Бабы нас погубят - Александр Горохов

Вадим ответил жестко.

- Тебя следовало кастрировать ещё лет двадцать назад. Или по крайней мере - десять. При первых сведениях о СПИДе.

Втроем они поехали к Сергею Петровичу в привелигированную поликлинику, где за "живые деньги" обслуживали не только депутатов Госдумы и членов кабинета Министров.

Там никаких сложностей не возникло, сдали кровь из вены, и Сергей Петрович, человек неунывающего нрава, сказал весело, словно на именины приглашал.

- Прошу за результатом через восемь дней, ребятишки!

- Побыстрей нельзя? - попытался улыбнуться Вадим.

- Никак! Мы работаем без халтуры, друг мой.

Они снова уселись в машину, все трое отчаяно трусили, но лишь Олег Михайлович выразил общее настроение, уныло спросив.

- А как, черт побери, прожить эти восемь дней? Под топором?

- Есть два варианта. - поразмыслив ответил Вадим. - Либо уйти в загул и пьянствовать беспробудно всю неделю. Либо с головой утонуть в работе.

Голубев засмеялся.

- Предлагаю третий, национальный вариант. Пьем по черному. И работаем до одури. Иного выхода у нас нет, что мы не русские люди?!

Поначалу, во исполнение национальной программы, в тот же вечер изрядно надрались, а под утро несколько успокоились. Каждый в душе решил, что приятель - тот со СПИДом. А я - нет. Что и будет известно через неделю.

В предутрении часы они растопили баню в Клубе, попарились, опохмелились, помылись, осмотрели друг друга, определили, что ни у одно нет на теле ни подозрительной сыпи, ни увеличенных лимфатических узлов - так что и вообще взбодрились.

К полудню настроение испортилось вновь - с нежданным визитом явился полковник Скрастин. Вместо приветствия он ограничился кивком, неторопливо погрузился в кресло и внимательно, по очереди, посмотрел в лица собеседников, после чего спросил насмешливо.

- Перетрусили, ребятишки?

- С какой стати? - нервно спросил Вадим.

- Да так... Хорошего мало, когда у тебя компаньона ухлопали, а ты не знаешь за что?!.. Или - знаешь? - он внимательно посмотрел на собеседников. - Кстати сказать... У вас тут все лето бегала стайка девочек.. Как я думаю.. ОПРЕДЕЛЕННОГО НАЗНАЧЕНИЯ. А если Валерий Сенчуков какую-то из них изобидел, так он мог от неё и получить свою кару?

- С какой стати? - ызывающе спросил Вадим. - И при чем тут "девочки"?!

Полковник смотрел на него с ласковой улыбкой палача, точившего топор для шеи казнимого.

- У следствия есть "женский след" в этом убийстве. - неторопливо и с подчеркнутым уловольствием сказал полковник. - Баба вашего тренера кончила!

- С чего это вдруг? - напористо спросил Олег Михайлович, но отваги и в его голосе не прозвучало, что опытный полковник заметил.

- Да уж так. Убийство явно не спланировано, в порыве эмоций, так сказать... Ваше помповое ружье нашли-таки в реке. Вычислили с точностью до сантиметра, куда двинулся убийца и куда мог кинуть оружие. Ну, отпечатков пальцев на нем нет. А потом характерно стреляла - ниже пояса, а? По этому самому органу обе пули? Это вам ни о чем не говорит?

- Мы не специалисты. - буркнул Вадим.

- Ладно, - благодушно сменил тон Скрастин. - Я уверен, что вы все трое касательно убийцы имеете свое конкретное мнение. Но сегодня знать его не хочу. Я пришел не с этим... Чем собираетесь заниматься зимой, господа?

- Мы ещё не решили. - неприязненно ответил Вадим.

- Тогда у меня есть предложение.

Он замолчал и его никто не подталкивал к прояснению деталей предложения. Что ни говори, а пост и чин, которыми обладал полковник заставляли окружающих быть острожными. Да и то сказать - редкий русский человек ждет хорошего от предложений милиции к сотрудничеству.

- Скажем так. - медленно начал Скрастин. - Есть одна солидная фирма с лицензией, и с хорошей перспективой... Вашего, можно сказать, профиля.

- "Восточный ветер"? - усмехнулся Голубев. - Вы уже говорили.

- А теперь повторяю по деловому, конкретно. - не спеша продолжил Скрастин. - Я за вас поручился. Поскольку желаю вам процветания.

- Вы занимаетесь альтруизмом? - не без ехидства спросил Голубев.

- Считайте, что так. К тому же я член вашего Клуба. Хотя ни разу в жизни ракетки в руках не держал - Чем они по настояшщему занмаются? решительно нажал Вадим. - Степень криминала в действиях этого "Ветра" серьезная?

- Не больше вашей - насмешливо ответил Скрастин. - Определите сами.

Скрастин встал, сделал движение к дверям, словно намеревался уйти , но приостановился, сказал тяжело.

