Кровь обязывает. Пенталогия - Обатуров Сергей

   По-моему ученые сами начали понимать, что без нашей поддержки им тут ничего не светит. Наконец наша группа добралась до корабля. Размеры этого порождения инопланетного разума поражали. Мы провели, открывших рот, ученых вокруг аппарата раза два, больше обращая внимание на запоминающиеся ориентиры, по которым они смогут добраться до лагеря. Внутрь группу пускать не стали, так как требовалось попытаться открыть шлюз, а как это сделать, мы пока не придумали. Может действительно, прорежем свой вход, все равно, использовать этот корабль по прямому назначению никто не будет. Да и не похоже, что он сможет самостоятельно взлететь. Скорее всего, мы правы, предполагая, что это орбитальная космическая станция.

   Светило начало склоняться к горизонту, и мы двинулись в обратный путь. Назад добрались чуть быстрее, чем шли к кораблю, ну, это и понятно, люди стали приспосабливаться к окружающим условиям. Научились, как правильно ставить ногу на песок, как удобней взбираться на барханы, как правильно дышать. В общем, к лагерю подошли в приподнятом настроении. Не дойдя до лагеря метров пятьдесят, мы с Михалычем, не сговариваясь, повернули на вершину ближайшего бархана. Дали команду приготовить кариматы. Полковник безропотно следовал всем инструкциям. С завтрашнего дня он будет руководить двенадцатью увлекающимися натурами, утирать им носы и следить, чтобы не потерялись. Все приготовили кариматы и мы с Михалычем, показывая пример, уселись лицом к заходящему светилу, остальные последовали нашему примеру. Полковник незаметно скосил на нас глаза и вопросительно кивнул головой. Мы с Михалычем жестами показали, куда надо смотреть. Полковник, изображая из себя бывалого путешественника между звезд, подал команду внимательно смотреть, как садится местное солнце. Не успел он договорить, как в небе начались изменения. За нашими спинами мы услышали возгласы восторга и удивления. Кто-то говорил взахлеб, кто-то молча впитывал необыкновенное чудо, кто-то уже начал анализировать изменения в атмосфере, но благоговение чувствовалось во всех наших подчиненных. Полковник, который уже успел немного изучить нас, выглядел так, как будто это ему не в первой. Но давалось это ему с трудом. Мы дождались последних отблесков такого необычного заката и скомандовали двигаться в лагерь бегом. Едва мы проскочили между окружающими лагерь барханами, как завыл ветер, и сразу стало плохо видно. Лучи света не пробивались сквозь завесу песка, и вокруг сохранялся своеобразный полумрак. Мы вбежали в лагерь, стряхивая песок и выплевывая его изо рта. Когда мы с Михалычем запихали последних в зону лагеря, то полковник уже строил ученых для переклички. Никто не возражал. Все понимали, что, останься кто-нибудь из них сейчас даже в двадцати метрах от лагеря, все, дорогу бы он не нашел или, просто банально задохнулся бы несущимся песком.

   В общем можно было считать, что экскурсия удалась, что всех проняло, и у нас не будет неприятностей с дисциплиной подчиненных. Я, конечно мог бы защитить их от этого песка, так как все-таки Молния меня кое-чему научила, и я достаточно успешно оберегал нас с Татьяной от песчаных бурь, но я ведь буду рядом не всегда, да и полезно им прочувствовать всю прелесть этого мира. Хорошо было бы, если бы глархи не почувствовали нас до конца экспедиции. С ними шутки плохи. Не, все же мне нужно одеть всех в комбинезоны. Получить травмы, это не то же самое, что потерять жизнь.

   Я предупредил Михалыча, что смотаюсь за комбинезонами, а то есть у меня нехорошее предчувствие, уж слишком много будет шума и запахов, чтобы привлечь глархов или диких драконов. Шумы действительно будут, сейчас полковник во всю свою глотку распекал проштрафившегося ученого, и на этом фоне, наконец-то, запустили генератор. Теперь мы еще и светить будем ночью на всю пустыню. Ладно, пора за комбинезонами. Я переместился на вершину башни духов и привел механизм открывания люка в действие. Спуск традиционно проходил в огнях, так что я все это проделывал с закрытыми глазами. Сразу прошел к магическому копиру и запустил процесс производства алюминиевых фляжек и комбинезонов. Мне пришлось подкорректировать только два комбеза, остальные были близки к моей комплекции. Весь процесс занял от силы минут сорок. Так что, в лагерь вернулся уже в темноте. Ну, не совсем в темноте. Посредине лагеря горела на небольшом шесте лампочка Ильича. Да, глархам даже напрягаться не придется. Я подозвал полковника и рассказал ему в общих чертах, что может на нас напасть из-за такой иллюминации. Тот проникся, и уже через двадцать минут в направлении туалета горел небольшой ночничок, а точнее та же самая лампа, только укрытая плотной тканью. Прибыл я вовремя, так как все собрались на ужин. Мы с Михалычем присоединились. Ужин проходил в гробовом молчании. Наши ученые привыкали к такому специфическому меню. Утром пюре, в обед, пюре, вечером, пюре. И так на протяжении месяца. Я им буду устраивать разгрузочные дни, но не часто, а то взвоют. После завтрака раздал всем комбинезоны и фляжки. Приказал носить не снимая. Да они и сами вскоре оценят тот комфорт, который создает такой комбинезон. А про фляжки буду молчать. Может и не допрут, что вода сама пополняется, зато если потеряются в песках, то у них будет шанс выжить, пока их найдут.

