Кто ты такой, Саске-кун? Том 1. Разрушенный берег. - Деус Экс Мелум

будущего сенсея в лице Куренай с гарантией, лучше дать ей побольше стимулов прийти к одинокой сиротке Саске-куну.

Да и своё положение и милую мордашку тоже можно пустить в ход — женщины любят проявлять материнский инстинкт к побитым жизнью детям вроде меня.

Нда… Надеюсь, никто из расстрельного списка, составленного правительством на псиоников S-ранга, которых они не контролируют, не узнает, что я творю на этой захолустной планете. А то плакала моя годами взращиваемая репутация наглухо отбитого безумного учёного…

Вручив Гаю две коробочки с моим кулинарным шедевром, я сказал ему передать подарочек девушке. И после того, как он скрылся в окне, я с грустью посмотрел на торт, в котором отсутствовало два кусочка.

Но ничего — тортик эта малая жертва за новую грань силы, которую я смогу развить после выуживания знаний у подруги Гая.

Выйдя с кухни, я зашёл в гостиную, где в праздничном колпаке с кандзи "воля огня" валялась Наруко, которая притомилась, пока украшала гостиную.

Я правда так и не понял, зачем она это делала, если из участников праздника только мы вдвоём (так как Кабуто сегодня проводит какую-то важную операцию… ну или опять делает какие-то свои тёмные делишки, если он мне соврал — всё же это он вывел меня на местный криминал…).

(Где-то над трупом бывшего информатора Орочимару, слившего Данзо информацию о "Белом змее Конохи", чихнул Якуши Кабуто и привычным для себя движением поправил свои очки, мысленно составляя план, как извлечь выгоду из обоих своих работодателей после убийства своего коллеги, которого он же и подставил.)

— Наруко, торт готов. — Плюхнувшись на диван и сказав это, я разбудил быстро вскочившую на ноги блондинку.

— Саске-бака! Ну вот кто так пугает, а? — Держа руки у сердца, недовольно протянула Наруко заспанным голосом.

— Наруко, страх — это всего лишь химическая реакция в твоём мозге. Будь выше неё, иначе не станешь настоящим Хокаге. — Усмехнувшись, сказал я, глядя на то, как она зависла.

— Аааа, опять мне искать в библиотеке, что значит "чёртова химическая реакция", чтобы понять, как ты надо мной пошутил в этот раз… — Убито протянула Наруко, потирая виски.

— И вообще, пошли уже прогуляемся! Я хочу заскочить в одно место! — Отбросив печаль, она сжала руку в кулак и, вскинув его над головой, схватила меня за руку, сдёрнув с удобного диванчика.

— Эх… Может, не надо? — С надеждой спросил я у пышущей энтузиазмом девочки.

— Надо, Саске, надо! Я зря что ли пол-Конохи обошла, чтобы сделать тебе подарок? — Угрожающе спросила Наруко.

Ещё раз вздохнув, я пошёл за ней. После чего, выйдя из квартала Учиха и обойдя за полчаса пол-Конохи, мы пришли к магазинчику с говорящим названием «Момент счастья».

Как только мы вошли туда, я сразу понял, чем промышляет местный хозяин.

Судя по камере в углу и куче разных задних фонов, которые было видно из кладовки, мы пришли к местечковому фотографу.

— Эй, старик Рампа, вылезай! — С размаху шлёпнув по небольшому звонку, что стоял на прилавке, выкрикнула Наруко.

— По-моему, нас после такого приветствия отсюда выгонят… — Протянув это, я закатил глаза, услышав звук шагов, идущих из кладовки.

Спустя несколько секунд из неё вылез старик в шортах с апельсинами и рубашке ядовито-розового цвета.

Но больше всего выделялась его борода, которая была заплетена в десяток косичек, на концах которых позванивали шарообразные колокольчики.

— Тц, я бы так и сделал, пацан, если бы день рождения тут был не у тебя, а у этой нахалки. — Гаркнул старик, облокотившись на прилавок, и задал мне довольно странный вопрос:

— У вас семейная фотография или всё же больше праздничная? — Пофигистично спросил Рампа.

— Разве есть разница? — Слегка наклонив голову, спросил я у старика.

— Ну, эта невежа перед тем, как тебя сюда притащить, просила семейную. А разница проста: на семейном фото я для долговечности наношу специальный фуин, который позволяет фото храниться десятки лет. А праздничные фото я просто поставляю вместе с резными тематическими рамками, но в случае чего их можно легко испортить, да и со временем они выцветают. — Выслушав его, я глянул на посвистывающую Наруко, которая старалась не смотреть мне в глаза.

— Я больше ценю практичность и долговечность, так что делай семейную. — Ответил я, пожав плечами так как мне в принципе было плевать — с фотографической памятью сложно что-то забыть, поэтому многие псионики не оставляют таких банальных следов своего существования в социуме, как фотографии.

За свою жизнь добровольно и с моим настоящим лицом было сделано только одно фото. Видимо, сейчас будет второе — учитывая тот факт, что теперь это тело тоже настоящее…

После того как я сделал выбор, старик предложил выбрать задний фон для фото в его кладовке. Пройдя по ней, я остановил взгляд на звёздном небе, которое было нарисовано довольно профессионально. Я бы даже сказал, что его можно было бы назвать фотографией, если бы старик не сказал, что этот фон рисовал один из его старых клиентов.

— Хм… И что за клиент? — С интересом спросил я, помогая старику вынести полотно, на котором был нарисован фон, в его маленькую студию.

— Да, малыш Сакумо принёс после свадьбы. Я на этом фоне фоткал его вместе с женой и новорождённым сыном. Жаль его, конечно… он вместе с женой помер молодым из-за поганой политики. Ладно, хоть их сынишка ещё живой и даже известный среди шиноби, насколько я помню. — Сказав слово "политика", он скривился так, будто съел кислый лимон.

— Вот как… А что с ним сталось? — С интересом спросил я.

— Жена померла от неизвестной болезни, но, как по мне, её отравили. Сам же он наложил на себя руки после одной особо поганой миссии. Как по мне — глупо, но Сакумо был слишком уж идейным парнем. — Посетовал старик Рампа.

— Он мешал кому-то у власти? — Задав вопрос, я установил полотно и отряхнул руки от небольшого слоя пыли.

— Да, был кандидатом на шапку Хокаге. — Хмыкнув, сказал старик.

— Тогда всё ясно. — Банальная грызня за власть среди профессиональных душегубов. А учитывая, что, по словам старика, мужик был человеком идейным, его смерть скорее была вопросом времени, а не просто неудачным стечением обстоятельств.

Пока мы возились в кладовке, Наруко уселась на прилавке старика, поедая конфетки, которые он выставил для гостей.

— А ну брысь от конфет, мелочь! — После его крика я пару минут наблюдал за комедийной погоней, которая закончилась очевидным финалом: старик выдохся, ибо Наруко-тян у нас двужильная…

— Эх… Надо брать доплату за стресс на работе, Рампа-сан. — Покачав головой, протянул я, глядя