Фантастика 2025-129 - Денис Старый

К примеру, сейчас я легко читал намерения своего брата. Не будь у меня «анализа», я мог бы решить, что его уже успел кто-то накрутить, чтобы он специально выложил мне эту информацию. Но Казума не хочет никому вредить, просто он привык работать в напряжённой обстановке, где все друг друга подставляют. И я работал точно в такой же совсем недавно.

— Я уже говорил тебе, Казума-кун, — произнёс я. — Эта клиника изменилась в лучшую сторону. В Эитиро Кагами и Акихибэ Шотаро я не сомневаюсь. И тебе советую забыть всю эту историю с рейтинговой системой. Оставь всё, как есть. Не лезь в её начинку. Если кто-то обнаружит, что ты пытался поменять её структуру, то влетит и тебе, и мне. И доказать свою правоту никто из нас не сможет.

— Ладно, Тендо-кун, убедил, — кивнул Казума. — Ты прав. Моё дело — предложить, твоё дело — отказаться.

— Ты домой-то сегодня собираешься? — спросил я. — Я уже закончил со всеми делами.

— Ещё часик поработаю над прошивкой, — ответил он. — Хочешь меня подождать?

— Да, я пока подготовлю заявление о переводе Акихибэ Акико из стажёров в терапевты первого ранга. Она хорошо себя показала.

— Да ты, я смотрю, новых специалистов прямо-таки пачками выпускаешь! — усмехнулся Казума. — Сначала Кондо Кагари, теперь Акихибэ Акико. Тебе бы свою школу терапевтов открыть.

— Хочешь — верь, хочешь — нет, но это произошло случайно, — улыбнулся я.

Хотя не стану лгать сам себе — мне нравится обучать других людей. В прошлой жизни у меня практически не было учеников. Я был настолько погружен в работу, что ни разу не позволил себе взять ни одного подопечного. Здесь же для меня появилась такая возможность, и я не жалею о том, что передал свой опыт другим.

Отправился в свой кабинет и начал заполнять заключение об окончании стажировки для Эитиро Кагами, но мой разум не покидала мысль, которую посеял Казума.

Неужели наш новый главный врач всё-таки принял участие в изменении рейтинговой системы? Но отчего такой странный выбор? Я, Такеда и Куренай. Очень странно…

На часах было пять вечера, так что я ещё успевал занести Эитиро Кагами заключение. Но, когда я вошёл в его кабинет, то обнаружил там своего брата. Кацураги Казума о чём-то активно спорил с заведующим. И я понял, что Казума всё-таки меня не послушался.

— Кацураги-сан, — увидев меня, Эитиро взмахнул рукой. — Проходите. Нам нужно кое-что обсудить.

Я бросил суровый взгляд на брата, но тот лишь виновато пожал плечами.

— Что происходит, Эитиро-сан? — спросил я.

— Кацураги Казума-сан обратился ко мне с просьбой изменить рейтинговую систему, — прямо сказал Эитиро Кагами.

Из-за того, что в комнате было сразу два человека с фамилией Кацураги, заведующему приходилось добавлять имя и лишь потом суффикс «сан».

— Я просто хотел, чтобы система работала справедливо! — начал оправдываться Казума. — Я могу предложить свой вариант её отладки.

— Пожалуйста, помолчите, — перебил его Эитиро Кагами. — Я не сомневаюсь, что вы хотите улучшить систему, Кацураги Казума-сан. Но в ней нет никаких проблем.

Казума дома ещё получит от меня подзатыльник. Но сейчас мне нужно решить, на чьей стороне выступить. Японский этикет подразумевает, что я должен попросить у заведующего прощение за действия своего брата.

Однако понимаю, что он влез в это дело из благих побуждений. Но в то же время ругаться с Эитиро Кагами мне тоже не хочется. Я слишком долго выстраивал с заведующим хорошие отношения, чтобы всё сломать из-за такой ерунды.

— Эитиро-сан, Казума-сан уже рассказал мне о том, что он обнаружил в системе, — заявил я. — Я понимаю, что её начинка — это не наше дело, но нам обоим хочется быть уверенными в честности нынешней системы.

— Ох… — тяжело вздохнул Эитиро Кагами. — Вы точно одного поля ягоды. Всё время пытаетесь бороться с несправедливостью. И я вас понимаю. Когда начинал свою профессиональную деятельность, тоже пытался пресекать нечестные попытки коллег и руководства продвинуть своих родственников. Только у меня, в отличие от вас двоих, никогда это не получалось. Меня всё время ставили на место.

Эитиро Кагами задумчиво посмотрел мне в глаза. Видимо, пытался прикинуть, стоит ли ему «поставить на место» нас или лучше и дальше продолжить разговор по душам.

Я не сомневался, что со мной Эитиро ругаться не станет, но брата лучше защитить от потенциального выговора. Я активировал убеждение «харизма».

И ничего не сказал. Лишь молча ответил на взгляд Эитиро. Иногда молчание бывает красноречивее слов.

Заведующий улыбнулся.

— Расслабьтесь, коллеги, — произнёс он. — Система исправна. Терапевту первого ранга система всегда даёт дополнительное усиление, чтобы дать новичку возможность показать себя.

И тут до меня дошло. Эти множители, которые раскопал Кацураги Казума, привязаны не к людям, а к рангам. Я, Такеда Дзюнпей и Куренай Цукаса. Четвёртый, пятый и шестой ранги соответственно.

— А ваша тройка, очки которой системой занижаются, — продолжил объяснять Эитиро, — находится в зоне перехода. Терапевты, начиная с седьмого ранга, считаются элитными врачами клиники. Поэтому, чтобы оказаться в высшей лиге, нужно показать, что вы действительно этого достойны.

Я заметил, как Казума стыдливо прикрыл глаза. Развёл проблему на ровном месте. Это хорошо, что я ещё отговорил его от изменения множителей. Вот бы он там наворотил!

— Благодарю за объяснения, Эитиро-сан, — поклонился я. — Не беспокойтесь, о том, что вы нам рассказали, никто и никогда не узнает.

— Рассчитываю на вашу честность, — кивнул заведующий. — А что это у вас в руках, Кацураги-сан?

Эитиро обратил внимание на заключение об окончании стажировки.

— Всё, Акихибэ Акико готова работать независимо, — заявил я. — Она хорошо себя показала.

— Странно, — усмехнулся Эитиро Кагами. — А мне другие терапевты докладывали, что с ней и пару минут трудно ужиться.

— У Акихибэ-сан трудный характер, но, думаю, я немного его отполировал. С другой стороны, у кого из нас — не трудный характер? — улыбнулся я.

— Да уж, с этим спорить не стану, Кацураги Тендо-сан, — рассмеялся Эитиро Кагами. — Давайте, я подпишу заявление. Передайте Акихибэ-сан, что с понедельника ей будет выдан свой кабинет и медсестра.

Мы с Казумой поклонились Эитиро Кагами и покинули его кабинет. До выхода из поликлиники мы шли молча. И лишь когда