   Первый день был насыщенным и все улеглись далеко за полночь. Долго примеряли обновку. Генератор тарахтел на всю округу и с этим ничего нельзя поделать, очень много оборудования, которое потребляет электроэнергию, всякие центрифуги, сушильные шкафы, холодильники и прочая лабораторная аппаратура. Краем глаза я заметил несколько электронных приборов. Ну, ну, а я же предупреждал, что здесь электроника не работает. Дай бог, чтобы осталась в рабочем состоянии, а то привезем назад рухлядь, за которую валютой плачено.

   Мы с Михалычем направились в наш бревенчатый сруб. Там хорошо, не слышно, как воет ветер, не то что в палатках. Расстелили пастели и улегшись еще долго разговаривали о том, как нам следует принимать короля с королевой. Я сразу предупредил, что гостей будет скорее всего шестеро. Это, естественно, король с королевой, жених, его сестра с мужем, и сестра королевы. Последнюю я пригласил сам, так как мне интересна эта женщина и она будет постоянно со мной, в отличии от остальной компании. Их уж придется развлекать Михалычу. Разговаривать придется на зангрийском или просить Татьяну, а может и Тиренза, чтобы они придумали вариант общения всех сторон.

  5.26. Работаем.

  * * *

  На следующий день встали в семь утра. Полчаса на туалет и водные процедуры и еще полчаса на завтрак. Лица у наших ученых за завтраком были хмурые, но то, что не смогли украсть иностранные агенты, они уминали за обе щеки. В восемь часов выдвинулись к кораблю. Как и вчера, растянувшись цепочкой, протоптали дорожку к будущему месту работы. Я подвел их к шлюзовой камере. Открывашкой у нас работал Михалыч, так бы я и без него управился, но последствия непосредственного контакта с раковиной дали и такой побочный эффект. Шлюз открылся, и мы все вместе забились в шлюзовой отсек. Укрылись плотной полиэтиленовой пленкой от санобработки. Наружный люк закрылся, и на нашу защиту полилась вязкая субстанция, а потом потоки чего-то похожего на воду. Наконец открылся внутренний люк и мы, оставив пленку в шлюзе, переместились внутрь корабля. Сразу послышались охи и ахи. Ученые, разделившись на группы, начали осматривать интересующие их объекты, будь то мусор на полу или светильники и механизмы самого корабля. Мы втроем тоже разделились. Одну группу сопровождал я, другую Михалыч, а третью Сергеич. Естественно, никакой связи между группами не было. Решили использовать самых молодых. Они получили дополнительную нагрузку, их сделали курьерами. К их услугам мы будем прибегать, когда возникнет необходимость срочной эвакуации, может быть всеобщего поиска чего-то или кого-то в корабле. Прекращение работ и выход наружу решили проводить по наручным механическим часам. Грубо говоря, в пять часов вечера мы все собираемся у шлюзовой камеры, и выбираемся наружу. Получасовой переход по пустыне и мы в лагере. Обед вс6е взяли с собой. Горячую воду я им предоставлю.

  Так и начался наш первый рабочий день в чужом корабле. В обед я вытащил пятнадцать стаканов кипятка и раздал собравшейся команде. Обедать решили в одном месте, так как это позволяло осуществить количественный контроль группы. Сегодня бог миловал, и вся группа собралась на обед. Лица у всех взволнованные, все отчаянно жестикулируют и что-то горячо доказывают друг другу. Противное пюре съели не поморщившись. Я раздал всем по стакану компота и руководители групп стали подгонять своих товарищей заканчивать обед и выдвигаться на свой участок. За первый день насобирали кучу барахла. Хватали все что попадалось в поле зрения. Когда стало приближаться время окончания работ, то к шлюзовой камере потянулись вереницы нагруженных ишачков. Каждый тащил огромный мешок того, что показалось ему интересным. Я с ужасом представил, что мне все это нужно будет перетаскать между мирами. Корабль покинули дисциплинированно. Колонна нагруженных ученых отправилась в обратный путь. Теперь им будет, чем заняться долгими вечерами. Ведь мало собрать образцы, их нужно отсортировать, описать, сфотографировать, упаковать, пронумеровать, а если останется время, то и провести предварительные химические и физические анализы образцов.