- Весь русский бизнес сегодняшнего дня замешан на криминале. Если вы этого не понимаете, то закрывайте свою лавочку и идите работать грузчиками или госчиновниками. Но и там прийдется либо воровать, либо брать взятки.

- Хорош мильтон! - со смелостью отчаяния ляпнул Олег Михайлович, глядя в глаза Скрастину. - Настоящий мильтон! Не столько ловить преступников, сколько сам...

- Тихо! - Скрастин поднял руку, словно регулировщик останавливал движение на улице. - Тихо. Каждое ваше слово, мальчики, может быть использовано против вас. Хорошая формулировка, правда? Так вот, что касается твоего оскорбления, старый клоун. Я - хороший мильтон. Потому что реалист. Я не закрываю глаза на существующее положение вещей. Я полагаю, что борьба с криминалом сегодняшнего дня заключается в том, ЧТОБЫ ВСЕМЕРНО, КАЖДОДНЕВНО ПОМОГАТЬ ЕМУ, КРИМИНАЛУ, РАЗВИВАТЬСЯ!

- Сильно сказано! - завизжал от удовольствия Олег Михайлович.

- Да, - твердо сказал Скрастин. - Необходимо как можно быстрей развить криминальную деятельность до такого уровня, чтобы она естественно перешла в легальную. Всякая борьба с криминалом сегодня - только тормозит, удлиняет этот процесс. Чем быстрее жулики, мошенники высокого полета обогатятся до нужной степени, тем быстрее они же сами ликвидируют свои бандитские структуры.

- Мысль не новая, - в растяжку ответил Вадим. - Но вот в чем пикантность вопроса... Скажите честно, Василий Степанович, это личная точка зрения, или идея рождена в глубинах вашего министерства и на данный момент является действующей?

- Неужели ты думаешь, что я отвечу тебе на этот вопрос? - без насмешки спросил Скрастин. - Желаю здравствовать... Выходите на связь с "Восточным ветром" Они вас ждут... И присмотритесь к своим дамочкам.... Красивые они, чертовочки. А от красоты - идут все беды.

Он коротко козырнул и исчез из кабинета, словно тем самым обьявив паузу на размышление оставшихся. Наконец Олег Михайлович тяжело вздохнул и пролизнес.

- Если рекет возглавляет милиция, то против него не попрешь.

- Выразись точней. - поморщился Вадим.

- И так все ясно. "Восточный ветер" жмет на нас со всех сторон. Убили Валеру. И теперь "наезд" возглавил полковник Скарстин. Нам некуда деваться, ребятки.

- Оставим полковника. - сосредоточенно сказал Вадим. - Будем считать, что у него свои методы борьбы с криминалом. А у нас - своя методика выживания. Завтра... Завтра пойдем на контакт с "Восточным ветром". Олег Михзайлович, ты девчонок подготовил на этот конкурс проституток?

- Конечно! - встрепенулся старик. - Инструктаж провел, задачу поставил! Пойдут все четверо.

- Силы небесные! - осерчал Вадим. - Всю армию бросил в атаку! Достаточно было одну пару забросить! Юлию и Елену! Они бы там все разглядели и сообразили что к чему.

Олге Михайлович ответил решительно.

- Я предпочитаю штурм большими силами! Каждыя девочка умна по своему, и завтра вечером мы будем иметь полную картину всей деятельности конкурентов!

Вадим поразмышлял около минуты, потом взялся за телефон и быстро назначил встречу с рукводством "Восточного ветра" на завтра, ровно в одиннадцать часов.

- Они нас ждут. - сказал Вадим коротко и бесстрасно, но они замолчали. Все трое в душе понимали, что деятельность их фирмы ступила на тонкий лед рискованных и непредсказуемых событий.

...Она заснула около полуночи, но проснулась уже через полчаса. Проснулась от чувства неизмеримого страха, который навалился на неё во сне, и она рывком села в постели, мокрая от липкого пота, покрывшего все тело. Почти весь день она не вспоминала, что смертельно больна, эта мысль сохранялась за порогом сознания, была тревожной, но далекой. Но во сне вырвалась наружу, разбудила и бросила в панику.

Мартышка застонала сквозь зубы, но тут же заставила себя замолчать обе подруги спали на своих кроватях и дыхание их было едва слышно.

Мартышка понимала, что уже не уснет до утра, до утра будет вертеться под одеялом, прикусывать себе губы, чтобы не кричать в полный голос, плакать и зажимать лицо подушкой.

Она тихо встала, скинула ночную рубашку и ею вытерла все тело. До боли сжала руками грудь и поняла, что пока не выйдет отсюда, пока не сделает что-то неведомое, пока чего-то не случится этой ночью - не заснет. Она быстро оделась и бесшумно вышла из комнаты, прихватив свою сумку.

В сумрачном коридоре стоял запах жареной рыбы и лука - он тянулся из общей кухни. Обычный, приторный запах общежития - вперемежку аромат кухни и туалета - он вызывал у неё тошноту.