Крылья - Даниэла Стил

Кэсси знала: когда-нибудь и ей захочется детей. И она их родит. Но это подождет. А пока ей хочется множества других вещей, которых ей, возможно, никогда не доведется получить.

Например, свободы и захватывающих ощущений полета. Как ей нравилось читать о женщинах-летчицах! Она перечитала все, что смогла найти, об Амелии Эрхарт и Джекки Кокрэн.

Она прочитала книгу Линдберга «Мы» о его одиночном полете в 1927 году, а за год до этого — книгу его жены под названием «На север и на восток» и еще книгу Амелии Эрхарт «Что в этом самое захватывающее».

Все женщины, так или иначе связанные с авиацией, стали ее кумирами. Кэсси часто задумывалась над тем, как им удалось добиться того, о чем она лишь мечтает. Но может быть, теперь.., с помощью Ника.., может быть… Если бы только удалось самой взлететь, оторваться от земли, вырваться в небо навсегда.., иметь возможность бездумно и лениво парить там.

Погруженная в свои мысли, девушка едва не пропустила автобус. Пришлось припустить бегом, чтобы успеть, пока он не отошел. Кэсси с облегчением увидела, что никого из знакомых в салоне нет. Сорокапятиминутное путешествие в дряхлом, полуразвалившемся автобусе прошло без приключений.

Билет обошелся всего в пятнадцать центов. Всю дорогу Кэсси провела в мечтах о предстоящих занятиях.

Дорога до импровизированного аэродрома оказалась довольно долгой. Ник, правда, в подробностях объяснил ей, как туда добраться, однако он почему-то не сомневался, что ее кто-нибудь подвезет. Ему даже в голову не пришло, что она пройдет целых две мили пешком.

Кэсси появилась перед ним разгоряченная, вспотевшая и пыльная, когда он спокойно сидел на камне, потягивая содовую. В конце заброшенной полосы стояла знакомая «Дженни». Кроме них двоих, здесь не было ни души.

Эта полоса лишь изредка использовалась для сельскохозяйственных распылителей, однако все еще содержалась в хорошем состоянии. Ник знал, что лучшего места для обучения им не найти.

— Ты как, в порядке? — Он заботливо смотрел на нее, наблюдая, как она откидывает волосы с разгоряченного лба и с шеи. Солнце пекло нещадно. — Ты выглядишь такой горячей, что дотронуться страшно. На, попей. — И он протянул девушке бутылку с кока-колой.

Кэсси сделала большой глоток. Ник с восхищением наблюдал за ней. Какая длинная грациозная шея! А кожа шелковистая, бело-розовая, как мрамор. Потрясающе красивая девушка. Последнее время он все чаще сожалел, что она дочь Пэта. Однако Ник тут же напоминал себе, что в любом случае ничего бы не изменилось. Ему тридцать пять, а ей всего семнадцать. Эта добыча не для него. Но бывали моменты, когда он не мог устоять перед искушением хотя бы помечтать.

— Ты чем это занималась? — насмешливо спросил он, чтобы снять неожиданное напряжение. Слишком уж непривычная ситуация: они вдвоем, никого больше нет, они здесь втайне от всех. — Неужели шла пешком от самой Доброй Надежды?

— Нет, — усмехнулась Кэсси. — Всего лишь от Прерия-Сити. Это оказалось дальше, чем я думала. И жарче.

— Извини.

Наверное, не стоило заводить ее так далеко. Но ему это место показалось идеальным для тайных свиданий с самолетом Пэта.

— Не надо извиняться. — Кэсси жадно отпила еще глоток. — Дело того стоит.

По сверкающим глазам девушки Ник понял, как много значат для нее их тайные занятия. Она просто влюблена в самолеты, она без ума от возможности летать. В ее возрасте он чувствовал в точности то же самое. Мотался от одного аэропорта к другому, счастливый лишь от одной возможности побыть рядом с самолетами, готовый делать все что угодно, выполнять любую работу, лишь бы время от времени иметь возможность полетать.

