Возвращение. Трилогия - Игорь Чужин

Закончив шоу, я сорвал аплодисменты благодарных зрителей и вернул хозяевам их заточенные железки. Опозоренный гуру вежливо похлопал в ладоши и со скрипом извинился за грубые слова. Забрав свой костюм, я с показным вниманием проверил карманы и, убедившись, что у меня ничего не стырили, отправился искать место, где можно помыть испачканные в грязи ноги. Устроившись на берегу небольшого пруда, я начал мыть ноги и только тогда заметил, что за мной увязалась толпа малолеток, вооруженная самодельными щитами и мечами. Когда я оделся и собрался идти к машине, один из ребят решился задать вопрос:

– Мастер, скажите, пожалуйста, как называется стиль, в котором вы фехтовали, и где этому можно научиться?

Я почему-то решил играть по местным правилам и сказал абсолютную правду, которая выглядела стопроцентной ложью.

– Это тренировочный комплекс воинов из охраны Нордрассила. Мне его показал Лаэр – князь светлых эльфов из мира Геона.

Эльфы местного разлива ловили мои слова разинув рты, но когда поняли смысл сказанного, то начали тихонько посмеиваться. Юноша, задавший мне вопрос, очень обиделся и быстро смешался с толпой. Вопросов больше не последовало, и я, направляясь к своему «лексусу», услышал за спиной реплику:

– Ну что я тебе говорил? Станет он всем рассказывать, где научился так работать с мечами. Он, наверное, спецназовец ГРУ или другой секретной конторы, которые дают подписку о неразглашении. Там за разглашение тайны могут и по башке настучать!

* * *

Я усмехнулся, вспоминая этот забавный случай, после чего вернулся из мира воспоминаний. Пробка понемногу начала двигаться вперед. Заметив это, я поставил рукоятку коробки передач в положение Drive и тронулся с места. Вскоре мой «лексус» миновал место аварии, где на обочине стояла фура с помятой кабиной и две порванные буквально на куски легковушки. Я не любитель таких зрелищ, поэтому прибавил скорость и быстро проехал место трагедии.

Через несколько минут у меня зазвонил телефон. Я посмотрел на экран и, увидев на нем имя «Катя», ответил на звонок.

– Катя, что случилось?

– Дядя Игорь, я сломала ногу, а у меня экзамены на носу! Теперь мне придется брать академический отпуск. Я в МОНИКах, у меня открытый перелом, и врачи готовят операционную. Приезжай ко мне, пожалуйста, я очень боюсь, – услышал я в трубке плачущий голос племянницы.

– Девочка моя, ничего не бойся, я скоро приеду! Откажись от операции под свою ответственность. Я увезу тебя туда, где тебе сделает операцию лучший травматолог страны! Главное, дождись меня! Ты поняла меня, моя хорошая?

– Да, дядя, – ответила Катя и отключилась.

Я перевел «лексус» в крайний левый ряд и надавил на газ.

Глава 3

После ухода Игоря я проплакала почти до полудня. Не знаю, что на меня накатило, но слезы лились из глаз, как вода из крана. По жизни я никогда не была плаксой, а здесь меня словно подменили. За спиной сослуживцы называли меня «железной леди», и многие побаивались моего бескомпромиссного характера. Елену Александровну Пореченкову можно было разозлить и заставить зло скалить зубы, но довести до слез пока не удавалось никому. Я могла похныкать в одиночестве под настроение, но рыдать в голос по мужчине – извините. Даже предательство Виталика не выдавило из моих глаз ни единой слезинки, а уход практически незнакомого мужчины вызвал целый потоп. В результате этих перипетий я до полуночи анализировала события прошедших суток и обнаружила много непонятного в поведении своего случайного кавалера. Игорь был абсолютно серьезен, когда говорил странные вещи, в которые ни один нормальный человек никогда не поверит. Чего только стоило его заявление о двух законных женах и четверых детях, которые остались где-то очень далеко. Такое вполне возможно у мусульман, но у Игоря на шее висел православный крест, а поведение и обороты речи выдавали в нем природного русского. Очень странно выглядела беседа Игоря с чеченцами. Абреки если закусят удила, то не боятся ни Аллаха, ни пророка Мухаммеда, а здесь – минутный разговор, и инцидент исчерпан. А чего стоят следы смертельных ранений на спине Игоря? Где он получил эти странные раны и какой волшебник излечил их? Правда, среди отмороженной молодежи модно искусственное шрамирование, но здесь явно не тот случай.

