Из Тени (Dragon Age) - Krilena

с эльфинажа всё самое ценное, чем бы можно было его завлечь. Поэтому эльфийка совсем не могла понять, почему из всего этого разнообразия он выбрал какой-то там саженец. Ведь для остального мира он почти ничего и не стоил, его нельзя, в отличие от какого-нибудь драгоценного кольца, сдать скупщику, чтобы получить те самые монеты в уплату помощи.

— Не знаю. Ты ведь сама говорила, что он чудной, — пожала плечами Сурана.

К тому времени Безумец закончил своё молчаливое изучение и, обернувшись, глянул на эльфиек. Поняв намёк, они тут же поспешили к нему поближе и подальше от остальных любопытных ушей. Заодно они порадовались, что пока худшего ожидать не приходится, ведь мужчина внешне оставался всё так же спокойным и задумчивым, а значит, мысленно дерево он ещё пока не похоронил.

— На что готовы эльфы, чтобы залечить венадаль? — спросил магистр.

— На всё, — с уверенностью заявила хагрен.

Безумец усмехнулся, ведь очевидно эльфийка не понимала, каким безграничным порой может быть это «всё». Однако на этот раз эльфам бояться было нечего, злоупотреблять своими возможностями маг не собирался.

— Тогда прикажи найти чистые ткани и несколько обеззараженных огнём ножей. И пусть твои эльфы, кто искренне желает спасти венадаль, подойдут ближе.

— Мы все желаем его спасти! — Шианни возмутили слова мужчины о том, что он допускает даже мысли, будто бы не все из здесь присутствующих хотят спасти их святыню.

— И ты прекрасно знаешь, что это не так. Среди вас есть те, кто считает венадаль лишь пережитком прошлого и с удовольствием пустит его на дрова. И если сейчас среди толпы они смогли затеряться, то магию не обмануть. Венадаль почувствует их негатив, и это усложнит мне работу.

На этом их размолвка и была закончена. Шианни, пристыжено опустив голову, признала, что человек всё-таки прав. Не бывает так, что бы абсолютно все были до невинности бескорыстны в своих мыслях. Поэтому хагрен поспешила выполнить наказ мага, пока не задумываясь о применении названных вещей.

Зато об этом задумалась Нерия, и её посетили сомнения.

— Ты уверен, что это необходимо? Ты же говорил, что есть несколько способов…

— Я предупреждал, что выбор остаётся за мной. И я выбрал самый, для меня, оптимальный! — мужчина даже уже не скрывал своей раздражённости из-за того, что ему приходится перед ней отчитываться.

— Я… просто не могу полностью доверять тебе, не хочу, чтобы ты навредил нам, — постаралась девушка объяснить свою дотошность, чтобы не разозлить его ещё больше и не вынудить уйти.

— Для мага, ты слишком много думаешь о том, что уже сделала. Бессмысленно. Только демонов желаний приманишь.

— А что я должна смириться, что не владею ситуацией, что не могу быть до конца уверена в искренности твоих поступков?

— Ты уже решила мне довериться, уже привела сюда. Так что тебе остаётся или порадоваться правильности твоего выбора, если я окажусь тем, кому можно верить, или без каких-либо поблажек взять всю ответственность за последствия в случае, если я тебя обману. Иного исхода быть не может, а значит, все твои потуги думать — бесполезная трата времени, — ведение монологов, очевидно, положительно сказывалось на настроении старого мага, ведь его тон довольно-таки быстро утратил все нотки раздражённости, приобретя лишь поучительную строгость.

— И в каком же Круге магам вбивают такой образ мышления? Я думала, везде говорят, что мы должны десяток раз подумать, прежде чем что-то сделать, а потом ещё десяток раз обдумать свой поступок, чтобы в следующий раз вообще ничего не делать и покорно помалкивать, — вспомнив свою жизнь в Круге, усмехнулась Нерия и отметила, что этот странный человек ей начинает нравиться… нравиться своей абсолютно независимой манерой поведения. Ведь он не прячет с позором глаза, когда окружающие поднимают тему его магического происхождения, не бежит от разговоров о магии даже в присутствии чужих. Видно, что он гордится своим даром, возвышается над обычными людьми, а не старается им подражать.

Поэтому этим магом ей хотелось восхищаться так же, как она восхищалась Защитником, который, как считали маги ферелденского Круга, и спас их от диктатуры Церкви и сделает всё возможное, что не вернуть их туда обратно.

— Иного о Круге, который был создан сопорати, смыслящих в магической науке не больше, чем свинопас — в грамоте, я услышать и не ожидал, — буркнул Безумец и вновь посмотрел на венадаль, чтобы отвлечься от мыслей о бредовости нынешнего мира и не испортить себе настроение.

Этими словами мужчина дал повод эльфийке усомниться в его принадлежности к магам Круга. Навряд ли во всём Тедасе, помимо Тевинтера, найдётся такой Круг, где бы могли воспитывать столь самостоятельных магов.

Приготовления к ритуалу не были долгими. Подхватив веру их хагрена во что-то хорошее, многие эльфы старались выполнить наказ человека особенно стремительно. Вскоре и несколько ножей нашлись, и чистые ткани, а парочка предусмотрительных раттусов принесла и ведра с водой на случай, если понадобится что-либо отмыть. Постепенно, узнав о третьем наказе мага, к дереву подходили самые смелые и искренние в своих намерениях местные жители. Теперь площадь не хранила тишину, ведь, узнав, зачем тут этот человек, все эльфы перешёптывались. Каждый высказал своё мнение, можно ли вообще верить чужаку, кто-то принёс с собой слухи о том, что именно он спас их от разрыва и его надо отблагодарить, кто-то говорил, что это он во всём повинен и его надлежит казнить, кто-то отмахивался, мол, это просто хромой беззащитный чудак, но все они, весь эльфинаж, единогласно смотрели на магистра и ждали от него самого настоящего чуда.

Сам же виновник нынешней оживлённости площади опять показывал поразительное спокойствие и равнодушие к сплетням. Он посматривал на дерево, порой касался почерневшей коры, обдумывал свои действия в предстоящем ритуале, но абсолютно не замечал окружающих. Ни разу не обернулся, даже не посмотрел, будто вся толпа не достойна его внимания… Впрочем, именно так он думал.

Когда же все подготовления были выполнены, магистр, закатав рукав своей мантии, без каких-то сомнений собственным кинжалом сделал порез на запястье и приказал остальным добровольцам сделать тоже самое, только порезав ладонь.

— Это… магия крови? — ахнула Шианни, смотря на кровавые подтёки на руке мужчины. На этот раз его приказ она не спешила выполнить, а за ней не осмелились и остальные.

— Нет. Эльфийская кровь сохранила в себя отголоски магии древних элвен — создателей венадаля. Поэтому мне всего лишь нужно, чтобы ваша кровь оказалась на его коре. Почувствовав вас и ваши эмоции, он будет убеждён, что в безопасности, и начнёт восстанавливаться. Большего от вас и не требуется, — объяснение Безумца