Заря империи - Сэм Барон

Эсккар долго изучающе смотрел на него.

— Я думаю, что это платформы для укладывания в грязь. Они собираются перебраться по ним через ров. На телегах лежат другие щиты.

С минуту никто не произносил ни слова. Каждый думал о том, что означают эти непривычные приспособления. Похоже, сегодня атакующие будут действовать по-новому.

— Тотомес, у твоих лучников есть горящие стрелы? — спросил Эсккар.

— Нет, командир, мы не думали, что они потребуются.

— Нужно заняться их изготовлением. Понадобится много стрел.

— Есть, командир, — Тотомес отправился вниз по ступеням.

— Хорошей охоты, Тотомес.

Если тот его и услышал, то не потрудился ответить. Эсккар повернулся к остальным.

— Сисутрос, найди Никара и вообще всех, кого удастся. Пусть собирают факелы, масло и горючую жидкость, если она у нас еще осталось. Приведи всех к воротам. Возможно, нам самим придется сжечь эти телеги и платформы.

Он внимательно посмотрел на каждого в поисках признаков паники или страха, но видел только решимость.

— Занимайте свои посты и объясните солдатам, что нам предстоит. Чем лучше они понимают, чего ждать, тем меньше вероятность паники.

Спускаясь по лестнице, Гат схватил одного из телохранителей Эсккара.

— Проверь, чтобы он надел шлем и столько кожаных доспехов, сколько найдешь, или я лично снесу тебе голову.

Эсккар улыбнулся, услышав слова старого солдата, который о нем беспокоился. Спорить с ним — только время терять. Эсккар повернулся назад к стене и стал изучать приближающиеся силы. Он прикрывал глаза ладонью от солнца. Лошади, люди, телеги теперь заполнили долину. Все двигались медленно, первые ряды уже преодолели полпути до Орака. Скоро первые варвары окажутся в зоне действия стрел, и сегодня стрелы полетят как можно раньше.

У него за спиной стали кричать и перемещаться люди. Он услышал, как Тотомес отдает приказы лучникам, включая тех, кому предстоит целиться только по вождям кланов. Его сыновья будут среди них.

“Ну, Тотомес, это твой день, чтобы отомстить алур мерики”, — подумал Эсккар. К закату, независимо от того, чем закончится сражение, командир лучников и его сыновья убьют более чем достаточно врагов, чтобы почувствовать удовлетворение. Алур мерики заплатят кровью за содеянное.

Эсккар осмотрел равнины. Два потока всадников, за которыми следовали лучники и люди с лестницами, двигались к северной и южной стенам. Они попытаются оттянуть солдат от ворот и башен. Основная часть алур мерики направлялась к воротам. Они намеревались проложить мост через ров при помощи телег и деревянных платформ, чтобы атаковать сами ворота. Телеги и щиты обеспечат защиту их лучникам.

Глядя на возвышенности, Эсккар все еще видел людей, идущих от лагеря, но их стало меньше. Практически все в первых рядах оказались рабами без оружия. Среди них он заметил много женщин. Они толкали телеги, несли доски или горшки с горящими углями.

Алур мерики считали, что рабами можно пожертвовать: они получат новых после захвата деревни. Значит, сегодня никого не оставили позади. К стенам привели всех рабов, которые могли идти, и всех людей, которые могли держать в руках оружие. Эсккар подозвал одного из посыльных, стоявших у стены.

— Найди кого-нибудь из писарей. Пусть попытается сосчитать их воинов.

Сколько людей осталось у Тутмос-сина? Эсккар считал, что по меньшей мере тысяча. Орда перед деревней замедлила шаг и остановилась как раз вне пределов досягаемости стрел. Они заняли позиции и подняли щиты, готовясь встретить стрелы, которые, как они знали, скоро полетят в них.

Противник действовал в тишине. Будет мало криков и насмешек, а также радостных боевых кличей. Они выучили урок и знали, что им противостоят закаленные солдаты, которые просто так не сдадутся. Радости битвы не будет, как и никакого быстрого убийства пеших людей, никакой демонстрации мастерства наездников. Алур мерики просто пойдут вперед под град стрел.

Эсккар понял, почему они не используют лошадей. Они бы потеряли слишком многих, больше, чем способны заменить. Он улыбнулся при этой мысли. Тутмос-сина, вероятно, волнует, какую цену ему придется сегодня заплатить, даже в случае победы. Вождь алур мерики, чтобы сохранить власть, должен добиться победы и она должна оказаться достаточно дешевой.

“Нам просто нужно дать им повод повернуть назад, и некоторые им воспользуются”.

Со всех сторон на стене прозвучали приказы, призывающие к тишине. Тотомес и его подчиненные закончили проверку луков. У командира лучников больше не осталось указаний для своих стрелков, и ему не требовались приказы Эсккара. Ему не нужно было говорить, когда и в кого стрелять. Заготовлены огромные запасы стрел, и лучники начнут их выпускать, как только появится возможность, и будут стрелять, пока могут согнуть лук и пока не закончатся стрелы, все до последней.

Эсккар одобрительно кивнул. Он сделал все, что мог, и теперь руки его лучников определят, выстоит Орак или падет.

Он почувствовал, как кто-то легко тронул его за руку, повернулся и с удивлением увидел, что рядом стоит одна из женщин. Вначале он не понял, что она говорит, потом увидел кувшин с водой у нее в руках. Это была немолодая женщина с длинными седыми волосами, которые развевались у нее на плечах при дуновениях легкого ветерка. От веса кувшина у нее дрожали руки. Она вначале принесла воду ему, пройдя мимо других.

Эсккар взял кувшин и поднес к губам. Ему пока не особо хотелось пить, но солнце уже согревало стены, и скоро наступит настоящая жара. Он сделал большой глоток и вернул кувшин женщине.

— Спасибо, — поблагодарил он, не зная ее имени, потом вытер рукой рот.

— Удачи, — ответила она очень серьезно. — Сегодня мои сыновья сражаются с тобой. Так что принеси нам победу.

Она не стала ждать его ответа и пошла вдоль стены со своей водой. Она будет носить воду на протяжении всего долгого дня, или пока ее не собьет стрела.

Из-за ее спины появился Гронд, недавно назначенный начальником личной охраны командира. Он принес медный шлем Эсккара, который теперь был покрашен в коричневый цвет, чтобы выглядеть как кожаный. Гронд протянул его командиру, как и кожаную жилетку и латные рукавицы. Эсккар облачился во все это и тщательно зашнуровал. Ему помогал Гронд. Другой телохранитель вручил Гронду толстый кожаный воротник.

— Его я надевать не стану, — покачал головой Эсккар. — От него у меня зуд и такое ощущение, будто мне на шею надели петлю.

— Прости, капитан, но Гат и госпожа Трелла очень настаивали, — Гронд уставился на него. — Или нам придется унести тебя со стены. Враг будет целиться по тебе, а мы не хотим, чтобы тебе в горло воткнулась стрела.