Чем дольше думала я об Игоре, тем сильнее запутывалась в возникавших вопросах, а потому решила не ломать голову над загадками и обратиться за помощью к начальнику службы безопасности нашей фирмы. Все мои выводы могут оказаться домыслами ревнивой женщины, и пусть Игорем займутся профессионалы в этих делах. Вполне возможно, что мой новый знакомый – очередной Виталик, и я снова попала в неприятную историю.

С начальником службы безопасности Виктором Николаевичем Усольцевым меня связывала давняя взаимовыгодная дружба. Пятидесятипятилетний отставной подполковник ФСБ вышел в отставку по состоянию здоровья, оставшись без правой ноги после неудачной командировки в Чечню. Хотя у него и была неплохая пенсия, но Усольцев не мог сидеть без дела, и его настойчиво порекомендовали хозяину нашей конторы в качестве начальника СБ. Несмотря на свою непростую профессию, он оказался достойным человеком и быстро завоевал уважение руководства фирмы и своих подчиненных. Спуску хитромудрым дельцам и крысам, затесавшимся в коллектив, он не давал, но также категорически отказывался выполнять дурнопахнущие приказы руководства, хотя современный бизнес не делается в белых перчатках. Поначалу такая чистоплотность очень не понравилась нашему шефу, но со временем он изменил свое мнение об Усольцеве. Правда, для выполнения силовых акций приходилось искать умельцев на стороне, однако защиту нашего бизнеса от друзей-конкурентов СБ выполняла на отлично. Это обстоятельство значительно перевешивало недовольство шефа чистоплюйством Усольцева, поэтому конфликтов больше не возникало.

Наша дружба с Виктором Николаевичем завязалась на почве его ранения. «Россия – родина слонов» и легко может сделать космическую ракету, но изготовить нормальный протез для своего защитника она не в состоянии. Я как-то застала начальника СБ в его кабинете со снятым с ноги протезом, который он пытался отремонтировать с помощью отвертки и других подручных средств. Когда я увидела растертый до крови обрубок ноги подполковника, то поняла, какой выдержки стоит Виктору Николаевичу его работа и невозмутимое выражение лица. Я решила помочь этому мужественному человеку и обратилась к одной из моих близких подруг, которая вышла замуж за немца. Супруг подруги владел в Германии известной фирмой по производству протезов, поэтому я сумела легко организовать поездку Усольцеву в Берлин для протезирования. К тому же мне удалось уговорить шефа оплатить эту поездку за счет фирмы, потому что Виктор Николаевич никогда не пошел бы просить за себя, а тридцать тысяч евро – деньги не маленькие.

В Берлине Усольцева приняли как ВИП-клиента и изготовили протез всего за две недели. Новый протез получился настолько удачным, что посторонний человек даже не догадывался об инвалидности Усольцева. В благодарность за эту услугу Виктор Николаевич стал опекать меня, словно собственную дочь, и информировать о подводных камнях в моей довольно непростой работе. Через мой отдел проходили очень большие суммы, и в случае серьезного прокола шеф мог просто забыть, что я красивая женщина, и разобраться со мной, как с мужиком. Виктор Николаевич несколько раз предупреждал меня о намечающихся сомнительных сделках, которые могли стоить мне карьеры и должности, а также информировал о кознях настырных претендентов на мое кресло. Я уже не говорю об урегулировании проблем с ГАИ и выселении из соседней квартиры буйной семьи азербайджанцев. Мои родители, уйдя на пенсию, уехали жить в деревню под Рязанью, и мы довольно редко с ними виделись, поэтому Виктор Николаевич взял надо мной шефство, и наши отношения стали очень доверительными.

В понедельник, сразу после оперативки у шефа, я зашла в кабинет Усольцева, чтобы попросить его разыскать Игоря.

– Доброе утро, Елена Александровна. Что привело такую очаровательную женщину в кабинет побитого молью старика? – спросил Усольцев, вставая из-за стола.

– Виктор Николаевич, у меня к вам просьба личного характера, даже можно сказать интимного, – покраснев, ответила я.

– Что, опять? – голосом волка из мультфильма спросил Усольцев.

Умудренный опытом подполковник явно намекал на историю с Виталиком, в которой поучаствовал, собирая сведения для шефа.

– Да, опять! – обиделась я и повернулась к двери.

– Леночка, прости старика! Я не хотел тебя обидеть, а просто неудачно пошутил. Рассказывай о своих проблемах, я весь – внимание.