Для него война стала исполнением всех желаний. В девяносто четвертой эскадрилье он летал рядом с людьми, уже ставшими живой легендой. И сейчас он сочувствовал Кэсс всей душой. Для нее все это будет далеко не так просто, в особенности если Пэт не изменит своей твердой решимости не допускать дочь к самолетам. Возможно, в один прекрасный день ему, Нику, удастся поколебать эту решимость. А пока он может хотя бы научить ее наиболее важным, основным вещам, чтобы в следующий раз она не расшиблась, выполняя какой-нибудь сумасшедший трюк. Он снова содрогнулся, вспомнив, как она вылетела из-под туч три дня назад. Как пуля…

Теперь по крайней мере она будет знать, что делает.

— Ну что, испытаем ее? — Ник указал на «Дженни», смирно стоявшую невдалеке и ожидавшую их, как старых друзей.

От волнения Кэсси не могла говорить. Они медленно пошли к самолету. Кэсси столько раз заправляла «Дженни», прочищала мотор, любовно мыла крылья, водила ее в воздухе, пока Крис делал вид, будто берет сестру с собой на прогулку.

Но сейчас «Дженни» показалась ей прекраснее, чем когда-либо.

Они обошли вокруг самолета, осмотрели шасси, желая убедиться, что те не повредились при посадке.

Низкий, с широким размахом крыльев, самолет производил впечатление машины больших размеров, чем на самом деле.

Однако Кэсси не находила его ни слишком большим, ни устрашающим. Сейчас она медленно, осторожно вошла внутрь, села, застегнула ремень. Скоро, совсем скоро небо будет принадлежать ей. Она имеет на это такое же право, как и они все.

Теперь ее уже никто не остановит.

— Все в порядке? — прокричал Ник сквозь рев мотора.

Кэсси кивнула со счастливой улыбкой. Он прыгнул на сиденье позади нее. Вначале он поведет самолет. Потом, когда они благополучно наберут высоту, он передаст ей управление.

Сегодня ей не придется вырывать рычаги чуть ли не силой, как бывало с Крисом. На этот раз все будет по-другому.

Самолет покатил по взлетной полосе. Кэсси обернулась к Нику. Какое знакомое лицо! И все же сейчас, глядя на это лицо, она чувствовала себя счастливой как никогда. Ей хотелось броситься к нему на шею и расцеловать.

— Что?

Ник не расслышал, что она сказала. Может, что-нибудь не в порядке? Да нет, вряд ли, у нее слишком счастливый вид.

Он наклонился вперед. Его черные волосы развевались на ветру, глаза были почти такого же цвета, что и летнее небо, в уголках глаз расходились морщинки — наверное, оттого, что он часто щурился на солнце.

— Я говорю, спасибо тебе!

Глаза Кэсси светились такой радостью, что сердце его растаяло. Он легонько сжал ее плечо. Она отвернулась, положила руки на рычаги. Однако на этот раз вопрос о том, кто ведет самолет, даже не возникал. Самолет вел Ник. Машина легко оторвалась от взлетной полосы и так же легко взмыла в небо. Сердце Кэсси рванулось вверх вместе со старушкой «Дженни». Так бывало каждый раз, когда она отрывалась от земли. Она летит!

Ник сделал мягкий поворот в сторону от взлетной полосы, потом выровнял самолет и тронул Кэсси за плечо. Она обернулась. Он указал на рычаги управления. Девушка кивнула и легко приняла управление. Она хорошо знала, что надо делать. Сейчас они летели по ярко-голубому небу так ровно и легко, как будто она занималась этим всю жизнь. В какой-то степени так оно и было. Ник поразился ее искусству, ее природной интуиции. Вероятно, она многое переняла и от него самого, и от своего отца, просто наблюдая за ними. Однако у Кэсс чувствовался и собственный стиль, на удивление легкий, ровный и свободный. Казалось, она без всякого труда справляется с самолетом.