Горечь на дне азарта - Анастасия Живаева

– Послушай, просто…

– Хочу, – прервал ее раздраженно Коул и вонзился в губы.

Он с наслаждением бросился кусать их, покрывать мокрыми поцелуями и изучать каждую неровность. Линдси взвыла и принялась колотить мужчину в попытках оттолкнуть от себя, но ей было не суметь достучаться до захваченного страстью Коула. Напористо действуя, он ничего не видел и не слышал, только ловил сладкие ощущения от ароматных губ и мягкого девичьего животика. Сейчас Алекс жалел о том, что принял такую неудобную позу для сидения. Хотелось накрыть девчонку своим телом полностью.

– Ну, стой же, – попыталась пробормотать Эванс, стараясь отвернуть голову, зажатую в тисках будто бы железных пальцев.

От досады невольно полились из глаз слезы, когда в следующий миг Линдси была застигнута врасплох. Она издала еще один бесполезный вопль и задергала ногами, ощутив, как неожиданно свободно мужской язык проник в ее рот и принялся заполнять чужое пространство. На секунду Алекс отстранился, будто давая возможность девушке расслабиться и принять его силу, после чего вновь набросился с поцелуем.

В этот раз он действовал еще мягче, издеваясь над нежными губами и лаская их. Незаметно для себя Эванс в какой-то момент подчинилась чувственной игре и уже послушно впустила в себя с алкогольным вкусом острый язык. Держа глаза закрытыми, пальцами девушка крепко держалась за мужскую майку и тянула ее к себе. Алекс прижал к своей груди Линдси за талию и ощутил, как та выгнулась, подхватывая едва ли преодолимое стремление продолжать поцелуй. Коул, удивительно для себя, бурно обрадовался тому, как изменилось девичье поведение, и тихо зарычал. Розовые уста приняли игру от мужских, откровенно облизывая и чуть прикусывая каждую губу. Очередной несдержанно томный стон вырвался из женской груди.

Линдси, чье сознание будто отключилось, охотно кусалась и прижималась к мужскому телу, ловя энергетические волны, передававшиеся от одного человека к другому. Начала кружиться голова, а по телу, будто словесная просьба, ударяло странное желание не отпускать от себя мужчину. Алекс напористо сдавливал в объятиях девушку и издавал тихое рычание, горя от вожделения. Он был готов подхватить Эванс на руки и бросить ее на кровать, но как только он совершил это, Линдси тут же распахнула веки и потрясенно пришла в себя.

– Нет, нет, хватит, молю!

Она моментально подхватилась и бросилась вон из комнаты. Упав во дворе на колени, Линдси разрыдалась, чувствуя себя мерзкой предательницей. Сейчас ей было все равно на то, что жених никогда не был ангелом, что она из-за него попала в эту ситуацию, что ей нравилось целоваться с Коулом. Сейчас Линдси было ужасно стыдно за себя, поэтому она сидела и ревела навзрыд.

Мужчина застыл посередине комнаты, задетый преждевременной сменой настроения Эванс. Возбуждение мигом схлынуло. В голове били барабаны, не подавая ни одной, совершенно ни одной мысли, даже односложной. Алекс протрезвел еще, как только коснулся девичьих губ, но это его не остановило тогда. Коул ощутил, что всецело запутался в своих чувствах и желаниях, а теперь стоял к тому же, будто побитая собака, и не знал, что ему следовало сделать. Развернувшись, мужчина резко выбежал на улицу и быстро приблизился к рыдающей девушке. В принципе, такой финал был предсказуем для Коула. И парень предвидел негатив, связанный с муками девичьей совести, после окончания желанного секса. Втайне он даже очень хотел увидеть эту реакцию, прочувствовать тяжесть опоздавшего раскаяния до капли и мстительно насытиться чужой болью. Но почему-то именно в этот вечер девичья боль не принесла никакого удовлетворения ноющим душевным ранам, а лишь посыпала их крупной солью.

– Линдси.

Та затихла, но осталась сидеть спиной к мужчине.

– Линдси, встань. Я никогда не прошу ни у кого прощения. Я не привык ни за что извиняться. И сейчас не буду.

– Зачем ты здесь тогда? – девушка издала нервный смешок.

– Тебе же нравилось, верно? Ты получала удовольствие, хотела быть со мной. Ну, и ладно. Я проблемы, вообще, не вижу. О чем ты сожалеешь? О минутной слабости? Но ты же просила меня остановиться, верно? Просила, кричала, умоляла, в общем, все то, как ты обычно ведешь себя со мной, когда я становлюсь самим собой.

Линдси моментально вскочила и повернулась обеспокоенным лицом к Алексу. Ожидая найти там насмешку, она видела только холодные рассуждения спокойно стоящего парня, держащего сцепленные кисти за головой. Он неторопливо говорил, сверкая серыми глазами:

Конец ознакомительного фрагмента.