Из Тени (Dragon Age) - Krilena

испортил этой самой эльфийке настроение. Ведь Нерии, наткнувшись на недовольный из-за шума толпы взгляд мужчины, который, очевидно, не разделял радости эльфов, пришлось тут же успокоиться и сменить улыбку на почти ту же официальную серьёзность, чтобы ещё больше не действовать ему на нервы.

Поэтому девушка стала молчаливо выполнять даже не просьбу, а самый настоящий приказ. Отмыла его холодную белую руку от кровавых подтёков, притянула к себе поближе, аккуратно обхватила и уже готова была призвать заклинание из школы созидания, но как вдруг у неё появилась причина лишиться последнего желания улыбаться. Ведь только теперь, сумев разглядеть руку мужчины вблизи, она увидела, насколько сильно его запястье было изрезано. Теперь девушка больше не сомневалась, что он точно не маг Круга. Ведь за такое количество надрезов на руках рыцарь-командор его бы усмирил или убил, даже не поднимая этот вопрос на обсуждение с Первым чародеем.

— Так, значит, это всё-таки была магия крови… — теперь девушка поняла, что он обманул её… всех их. Кровь была нужна не дереву, а ему.

И теперь руки белобрысой эльфочки задрожали. С одной стороны, в ней боролась попытка оправдаться, ведь всё-таки мужчина выполнил уговор, излечил венадаль, но, с другой, она не могла простить себя, что сама привела в их дом самого настоящего малефикара с, очевидно, годами практики в этой грязной магии. Ведь он подпитывался ими настолько незаметно, что даже она, маг, не почувствовала, как её покидают собственные жизненные силы.

— Это имеет значение?

Услышав вопрос, девушка подняла голову и наткнулась на, конечно же, всё то же спокойствие. Как же Нерии захотелось в тот момент сорваться, припомнить все его проявления нахальства, цинизма и лицемерия за сегодняшнюю их встречу, накричать. Да только… виноват ли он? Он что ли напрашивался помогать? Нет, это она его убедила, она настырно боролась за его согласие. Он что ли нарушил какие-то правила? Нет, ведь это же они, окрылённые мыслями спасения венадаля, сказали, что готовы на всё, ни в чём его не ограничивали. Кто же знал, что это их «на всё» он воспринял так буквально.

— Нет… — смиренно вздохнула Сурана и вновь мысленно согласилась с прошлыми наставлениями малефикара. Она уже его пригласила, она уже его не ограничила, а значит, не его сейчас винить, да и не себя — тоже. Потому что кого-либо винить уже поздно. Нужно было просто взять ответственность и пообещать себе впредь не быть такой наивной.

Немного успокоившись, Нерия вновь обхватила руку мужчины и продолжила лечение.

— Мог и сам себя своей магией крови вылечить, — несколько обиженно буркнула девушка, но дело своё не бросила.

— Мог. Но использование магии крови в качестве аналога других школ не самое правильное решение… хотя бы из уважения к этому искусству…

— То же мне «искусство», — буркнула она.

— Настоящее искусство, которое не терпит неуважения к себе. Как и не терпит тупиц, которые пренебрегают всеми магическими науками, считая, что один единственный порез руки решит все их проблемы.

— «Тупиц»?! Да как ты… Да что ты… Они… Они идут на это не от хорошей жизни! Многие, кто коснулся магии крови, были в отчаянии! Ты, отступник, не знаешь, какого это!

— Ты говоришь об отчаянии человеку, чьи ноги лекари собирали из раздробленных костей, кто потратил месяцы на восстановление, чтобы вновь начать хотя бы ходить и кто всю оставшуюся жизнь и шага сделать не сможет, не почувствовав боли?

Только теперь Нерия поняла, в какую неправильную сторону зашёл их разговор. Ведь она совсем его не знает, не знает его жизнь, чтобы кричать о том, о чём он имеет право говорить, а о чём нет. Наблюдая за тем, как этот мужчина ходит, наверное, любой поддастся эгоизму, чувству превосходства и засмеётся. Она тоже не могла сдержать смеха, когда впервые увидела его. Но только теперь девушка начала понимать, что от лёгких травм так люди не хромают. Он пережил что-то действительно страшное, но не отчаялся, не прибегнул к магии крови и не поддался демонам, а встал, чтобы вновь научиться ходить.

— Прости, пожалуйста, — вновь пролепетала девушка извинение. — Да ты прав. Магия крови никогда не была правильным способом для быстрого решения всех проблем. Десять лет назад из-за неё я лишилась лучшего друга, а потом чуть сама не погибла. Не хотелось мне, чтобы они тоже подходили под твоё «тупицы». Но если подумать… они такими и были. И если Йован только мне жизнь усложнил: после его выходки наш рыцарь-командор Грегор и дня не мог пропустить, чтобы не приставить ко мне храмовника для надзора, то, что сотворил Ульдред… до сих пор страшно вспоминать, — возвращение к событиям десятилетней давности и поныне вызывало у эльфийки дрожь.

На этом порез на руке был залечен, и теперь мужчина одобряющим кивком оценил способности девушки в созидательной магии и начал возвращать длинный рукав мантии назад, чтобы помимо этой эльфийки никто больше не увидел его шрамов.

— С нами, с теми, чью кровь ты использовал, вскоре произойдёт что-то… плохое? Случатся осложнения? Я слышала, что жертвы малефикаров… умирают в любом случае, — сначала воспоминания о прошлом, теперь и эти страшилки, услышанные ею в Круге. Это не могло не сказаться на состоянии эльфийки. Прижимая перебинтованную руку к груди, она буквально побледнела в тон своих белых волос. — Ответь честно, хотя бы сейчас.

— Очередное заблуждение, — фыркнул Безумец. — Никаких осложнений быть не может. Временная слабость и головокружение — это единственные последствия от ритуала. Я бы не мог себе позволить использовать магию крови грязно, иначе бы я был не лучше тех, кого назвал «тупицами».

— Ясно. Маг с принципами, — девушка решила поверить в честность хотя бы этих слов, поэтому она даже улыбнулась, радуясь, что до сих пор не нашлось причины сказать, что она зря просила помощи у этого человека.

Безумец в ответ хоть и хмыкнул, но эта магичка и её вопросы уже перестали его раздражать. Наоборот… ему даже начала нравится эта девчонка. Ведь она думает, задаёт вопросы, стремится к пониманию, к знаниям, а это редкость для такого города, а уж тем более для эльфинажа.

Даже несмотря на взаимную расовую неприязнь, однозначно, им есть, о чём поговорить. И разговор бы этот вышел долгим. Увы, магистр задерживаться больше не собирался.

— У тебя такое необычное восприятие магии и всего мира… Знаешь, где бы ты ни жил, я тебе даже завидую…

Такие слова дали прекрасный шанс поиздеваться над наивной магичкой, сказать, что там, откуда он родом, ей, свободной эльфийке, очень не понравится. Однако нахлынувшая тоска по