А я люблю женатого - Каринэ Фолиянц

Амапола

Киноповесть

Амапола в переводе с испанского – дикорастущий мак. Прекрасный цветок. Ее любимый. Он растет в горах и предгорьях. Целые поля алеют маками. И на них пасутся ушастые ослики. Это самое красивое из того, что она видела в жизни. «Амапола» – песня, которую она любила петь больше всего. Популярная когда-то песня. Сегодняшнее поколение знает ее лишь потому, что под эту красивую мелодию танцуют герои фильма «Однажды в Америке». Он любит ее. А она его – нет. Все почти как в этой истории.

«Амапола, прекрасная Амапола…»

Маленький провинциальный южный городок, городок у моря. Туристы приезжают сюда поразвлечься и завести курортный роман. Нина же жила здесь с детства. Слушая море, она научилась петь. И теперь пела много – в разных кафешках, на свадьбах и вечеринках. Нину знали в городе все. Она была, если хотите, даже местной достопримечательностью. Потому что обладала голосом ярким и сочным. Она мечтала о славе. Но больше чем славы, ей хотелось любви. И любовь эта пришла.

Все было банально: Нина полюбила женатого. Она изначально знала, что этот чудный мужчина с длинными смоляными волосами, в которых уже появилась легкая седина, несвободен. Но когда сердце готово к любви, когда оно сделало свой выбор, у разума уже нечего спрашивать. И какие тут расчеты! Полюбила – и точка.

Он часто приходил слушать ее перед сеансом фильма. Грустно стоял у стены, а она махала ему рукой с маленькой сцены фойе кинотеатра. Публика жевала бутерброды. Кто-то из стариков танцевал под песню Нины. А он просто стоял и слушал. И глаза его были ласковыми и нежными. Иногда Нине казалось, что в глазах этих она видит слезу. Или просто ей этого хотелось? Как часто мы принимаем желаемое за действительное! Он носил неизменный белый костюм и казался ей видением, мифом, чем-то нереальным. Даже самые замечательно красивые курортники не могли с ним сравниться. В незнакомце было столько тайны! Однажды она каталась с ним на пароходе. Потом они вернулись в город. И он уже ничего не обещал. Просто слушал ее песни и по-прежнему грустно смотрел на нее.

Нина пела для него «Амаполу» все в том же фойе кинотеатра, не замечая никого из зрителей. В конце песни она послала ему чуть заметный воздушный поцелуй. А в это время дети, два мальчика и девочка, подошли к мужчине ее мечты и стали тянуть его за собой к выходу.

– Папа! Папа, пойдем! Пойдем скорее!

Увидев детей, Нина все поняла. Быстро раскланявшись, кинулась бежать, чтобы догнать его. Слава Богу, он был один – дети вышли на улицу раньше. Нина схватила его за полу белого пиджака и, тяжело вздохнув, выпалила:

– Подождите, пожалуйста!

Красавец мужчина обернулся, посмотрел на нее печально. Остановился… Нина была так взволнована, что не сразу смогла заговорить с ним. Она перевела дыхание и снова выпалила:

– Я люблю вас! Я… Я всю жизнь буду Бога молить о вашем здоровье. Только не молчите, пожалуйста, скажите мне что-нибудь!

Она ждала от него слов, но он молчал. Это ласковое молчание, когда ничего не известно, может свести с ума любую нормальную женщину! А Нина – актриса, существо ранимое, эмоциональное до беспредела! Она не могла ждать, она должна была теперь же узнать свою судьбу!

– Ну не молчите, я вам приказываю! – почти закричала она.

Он снова не проронил ни слова. Только ей опять почудилось, что в глазах его, бархатных, теплых, как долгая южная ночь, снова заблестела слеза. И тогда она сама внезапно расплакалась…

Мужчина достал платок, утер ее слезы. И сказал нежно – будто маленькому ребенку:

– Знаешь, что говорят французы? Чтобы быть красивой, надо много страдать. Ты красивая.

– Правда? – сквозь слезы всхлипнула Нина, у которой нос, и без того немалый! – покраснел от плача.

С потекшей тушью и взлохмаченными волосами она была скорее смешной, но он уверял в обратном:

– Конечно! Я никогда не вру! Я обязательно повезу тебя еще раз кататься по морю на пароходе. Там белые чайки будут кружиться у нас над головами. Я обещаю это тебе, Нина, милая моя!

И вдруг счастье показалось ей таким простым, доступным, легким. Вот сейчас она поймает его, точно пеструю бабочку за крылышки, и навсегда пригвоздит булавкой – чтоб не улетело! Они поедут кататься! И там, на пароходе он признается ей в любви. Он попросит ее руки. Он откажется от своего прошлого. Да-да, непременно он скажет – все, что было до тебя, дорогая моя, не имеет значения…

Нина уже представляла себя бесконечно счастливой, как вдруг вспомнила о детях:

– А ваши дети? Что будет с ними?

– Дети? Что, дети? Они ничего не узнают, Нина. Ведь потом я привезу тебя домой! – улыбнулся незнакомец. – Ни дети, ни жена никогда ничего не узнают, да?

– Нет, я так не хочу! – закричала Нина. – Это невозможно, немыслимо! Я не хочу делить вас с ними!

– Милая, у нас нет другого выхода. Жизнь диктует свои условия, наш удел – покориться, – твердо сказал мужчина.

– Нет! Я не люблю покоряться. Я знаю выход. Замечательный выход. Я все сделаю сама. Я уже придумала. От вас ничего не потребуется – ровным счетом! Я все сделаю, и мы никогда не расстанемся. Правда? Ведь правда же?! – Нина кинулась ему на шею, но он отстранил ее.

– Мне пора. Прости, Нина.

Нина увидела – он уходит! Но она не привыкла сдаваться. И крикнула вслед уходящему любимому:

– Мы все равно будем вместе. Я все для этого сделаю! Я очень сильная! Только дождитесь меня! Дождитесь!

Хлопнула дверь, он ушел из кинотеатра к своим детям. А Нина услышала ехидный тоненький смешок. Из-за колонны выглянул толстый мальчик лет двенадцати, он весь концерт корчил ей рожи, а теперь, оказывается, еще и подслушивал!

– Что тебе надо, маленький паразит? – Она схватила его за огромное ухо.

– Я все слышал, я все знаю, – захихикал мальчик, – всему городу расскажу, что я здесь видел и слышал! Всем, всем!

– Плевать! Рассказывай, я в Москву уезжаю! – Нина отпустила его ухо, он опять противно захихикал:

– Ты в Москву?! Кому ты там нужна? Ой, посмотрите на нее, я умираю!

– А ты не умирай, ты живи долго. Но учти, не успеешь вырасти даже на два сантиметра, как у меня уже будет много денег, много славы и своя квартира. Сюда я буду приезжать раз в год на гастроли, и все будут ко мне лезть за автографом, а тебе я вот подпишу! – Она поднесла к носу мальчика выразительный кукиш. – На всех заборах будут висеть мои афиши, – не могла остановиться Нина, – по телевизору меня будут каждый день… нет, два раза в день показывать. Нет, три!..

Она развернулась и ушла. Теперь все решено – надо ехать в Москву! Завоевать славу! Купить квартиру! И перевезти к себе любимого! План созрел, осталось его только осуществить!