находившаяся почти в свободном падении, рванулась вперёд, словно ужаленная в то самое место, куда простодушный «конструктор» воткнул реактивные двигатели. Звуковой барьер был достигнут и пробит менее, чем за секунду – а чего тянуть зря время, когда тяговооружённость просто сказочная по меркам земной техники, а на динамические нагрузки можно плевать с высокого дерева? Для выхода на крейсерскую скорость в шесть звуковых понадобилось около трёх секунд. Но и этого, весьма скромного темпа вполне хватало, чтобы тело монстра окуталось оболочкой из раскалённого газа.

Хорошо проницателю – для него сопротивления воздуха вообще не существует. Хорошо Всадницам – они летят в оболочке из живого мрака, в толще которого скорость набегающего потока плавно меняется до терпимой. Плохо Судие – переть сквозь атмосферу напролом, растрачивая огромные мощности непонятно на что. Если бы Грава предварительно не накрыла своего Владыку Сферой Безмолвия, грохот от полёта был бы слышен даже на земле. Да и огненный след вполне можно было заметить, если бы его не скрывали тучи. Или обнаружить любым радаром, даже самым примитивным, скажем, с Земли сороковых годов. Варварство, примитивизм и отсутствие вкуса. И это – самый продвинутый техномагический конструкт за сотни тысяч лет истории Носфера? Позор, одним словом.

В этот момент его сенсорный массив полыхнул от перегрузки. Сияющие столпы высотой в тысячи километров встали над Носфером, и впервые за много веков рассекли непроницаемую ночную мглу. Их свет оказался достаточно силён, чтобы пробить многослойный облачный покров. Диаметр каждого потока составлял около сотни метров, но с такого расстояния они казались накалёнными добела нитями. Если бы магическую энергию Света, которая в них текла, преобразовать в обычный фотонный луч, он пробил бы диск Носфера на добрую треть толщины, до самой нейтридной решётки.

– Ай да Венька, ай да сукин сын, – восхищённо пробормотал Влад, как только заново откалибровал сенсоры и проконсультировался с базой данных. – Вот что он придумал, значит, пока мы по пирамидам да подземельям шастали… Даром времени не терял, это точно…

«Ну хоть теперь ты признаёшь, что я был прав? Надо было убить этого гада с самого начала».

«Убить? Хребет, он теперь наш первый помощник. Ты сам знаешь, что эффективно использовать такую мощь может только ангел… ну, или несколько миллионов архимагов, что крайне сомнительно. А существо с таким уровнем восприятия не может не видеть, куда катится этот мир. И, если он не самоубийца, сделает всё, чтобы предотвратить катастрофу».

«Лучше бы ты в Преисподней союзника нашёл, честное слово, – буркнул Меч. И внезапно заорал: – Стоп! Телепортируйся, быстро! Держи образ!»

Влад не понял, почему он должен перемещаться неизвестно куда к какой-то рогатой морде, словно сошедшей с обложки блэк-металлического альбома, но в голосе Меча чувствовалась такая искренность (весьма редкая для коварного артефакта), что Судия решил не спорить. Он предупредил Всадниц, что исчезнет на короткое время, сосредоточился на образе…

И почувствовал, что его разрывает на тысячу маленьких вампиров. Как описать человеческим языком ощущения волнового пакета, который распадается на отдельные импульсы, а то и на кванты? Который дробится и преломляется миллиарды раз в секунду, интерферируя с самим собой, усиливаясь и ослабевая? С описанием этого процесса, даже приблизительным, не справились бы все земные суперкомпьютеры, а вы хотите, чтобы его осознал примитивный человеческий разум, пусть даже усиленный вычислительной мощью Предела? Не смешите. Всё, что мог сказать Влад впоследствии – он не хотел бы повторять подобный опыт. И Проходящая Верность, как ни странно, был с ним вполне солидарен.

Нормальному вампиру квантовая пена не страшна. Он просто не сможет сквозь неё телепортироваться, в результате чего останется на месте. Инстинкты сообщат, что искомый объект в зоне досягаемости отсутствует, только и всего. Но Судия, ведомый слегка увлёкшимся Мечом, совершил практически невозможное – отдельные гармоники его «размазанной» в пространстве сущности проникли в толщу коралла почти на три сантиметра! С точки зрения физики это выглядело примерно так же невероятно, как если бы колонна муравьёв сумела прорыть земную кору и добраться до мантии.

Но ведь забрался. И выбрался, что самое странное. Относительно целый. Не размазанный в виде вероятностного пакета по всему Носферу. Меч бы со временем выкарабкался и из такой передряги, но о Хранителе можно было забыть всерьёз и надолго. Но повезло – отделались состоянием лужицы бело-красной слизи и потерей девяноста девяти с чем-то процентов массы. Мозг отсутствовал, некрокомпьютер тоже, сознания Влада, Меча и Геллы всё ещё блуждали в лабиринте квантовых процессов, где обычная логика неприменима.

Управление остатками тела взяли на себя слепые инстинкты. И первым делом потребовали ЖРАТЬ! Вампир серьёзно ранен, ему требуется пища для восстановления. Кто этой пищей станет – инстинктам было безразлично. Слизь тянула щупальца во все стороны, отдёргивая их, когда слишком близко оказывались потоки Света, анализировала молекулы воздуха и перебирала формы, пытаясь найти среди них наиболее пригодную для охоты. К счастью, этому простейшему организму не хватало ума, чтобы воспользоваться правом старшей крови, иначе вампиры в этом мире очень быстро кончились бы.