Клуб одиноких сердец - Кэтлин О'рейли

Коре потребовалось менее десяти минут, чтобы вернуться к их столику с жареным картофелем, парой кружек пива и двумя хот-догами, обильно нашпигованными приправами и специями. Джессика окинула пищу вожделенным взором и с жадностью набросилась на сосиску.

С минуту Адам наблюдал, как она ест. Ее манеры за столом с трудом можно было назвать изысканными. Она уплетала пищу с энтузиазмом и удовольствием, как, впрочем, делала и все остальное.

Когда Джессика заметила, что за ней наблюдают, она слегка покраснела. Проглотив очередной кусок хот-дога, обратилась к Адаму:

— Я очень люблю покушать. Осуждаешь?

Вопрос заставил Адама рассмеяться.

— Да, нет. Что ты.

Если бы за этим ужином он оказался с одним из своих клиентов, то обязательно воспользовался бы ножом и вилкой, чтобы разрезать булку с сосиской на кусочки и не испачкаться вытекающим из нее кетчупом. Но в обществе Джессики он с удовольствием стал есть руками.

— Как я понимаю, ты очень любишь боулинг, проговорила Джессика, потягивая пиво. На губах ее осталась пена, и соблазнительный рот так привлек Адама, что он не сразу ответил на ее вопрос.

— Мой дядя был владельцем кегельбана в нашей округе, и ребенком мать часто водила меня туда.

Для нас вход был бесплатным. В нашей семье мать считалась профессионалом. Именно она научила меня некоторым хитростям.

— Твоя мать все еще живет в Алабаме?

— Нет. Она умерла два года тому назад.

— Прости. — Джессика выглядела неподдельно печальной, и Адаму оставалось только сожалеть, что его мать так и не смогла познакомиться с его девушкой. Они бы непрерывно спорили по всем вопросам, но мать не смогла бы не полюбить Джессику.

— Ничего. Твои родители, надеюсь, живы и здоровы?

Джессика улыбнулась, беря очередной ломтик поджаренного картофеля.

— Да. Через несколько месяцев у матери пятидесятилетний юбилей. Кстати, ты не знаешь, где можно заказать струнный квартет?

Адам в изумлении застыл, не дожевав хот-дога.

— Не имею ни малейшего представления.

— Печально, — ответила Джессика и, не дожидаясь уточняющих вопросов, быстро перевела разговор на другую тему. — Что происходит в клубе книголюбов?

— Я давно там не был.

— Бьюсь об заклад, что это разбило сердца многих женщин.

Этой темы Адам предпочел бы не касаться. За последнее время ему пару раз звонили назойливые особы женского пола. Но если бы выглядел он иначе, и ботинки его не были бы безупречно начищены изо дня в день, и личный автомобиль не вызывал всеобщей зависти, вряд ли бы их заинтересовала его персона. Его внешний вид на многих производил сильное впечатление.

— Зачем ты вообще туда ходишь? — продолжала Джессика.

Адам задумался. Возможно, пиво возымело эффект и подтолкнуло его к откровенности.

— Моя работа связана с постоянными командировками. Я не задерживаюсь на одном месте дольше отведенного мне заказчиком срока. Знакомства обычно носят непродолжительный характер. Как правило, это люди, оказавшиеся за моим столиком в ресторане, или обслуживающий персонал в гостиницах.

— Улыбки я на твоем лице не заметила, — произнесла Джессика.

— Жизнь состоит не только из радостей. Теряя в человеческих взаимоотношениях, я выигрываю в другом. Я побывал во многих уголках нашей страны, куда бы никогда не попал, сложись моя жизнь иначе. Я имею представление о многих производствах и коммерческих компаниях.

Джессика с подозрением смотрела на собеседника.

— Не хотела бы я оказаться на твоем месте.

— Поэтому ты на своем и занимаешься финансами, — ответил Адам.

— Тебе никогда не хотелось оставить свою работу?

Адам изобразил возмущение.

— Конечно, нет.

Но Джессика не поверила ни единому его слову.

— Перестань. Только не говори мне, что, когда ты смотришь в глаза тем, кого по твоей милости не сегодня-завтра выгонят с работы, ты испытываешь огромное чувство удовлетворения. Или ты из тех, кто долго убивается по этому поводу?

Разглагольствовать про угрызения совести ему бы не хотелось. Он никогда раньше не задумывался, как скажутся результаты его труда на судьбах людей.

— Эта область моей профессии не столь интересна.

— Насколько я понимаю, твой отчет о работе нашей компании уже готов?

Адам утвердительно кивнул. Предварительная презентация для руководства его консалтинговой компании была назначена на завтрашнее утро.

— Мы оказались лакомым кусочком для выгодной покупки?

Адам снова кивнул.

Джессика наморщила нос, и он приготовился услышать громкий чих. Но его так и не последовало.

Вместо этого она стала рассматривать остатки своего хот-дога.

— Ты думаешь, что такая пища полезна для здоровья?

Ему так хотелось соврать и успокоить ее. Сказать, что все будет хорошо. Но покривить душой он не мог.

— Нет, — категорично заявил Адам.

Ни улыбка, ни то незабываемое божественное свечение не озаряло больше ее лица. Она снова превратилась в непоколебимую Джессику Барнс, упрямо готовую следовать дальше намеченным курсом.

Скомкав в руке салфетку и швырнув ее на стол, она вскочила с места.

— Готов к новым сражениям? Победы тебе не видать как собственных ушей.

— Посмотрим!

По законам Божьим жизнь была переменчивой и ужасно увлекательной.

Вскоре в кегельбан пожаловали профессиональные игроки, для которых включили яркое освещение, и все очарование вечера исчезло. До их приезда Адам и Джессика успели провести только две игры. Успехи Джессики крепли от броска к броску, значительно повышалась результативность. С сорока семи сбитых кеглей она уверенно довела счет до восьмидесяти пяти и стала приличным игроком всего за три часа тренировок. А какие чудеса она могла бы творить, имея за спиной годы практических занятий?

В машине по дороге домой оба молчали. И царящая в салоне тишина была сродни искусственной отчужденности и настороженности, держащей в напряжении обоих.

Встречи с Адамом всегда вызывали у нее странные чувства. Он не казался ей слишком забавным, или чрезмерно привлекательным, или чертовски сексуальным, но, так или иначе, все ее надежды на успешный карьерный рост и получение должности вице-президента компании, которую она столько лет помогала создавать, были развеяны в прах человеком, отлично игравшим в боулинг.

Но то, что любовь зла, было не пустыми словами.

Адам припарковал машину в гараже ее дома.

Джессика открыла дверцу еще до того, как он успел заглушить мотор.

— Не беспокойся, до дверей провожать меня не надо.